13. Тогда же, Николай Радзивилл-Чёрный

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

Великий канцлер литовский и по совместительству воевода виленский мог похвастаться многолетней дружбой с великим князем Сигизмундом. Однако это не освобождало его от ведения сложной политики, направленной на то, чтобы Литва отстаивала собственную независимость не только от московитов, но и от поляков. Первые страшили военной мощью, вторые — привлекательностью для среднего и низшего литовского дворянства, которое хотело добиться от высшей магнатерии тех же свобод и привилегий что и польская шляхта.

-Возобновляющееся перемирие с Москвой очень кстати, - часто говорил Чёрный Радзивилл своему кузену — тоже Николаю Радзивиллу — по прозвищу Рыжий. - Это хоть какая-то гарантия, что области нашего обширного, но беззащитного Великого княжества не подвергнутся отторжению в пользу восточного соседа. Будем продолжать эту практику и дальше. Глядишь, не при нас, так при наших детях баланс сил изменится и мы вернём отобранные Москвой территории, а затем поглотим и её саму.

С поляками следовало действовать ещё тоньше. Их предполагалось использовать в будущей войне против Москвы и при этом оградить Литву от излишнего влияния. Так как поляки являлись католиками, Чёрный Радзивилл с остальными магнатами решили покровительствовать антиримскому движению Жана Кальвина. Оно могло стать популярным среди населения княжества, сопротивляющегося латинизации. Таким образом между литвинами и поляками проляжет дополнительная черта разности. Сигизмунд благосклонно относился к подобной политике. Ему было выгодно, чтобы литовское дворянство не получила дополнительной самостоятельности.

Все эти концепции были хороши, но на их реализацию требовалось время. А из-за Ливонии война с Московией могла начаться гораздо раньше, чем рассчитывал Чёрный Радзивилл. Эта прибалтийская конфедерация перестала представлять из себя силу. Члены тамошнего ордена превратились в большинстве своём в бюргеров и Ливония стала лакомым кусочком для соседей. Литовцы хотели сделать из неё вассальное герцогство по примеру Пруссии.

Их ставленником был рижский архиепископ Вильгельм, за которым в качестве его коадьютора присматривал родственник Сигизмунда Христофор Мекленбург-Шверинский. Однако рыцари Ордена действовали на опережение и арестовали обоих. Литовская сторона выразила протест против подобных действий и отправила к ливонскому ландмейстеру посла. Который в суматохе был убит. Смерть посла служила отличным поводом для войны. На границе с Ливонией скопилось до 10 000 войска во главе с Рыжим Радзивиллом и Иеронимом Ходкевичем. Ждали только согласия Сигизмунда. Но великий князь медлил.

-И я его понимаю, - со вздохом признавал Чёрный Радзивилл. - Если мы вторгнемся в Ливонию, то против нас выступит не только Московия, но также Римская империя, Дания и Швеция. Мы окажемся в полной изоляции.

Было решено в Ливонию пока не входить, а добиваться освобождения Вильгельма и Христофора дипломатического давления.