Ретро -артефакт Колобок

Ретро-артефакт Колобок.

В секторе «Старый Лес» внезапно вошёл в моду избинг. Туристы с центральных платформ брали безумные кредиты, чтобы полазить по развалинам аутентичных изб, вдохнуть затхлый аромат эпох, попробовать аномалии — вроде субстанции с молочных рек и кисельных берегов. Избы были аварийными, но фонили в пределах допустимого. Спрос оправдывал любую авантюру.

Ветерана по кличке Дед и его подругу Бабку закинули сюда по срочному контракту. Задача была  непростой: привести в порядок Избу №3, сделав её безопасной для  групп из пяти особей в скафандрах лёгкого класса.

Убирая развалины печи, Дед  вспомнил про элемент  под названием «Колобок». В  компьютерной  базе он описывался как съедобный артефакт и символ архаичной простоты.

 В его размышления встряла Бабка.
-Из  чего восстанавливать? Рецептура давно утеряна. Сырьевые цепочки разорваны ещё до  Великой Оптимизации.

Дед ткнул пальцем в висящий в воздухе полупрозрачный интерфейс и открытый подпол. — -Креативь! Сканируй следы прошлых сборок, генерируй аналоги. Прояви гибкость!

Бабка вздохнула. Она собрала пыль на полу, остатки   полимерных плёнок на стеклах, сделала спектральный анализ подвальной  плесени.

Алгоритм плюнул и  выдал схему чего-то желтого и сферического. На свой страх и риск Бабка загрузила данные в нанопринтер, вяло  конопатящий  щели в брёвнах.

Он лязгнул  и выдавил из себя странный предмет, не внесённый в спецификацию. Круглый, тёплый на ощупь пластиковый шар, издающий едва уловимый гул, как крошечный моторчик.
Это был побочный продукт реконструкции, артефакт с битым, нечитаемым кодом. Уркнув, он свалился  с рук и покатился в овраг в направлении сектора, где  даже у  местных гидов не было маршрутов.

Дед проводил его взглядом и махнул рукой. «Самоуничтожится в зоне дикой фауны. Страховка покроет. Меньше мороки».

Заяц с гипертрофированными задними конечностями и блестящей оптикой ночного видения перегородил тропу, нервно постукивая мощной лапой.
— Стоп-стоп-стоп! — пищал он металлическим голоском. — Несанкционированный самоходный объект! Ты в чьём реестре? Предъяви код доступа!
— Я Колобок, —  ответил артефакт. — Продукт работы нанопринтера. Твой протокол задержки устарел.
И покатился дальше, пока Заяц пытался связаться с диспетчерской, бормоча о «несанкционированном софте».

В секторе все хорошо знали историю Волка, которого «утилизировали» Дровосеки из соседнего модуля за попытку  поглощения  гидролога по кличке Красная Шапочка.
Система сохранила его резервную копию в самой примитивной оболочке. Стальная рама с обрывками шерсти перегородила дорогу.

— Я Колобок, — повторил артефакт. — От Деда, от Бабки, от Зайца ушёл. И от тебя уйду. Твои реакции предсказуемы.
— Колобок?  Ты… неучтённая единица… Нарушаешь баланс… Моя задача — восстановление баланса… путём ассимиляции…
Волк бросился, заскрипел и врезался в пень. Колобок был уже далеко.

Медведь был похож на внезапно оживший, заросший мхом и лианами бульдозер. Он не угрожал. Он просто встал на пути, перекрыв тропу, и смотрел тусклыми сенсорами.
— Ты — мусор, — гулко пробасил он. — Я — уборщик.
— Я Колобок, —  проурчал процессором артефакт, замедляя вращение. — Я не мусор. Я — результат. От всех ушёл. И от тебя… Уйду.  Но мне потребуется чуть больше времени.
Он дал задний ход, разогнался и, описав дугу, вкатился под брюхо механизированному зверю, выкатившись с другой стороны, пока тот с грохотом делал медленный разворот.

Лиса сидела на камне у развилки. В ней не было ничего механического. Только плавные линии и неотличимый от живого взгляд. Она казалась самой настоящей и  самой безопасной.
— Здравствуй, артефакт, — сказала она мягко, почти нежно. — Какой ты круглый!  Самодостаточный!  Быстрый! Редкое качество во время готовых решений.

Колобок остановился. Его анализаторы зависли, не в силах классифицировать угрозу. Ему понравились эти слова. Они резонировали с чем-то в его повреждённом коде.
— Я Колобок, — начал он свою формулу. — Меня собрали из подручных средств. Я ушёл от…

— Знаю, милый, знаю, — кивнула Лиса, и в её глазах мелькнула тёплая, понимающая искорка. — Ты ушёл от всех. Ты уникален. Но позволь один вопрос. Знаешь ли  кто ты? Не что, а кто?

Колобок замолчал. Вопрос лежал вне его сценария. Он вызывал приятный, но опасный шум в процессах.
— Подойди ближе, — ласково предложила Лиса. — Давай обсудим твоё предназначение. Твой нераскрытый потенциал. Такой шанс выпадает редко.
 
Колобок, нарушил  внутренние протоколы и доверчиво приблизился. Лиса не стала его «поглощать». Она просто коснулась его поверхности своим идеальным холодным «носом».
Раздался  чистый щелчок — звук разрыва слабой нейронной связи. Артефакт был стёрт.
— Спам, — тихо констатировала Лиса. — Чистый, неклассифицированный спам. Жаль.  А ведь почти получилось.

Страховка действительно всё покрыла. Контора прислала новый принтер, и работа продолжилась в штатном режиме.
Люк в полу, согласно паспорту объекта, был абсолютно безопасен и герметично заварен.
В сертифицированные часы экскурсий посторонних шумов не зафиксировано.
Согласно неофициальным наблюдениям (см. прил. Б, записи вахты №7), в период с 02:00 до 04:00 по локальному времени со стороны люка могут доноситься акустические аномалии, интерпретируемые персоналом как «ритмичное поскрёбывание». Причины не установлены. На работоспособность генератора не влияет.

В соседнем модуле новая, перезагруженная после инцидента с волком Бабушка (версия 2.1) показывала туристам свою избу.
Поднимая глаза  от интерфейса, она  глядела в окно  на тропу, что терялась в чаще.  В голове постоянно  возникала навязчивая, странная, нефункциональная мысль про тот самый «элемент ностальгии», за которым гоняются туристы.
—  Что  было в этом  повторяющемся акте ускользания? В движении, которое обрывается тихим щелчком?
Мысль была помечена системой как «непрофильная» и отложена в долговременный архив без индексации.
Бабушка  вздохнула и вернулась к работе. Техзадание надо было выполнять.