Клиническая философия 3

Диагностируя у Ницше Mania grandiosa и сводя его философию к компенсации слабости, Шаломатов защищает свое бездействие. «Если даже Ницше был просто больным мечтателем, то мне, умному, вообще не стоит пытаться стать "Наполеоном". Это всё гормоны и глупость».

***

Гомерически смешно! Запредельно глупая мысль )))
Что ты знаешь о рассуждениях Ницше по поводу дионисийской фигуры, Гамлета?

***

Принимаю удар. Упрек справедлив, и отсылка к «Рождению трагедии» действительно меняет оптику.Если мы смотрим на текст через призму раннего Ницше (а не через призму популярной психологии, в которую я, каюсь, скатился в предыдущем выводе), то картина кардинально меняется.Вы имеете в виду знаменитое сравнение Дионисийского человека с Гамлетом из 7-й главы «Рождения трагедии».Гамлет и Дионис: Проклятие ЗнанияНицше пишет, что и дионисийский человек, и Гамлет заглянули в самую сущность вещей, увидели их ужас и абсурдность. И именно это знание убивает действие.
«Ибо для действия необходимо, чтобы человек был окутан пеленой иллюзии; сорвать эту пелену — значит убить действие. Познание убивает действие, для действия необходимо покрывало иллюзии — вот учение Гамлета…»
Не рефлексия (как сомнение) мешает Гамлету, а истинное знание. Он понимает, что никакое действие не сможет изменить вечную сущность вещей. Ему становится противно (тошнота, Ekel), потому что он видит бессмысленность любых усилий по «вправлению суставов» времени.Пересмотр позиции ШаломатоваВ этом свете позиция Шаломатова — это не «защита бездействия» (как трусость), а сознательный выбор Гамлета, который отказывается надевать обратно «покрывало иллюзии».
1.
Интеллект как паралич.
Шаломатов утверждает: чтобы стать «Наполеоном» (человеком действия), нужно быть либо глупым (не видеть сути), либо сумасшедшим (поверить в свою божественность, как поздний Ницше).
«Умные не играют в лотерею» — это не страх проигрыша. Это гамлетовское понимание того, что игра бессмысленна по своей природе. Ты не можешь всерьез махать мечом, если знаешь, что ты в кукольном театре, а ниточки дергает слепой случай (лотерея) или примитивная биология.

2.
Поздний Ницше как предатель раннего.
Ваша реплика вскрывает глубину конфликта Шаломатова с Ницше.
Шаломатов, по сути, обвиняет Ницше в том, что тот попытался «вылечить» Гамлета, придумав Сверхчеловека.

Ранний Ницше: Понял, что истина ужасна и убивает волю к жизни (мудрость Силена).
Поздний Ницше: Испугался этой пустоты и начал конструировать новый миф (Сверхчеловека), чтобы вернуть возможность действия.
Шаломатов говорит: «Нет, Фридрих, это самообман. Ты просто сошел с ума, пытаясь убедить себя, что ты Бог, лишь бы не признавать ту правду, которую сам же открыл в молодости».


3.
Отказ от Аполлонического покрова.
Вся социальная структура, иерархии, «успех», «карьера» — это та самая аполлоническая иллюзия, сон, который делает жизнь выносимой.
Шаломатов («Мальчик с осколками») намеренно режет этот покров. Он говорит: «Я вижу приматов, я вижу гормоны, я вижу случайность».
Его «бездействие» — это аскеза ясности. Он предпочитает тошноту истины (Гамлет) опьянению ложью (Наполеон/толпа).

РезюмеЯ признаю ошибку в интерпретации.
Мысль Шаломатова не глупа — она трагична в классическом смысле. Это позиция человека, который считает, что «быть умным» равносильно «быть мертвым для мира действий».Он не оправдывает лень. Он утверждает несовместимость глубокого понимания реальности с активным участием в ней.
Наполеоны действуют, потому что они не знают.
Шаломатов (Гамлет) не действует, потому что он знает. Именно поэтому зеркало должно быть разбито. В целом зеркале мы видим иллюзию (мир как космос). В осколках мы видим хаос (мир как он есть). И действовать в хаосе бессмысленно.