Полицейский

                ПОЛИЦЕЙСКИЙ
Мотоцикл появился внезапно. Заревел мотор- и вот Харлей Дэвидсон остановился у Сэма. Да он едва успел стащить с плеча автоматическую винтовку. И он не видел озверевших глаз мотоциклиста под шлемом. Мотоциклист же отпустил руль. Схватился за помповое ружье… Да он же выстрелил немножко раньше. Но Сэм успел пасть на асфальт. Но все же дробь прожгла его руку… Да больно… и Сэм выстрелил. Отдача мощной винтовки ударила ему по раненому плечу. Сэм зажмурился от боли. Но винтовку не отпустил. Втор раз выстрелить не пришлось- да пуля попала мотоциклисту прямо в грудь. Мотоциклист упал на асфальт,  «Моссберг» выпал из его рук. Харлей Дэвидсон упал на бок. Сэм встал, он все еще морщился от боли, но приблизился, держа винтовку наготове. Подошел к мотоциклисту. Но тот уже не двигался. Сэм пнул в сторону его «Моссберг», всмотрелся… Пряди волос виделись из-под шлема… Сэм повесил винтовку себе на плечо. Наклонился, стащил шлем… Да ведь это девушка! Рыжие кудри ниспадали на кожаную куртку, изящное бледное лицо… У Сэма захватило дыхание. И вдруг, против своей воли, он еще наклонился… Да девушка чуть шевельнулась! Зрачки среагировали на свет… Совсем не зная, что же он творит, Сэм наклонился еще, и вот уже его губы слились с губами девушки… И вдруг ее грудь начала двигаться… И она застонала, ее изящное лицо дрогнуло от боли… Сэм встал. Он больше не мог смотреть на муки девушки. Но даже не думал про выстрел милосердия. Вдруг он схватил девушку за ее длинные ноги, сам морщась от боли, он потащил ее к торговому центру…
- Да она будет жить. Пуля прошла рядом с сердцем. Но же не задела.
 Врач хмуро взглянул на куртку, изрезанную скальпелем. Да Сэм ему ассистировал. Даже с перевязанным плечом. Да врач поберег морфий для девушки, а уж из руки Сэма дробь вынимал не обезболив. Да к счастью дробь не задела даже нервов. Но рука же болела… Но девушка же была еще очень слаба. Они вдвоем положили ее на кровать. Сэм приготовил для нее половину своего пайка.
 Девушка пришла в себя. Она глядела на Сэма своими большими зелеными глазами. Тот улыбнулся. Наконец, когда девушка приподняла голову, он нагрел ей немножко бульона в алюминиевой миске. Взял ложку… Девушка уже не упиралась. Да так схватила ложку своими крепкими зубами, что, казалось, расколет надвое. Но вот горячий бульон потек по горлу девушки… Ее глаза засверкали. Да следующие ложки она уже хватала уверенно. Наконец бульон кончился. Врач протянул таблетку успокоительных. Сэм же растворил ее в минеральной воде. Да девушка совсем не думала, что ее желают отравить. Она жадно выпила жидкость. И вот ее глаза закрылись, она стала дышать ровно…
 Врач же был анархистом. Он считал, что не должно быть никакой власти. Что люди должны по собственной воле делится тем, что же имеют. Конечно, не только полицейские, но даже продавцы считали его чокнутым. Да ему этого не говорили… Но он же отлично справлялся с своей работой. Под его опекой вставали на ноги даже тяжелораненные. Но он же рвался лечить не одних лишь полицейских, но даже уцелевших головорезов. Да ему такое не всегда позволяли… Но даже начальство выделяло врачу двойной паек. Да и для больных немножко пищи было…
 Сэм же вспоминал, ка какой-то сумасшедший фермер рвался в торговый центр. Да на своем гусеничном тракторе ан наварил толстые пластины метала. И пули полицейских не причиняли ему вреда. Он уже раздавил две полицейские машины… Приближался… Сэм невесть как в оружейном складе нашел базуку. Быстренько зарядил. Выскочил на улицу, прицелился… И вот трактор фермера остановился. И запылал. Полицейские подбежали поближе. Но за тушители не хватались. Ждали, пока трактор погаснет сам. Сжэм лишь издали видел обгоревший труп фермера.
