Глава 35

Первые хлопоты, по нерадивости и своеволия Вадим заметил со стороны автоколонны военнослужащих, с первых дней.
 Солдаты весь день предоставленные сами себе, вели на линии вольный образ жизни, не служба - малина!

 Одним словом, работали – спустя рукава.
В особенности старослужащие, которые поднаторели в вывозе грузов на лево, для населения монголов, в частности – дрова, уголь, имея от этой реализации лишние деньги, а отсюда пьянки, дебош.

 Ко всему прочему надо добавить, что в войсках, находящихся на территории Монголии, увольнительные были исключены, да и куда пойдёшь – в степь, на свиданку с ветром?
 Культурные мероприятия внутри гарнизонов отсутствовали, за исключением показа практически одних и тех же фильмов, надоевших солдатам до оскомины. Вот и упражнялись кто во что горазд!

 От этого частые аварии, поломки, наносившие вред автохозяйству, в которое то и дело шли звонки и жалобы, на недостающие грузы или вовремя не доставленные по назначению, шли жалобы от ТЭЦ, шерстомойной фабрики, от строителей и прочих организаций, обслуживаемых автомобилями от автохозяйства.

 Вадим внимательно приглядывался к этой роте солдат-шоферов из стройбата. Брал на заметку пока ещё незначительные нарушения перевозок, запоминал фамилии тех или иных нарушителей, более чаще создающие угрозу перевозкам грузов. Спустя месяц работы, в качестве главного инженера.
 Вадиму, главный механик сообщил, о новом чрезвычайном происшествии.
 
-  Опять грохнули две машины! Одна так просто в хлам! - говорил он, - и, что с них взять? Одним словом - солдатня.

-  Как это, что взять? – Вадим с раздражением хлопнул ладонью по столу, - а ну пригласи-ка ко мне этих двух раздолбаев!

-  Может сообщить их командованию, это ихние солдаты, вот пусть сами и разбираются…

-  А мы кто? Работают-то у нас и техника наша, и денежки мы платим, спрашивается – за что? Веди!

Через полчаса вошли два солдата, виновники аварии. Один высокий, с расстёгнутым воротом, с наглой улыбочкой, без приглашения сразу же сел.

 Показывая своим видом – а, что ты можешь со мной сделать? Ну накричишь, ну пожалуешься ротному, ну посадят на губу и, что? Сам же потом и вытащишь, и ещё упрашивать будешь, побыстрее отремонтировать технику. Он ухмыльнулся и независимо отвёл взгляд в сторону.

Другой затравленно мялся у порога.
-  Дверь закрой! – Сразу же ему сказал Вадим, определяя на вскидку, что этот с нагловатой улыбкой – «старик», а второй у двери – салага и побаивается «старика» и ходит под ним.

Вадим пристально смотрел на старослужащего – знал и помнил таких срочников, из армейской крутизны, эта крутизна только с виду крутизна, а ткни пальцем в пуп и сразу сомлеет, потому как понимает другую силу и ничего больше. Вадим не торопясь встал, подошёл к сидящему солдату.

-  А ну встань! – Спокойно, но твёрдо сказал он.
Солдат лениво поднялся и тут же отлетел к стене, сметая вдоль стола ряд стульев. Вадим, так же, спокойно вернулся на своё место, сел и посмотрел на испуганного молодого солдата у двери, спросил:

-  Кто больше виновен из вас?
Солдат глядя на лежащего без движения товарища, заикаясь только и смог вымолвить:
-  А он живой?..

-  Жить будет. Отвечай на поставленный вопрос!
-  Так я, это…
-  Ты не мямли, не в садике, отвечай как положено! – Вадим говорил отрывисто, резко и солдатик совсем стушевался, сжал в плечи голову, замолчал.

-  Он? – Спросил Вадим, кивком головы показывая в сторону лежащего.
Солдатик затравленно кивнул. Он был сейчас в таком состоянии, что если крикни или хлопни по столу – упадёт в обморок.

-  Ладно иди, я с ним сам разберусь.
Солдатик быстро исчез, осторожно прикрыв за собой дверь, а Вадим принялся за бумаги.
 Минут через пять старослужащий очухался, приподнялся сидя на полу, поглаживал шею, озирался…

Увидел за столом Вадима, качнулся и быстро встал, хлопая удивлённо-испуганными глазами.
 Не отрывая внимание от бумаг, Вадим произнёс:
-  Составь стулья как было.

