Новая мир

Наш мир так пуст, как та аллея,
прошел за дымкой день, как я жалею
На кронверке казнен Бестужев
Мы спим ,а Герцен был разбужен

По утру день, но нас отпели,
под белым ясенем в апреле.
"Помянули ныне с вином и хлебом,
жизнь прожитую под открытым небом.

чтоб мы могли избежать арестов,
покуда на небе больше места"*
Да вспомнить, что мы когда то жили,
но уже не достать верхушки ивы.

но уже не идти бороздой по снегу,
да и снег не снег а осадок белый.
Лишь безмолвно лежать в тоске бессильной,
средь листов и бумаг в тишине могильной.

*Иосиф Бродский
/////////////////////////////////////////////

"Здесь весело в трусах стоять в своей рванине"


Здесь весело в трусах стоять в своей рванине
и  корень с четырех мне не извлечь в помине.
И средь больших дорог ведущих что к равнине,
ваш навигатор лжет от селе и доныне.

В уставах нет концов не стоит вам судачить,
получит капитал лишь тот кто вторым зАчат
Зимой в снегах Сибирь, и там у "Лукоморья",
борзой кошак сидит мяукая бемолью

И мамонт, что воскрес оттаяли останки,
опять в сугроб залез на дальнем полустанке.
В Москве за мостовой живут гипербореи,
аллеи за углом поклонников Бродвея

И Су-37 как главный принцип звука,
пылится в гараже как сделанный безруко.
А к звездам полетят наверно наши внуки,
на Марсе будет сад от умников науки.

Мы преданы стране "Своих в беде не бросим",
поехали трамваи с рекламой папиросов.
Я ввинчен в эту жизнь, другой уже не надо,
давно уже забыл про будки с лимонадом.

Лежачая плашмя как карта Тель-Авива,
отбросила меня куда-то в Палестину.
А зодчий не простит лишь улыбнется филин,
беспозвоночный я с набором двух извилин.

Меня теперь там нет, скрепя пером по кругу,
я коротаю жизнь от Краснодарской скуки.