- Да ты герой. Мы гордимся тобою,- директор магазина поправил свой галстук.
 Конечно, Сэм отказался от виски. Но так же обрадовался, получив пачку настоящего цейлонского чая. Да кусок шоколада Файзер. Он почистил винтовку. В углу спокойно насыщался…
 Честь же вам, верные стражи законов! Да вы герои, удерживающие эту хрупкую линию фронта, охраняющие справедливость, порядок, благосостояние, нравственность… Хотя вы малочисленны, даже слабы, но нечеловеческими усилиями сможете защитить жизнь людей, их права и свободу от тех, кто посягает на это, от убийц и грабителей, чтобы восторжествовала нормальная, здоровая жизнь…
 Голос шерифа уже стал хриплым. Полицейские и охранники слышали это, едва не зевая. Да и дальше продавцы налаживали свои аппараты, уборщицы мели пол, работники склада бороздили по полкам.
 Хотя много об этом говорили, но дефолт же заставил всех внезапно. Вдруг закрылись банки. Люди не могли получить налиности в банкоматах. Да и для зарплат денег уже не было… Невозможно уже было рассчитаться. Экономическая жизнь остановилась. Иные магазины разграбили сразу же. Другим же немножко повезло… Охранники же объединялись в отряды, вооружались получше. Все же уставились на армию. Но армия же стала бессильной. Без зарплат солдаты не желали воевать не только за власть, но даже против власти. И никто не знал, где же этот президент Трамп. Говорили, он застрелился, говорили, отравился. Даже когда он разглагольствовал на экранах телевизоров, все думали, что это же старая запись, на самом деле нет уже никакого правительства. Да на улицах, в контейнерах, с мусором горели и старые доллары. Да все равно за них уже ничего не купишь. Да болтали, где-то далеко, в необитаемых просторах, таится шахты с ядерными ракетами. Да всем уже были пофиг даже они… Все больше желали хлеба. Наконец правительство стало немножко шевелится. Введи амер. Сначала бумажный. Болтали, если восстановят часть компьютерных сетей, будет даже безналичный. Да и правопорядок восстановился. При финансировании амерами создали кое-какую полицию, кое-какую связь. За все расплачивались амерами. Но большинство же были без средств для существования. Начались настоящие уличные бои. Изголодавшиеся люди рвались в магазины с оружием в руках, а полицейские же защищали. Да кое-какую власть имело лишь федеральное правительство. Штаты же стали бессильными. Мафия же начала торговать продуктами места наркотиков. Из-за пищи, бензина начинались боестолкновения с применением бронетехники.
 Да ведь в магазине, где служил Сэм, было относительно спокойно. С танками на нее не кидались. Ночью же бронированные грузовики выгружали пищу, а уж днем у торгового центра торчала вереница роскошных машин и джипов. В КПП же была Ви-Фи связь. Сразу жее устанавливали, платежеспособный ли клиент. Но даже на это не слишком полагались ведь и оборудование могло попасть в руки мафии. И машины тщательно обыскивали. Но довольно часто не только джипы, но даже грузовики пробовали КПП протаранить. Тлгда уж винтовки свои руки брали и грузчики, даже компьютерщики. Продавцы и уборщицы перевязали раны, тащили раненых врачу. После всего этого на подступах к магазину валялись кучи трупов. Да в самом магазине гникьто об этом особенно не беспокоился- оружия подбирала местная полиция, а трупов вывозили мусорщики.
 Но теперь же Сэм нее мог подзабыть девушку, лежащую на кровати в темном складе. По вечерам Сэм зажигал керосиновую лампу. В тусклом свете он разглядывал черты лица девушки. Да он прекрасный безо всякой косметики… Иногда Сэм одалживал магнитолу у компьютерщика Стюарта. Вставлял потертый диск, и в складе гудела музыка… Девушка слышала молча, ее глаза раз бухались, но потом же она засыпала… Тогда Сэм тут же выключал магнитолу.