Солдат поспешно выполнил указание, куда только девалась нагловатая улыбочка, в глазах застыл только испуг и рабо-лепская услужливость.
 Вадим брезгливо поежился, с отвращением подумал: «Над молодыми царствуешь, а здесь готов пятки лизать, мразь!» - И отложив папку с бумагами, сказал:

-  А теперь слушай сюда. Срок тебе, трое суток на обе машины, причём без помощи молодых, я проверю и, что бы шелестели как ласточки! Не будут готовы, воспитательный урок повторим и на дембель ты уедешь калекой, я постараюсь, если ещё уедешь… Понял?

Солдат угрюмо молчал.
-  Не слышу? – Повторил вопрос Вадим.
-  Так точно! – Вытягиваясь в струнку и чуть не вскидывая руку к козырьку, ответил солдат покосившись на дверь.

-  А теперь проваливай! И помни, на тебе висит дисциплинарный батальон. Об исполнении ремонта доложишь лично мне, я сам принимать буду, иди.

Спустя несколько дней, Вадиму пришлось дважды провести подобные процедуры в качестве доходчивого воспитания, но с другими военнослужащими.

Молва о грозном главном инженере в миг прокатилась по стройбату и бумерангом дошла до Валерия Ивановича и он вызвал Вадима к себе.
-  Послушай брат во Христе и друг в упряжке. Откуда такая метода, зубы править? Не педагогично.
-  И не эстетично, - согласился Вадим, - зато верно.
Валерий Иванович хмыкнул, качнув головой.

-  Ты бы как-то по осторожней, - сказал он, - а то так весь коллектив мне пере-костыляешь, боксёр что ли?..
-  Бери выше, боевое искусство.

-  Ну ты даёшь! – Удовлетворённо восхитился директор, - но я бы тебя попросил, по осторожней, а лучше вообще прекрати! Хотя сам не ангел, другой раз так хочется врезать!
Да дистанция не позволяет, а ты второе лицо в автохозяйстве, так что понимать должен!..
-  Вы не слышали, тем более, что не видели, а значит не в курсАх.

-  Это ты брось. Сигналы то идут, а я не полено, через которое ты переступить хочешь и вижу всё, и слышу. Поэтому пока прошу – осторожней.
-  Вас понял, а дело стоять будет?

-  Ты мне не выкай, одни в кабинете, а я по силе возможности помолчу пока, но и ты прекращай эту партизанщину! Всё-таки инженер, а не шоферюга какой.

-  А я по жизни шофёр, Валерий Иванович и эту мазуту знаю не понаслышке, а в живую, изнутри! И убеждён, что против наглой силы, есть другая сила и ничего больше! Все эти уговоры, наставления – демократическое сюсюканье, полнейшая галиматья! Мужик понимает и уважает силу…

-  Короче. – Перебил Вадима директор, - я сказал всё, имей в виду!
-  Отвечу тем же, что пока не наведу порядок, системе не изменю! А будут выполнения в планах перевозок, никто и не вспомнит каким путём это добилось – поздравления, грамоты, денежные вознаграждения, вычеркнут чёрную полосу нерадивости и её ломки.

Валерий Иванович покачал головой.
-  Ежовщину разводишь. Смотри, как бы сам не загремел, - хмуро отозвался он и прямо посмотрел на Вадима, - здесь заграница, а не Союз и ты не дома.
-  Заграница официально, а по существу в не брачная сожительница шестнадцатой республикой Союза.
-  Не умничай и не зарывайся, ты не с монголами воюешь, а со своими…

Но Вадим, не соглашаясь с директором перебил его:
-  Надо будет и их поставлю на место и ботинком постучу как Никитка Сергеич, напомнив Кузькину мать!
-  Всё, свободен! Мы с тобой не говорили, но смотри у меня, сорвёшься, сам утоплю!
-  Не утопишь, я тебе нужен.

Валерий Иванович отмахнулся рукой:
-  Иди работай!

Это было первое столкновение с директором и то на средних тонах. Потом ещё будут и более жёсткие столкновения, но они друг друга поняли; один – удовлетворённый не покорностью подчинённого, но делающего правильно, с сознанием, своего дела, - а что до рукоприкладства, так это как терапия, укол против заразной инъекции, пресечение распространения её.

 Другой, с пониманием дела, отнёсся к порицанию уважительно – не дурак, но осторожный, а иначе в его положении быть и нельзя.
 Но царапаться будут, оба человеки и сдавать, за просто так, своих позиций – не будут!
Камень на камень, а между ними вода, она рассудит.

Ещё пару месяцев спустя, нарушения дисциплины, свелись к нулю.
-  Ну ты даёшь варвар! – Довольно воскликнул Валерий Иванович, чувствуя и его, и свою удовлетворённость, - а помогло ведь!

Вадим промолчал, а директор довольный дополнил:
-  Век живи, век учись! Хорошо, что сразу в дамки, а могло бы быть и мимо…
-  Могло. – Согласился Вадим, - но это уже история.