 Девушка уже немножко вставала. И стала больше кушать. Сэм же ей давал, что мог. Но тут же с ужасом обнаружил, что пищи не хватает уже для его самого. Он уже не знал, что делать. Побаивался, что шериф, а еще вероятнее директор магазина, просто вышвырнет девушку на улицу. Даже врач не сможет выручить…
Они даже стали немножко разговаривать. Но полицейский говорил мало. А уж девушка и того меньше. Но по вечерам они пускали нежную музыку, да сидели, глядя друг в друга. Лицо полицейского сияло от счастья, лицо же девушки становилось подобным ее волосам…
 Но однажды она вымолвила:
- Да что ты охраняешь? Этот дрянной ларчик? Да жатвы здесь не так уж много…
- Да ведь вы кидаетесь на нее! Ведь вы грабители, преступники, посягаете на чужое имущество… Мы должны же защищаться.
- Но мы просто хотим кушать! Что же, мы должны сдохнуть с голода? Уж тогда станем очень честными…
- Да ведь не вы же приготовили эту пищу, она принадлежит не вам…
- Да ведь и не вы приготовили. Да ты видишь же жирные морды тех, которые приезжают покупать. Да какие же они мерзавцы… и ты же охраняешь их… Да что же получаешь за то? Немножко покушать. Сможешь когда либо обеспечить семью, уехать отсюда?
  Полицейский замолчал. И задумался. Он никогда не обмозговал это. Он просто привык исполнять приказы начальства. Но когда девушка глядела на него разочарованными глазами, он забывал про приказы…
 Да надо что-то делать… И полицейский стал воровать. Спиной он заслонял камеру, и хватал шоколадку. Пихал эту шоколадку себе под манжетку. Вечером же приносил девушке. Та жадно кушала. Улыбалась ему. Сердце же полицейского вертелось от счастья.
 Но все это продолжалось недолго. Полицейский же совсем не заметил одну уборщицу, которая внимательно разглядывала его с угла зала. А потом уж эта уборщица попятила в будку охраны…
- Да вот что ты начал вытворять? Должен честно охранять имущество… А же превратился в вора. Но мы тебе дадим шанс. Украденное будет вычитано из твоего пайка. Если уж сам н желаешь оказаться на улице. Ну а уж девчонку выкинь. Да ведь она воровка, шлюха… И на тебя дурно повлияла. Она же должна сдохнуть на улице.
 Шериф закончил. Полицейский опустил голову. Ему было и стыдно, и больно.
 Девушка уставилась на него.
- Да ты меня выкинешь?
- Да я же не могу! Лучше уж застрелюсь…
- Да ты должен жить! И мы должны покинуть этот чертовой ларчик. Я долго мозговала. Конечно, вечно грабить не сможешь. Рано или поздно схватишь пулю. Но мы должны найти покинутый домик в деревне.  Да достать семена, вспахать огород… Нам необходимы лошадки. Ведь трактор самостоятельно починить не сможем… Может быть, найдутся подобные нам… Наладим нормальную жизнь…
 Полицейский и девушка долго возились с мотоциклом. Но остались довольны. В складе оружия полицейский нашел автоматический пистолет Стечкина. И патроны к нему. Полицейский же знал, что крупнокалиберный пулемет у КПП- больше для устрашения. Ведь к нему мало патронов… Но в посте полицейский нашел ручной пулемет.
 Девушка едва успела остановить мотоцикл у шлагбаума. Да него же мотоциклом не протаранишь… Появился шериф. В его руке торчал крупнокалиберный револьвер.
- Да ты предашь сослуживцев, законы, изменишь присяге?
 Полицейский уже опустил голову. Пистолет он опустил тоже. Но вот девушка повернулась. Уставилась на него. Засверкала глазами.
- Ты ведь меня любишь?
 И полицейский выпустил длинную очередь. В голову шерифа попало даже несколько пуль. Он скончался мгновенно. Полицейский соскочил с мотоцикла. Побежал в будку. Поднял шлагбаум. Нашел пулемет. Завыли сирены. Девушка немножко приостановила мотоцикл. Когда машина с сверкающими фонариками приблизилась, Сэм выпустил длинную очередь. Машина остановилась. Вспыхнула. Девушка нажала на газ. Мотоцикл рвал вперед. Сэм прижался к спине девушки. Крепко держал ее плечи. И стал целовать ее роскошные рыжие кудри…