Ночные страхи

В песне поется: «Я зарастаю памятью, как пустошь зарастает лесом…» Мне скоро 80 лет, и моя память «заросла» достаточно. В ней хранится разное — и то, о чем никому нельзя рассказывать (к сожалению, такого немало), и то, что время постепенно стирает. Но есть несколько «страшных» эпизодов, которые остались в памяти навсегда.
Эпизод первый. Генгорка.
Был май 2011 года. К вечеру мы приехали в Генгорку. Сезон еще не начался, пансионаты стояли закрытыми. Мы подъехали к дому местной фельдшерицы — она всегда знала, где и что сдается. За воротами злобно заходился лаем пес. Я еще подумал: как же она принимает постояльцев с такой собакой? Хозяйка сказала, что к себе взять не может — не сезон, и повела нас к пансионату наискосок.
На звонок вышел худой немолодой человек по имени Яша, сторож. Пансионат состоял из двухэтажных зданий, в каждом номере — стеклянные двери и отдельный выход. Созвонившись с хозяйкой, Яша предложил нам заселиться. Мы устроились в первом номере от забора. «Вы — первые в этом году», — сказал Яша, включил бойлер и ушел к себе.
Ночь на юге наступает быстро. Помывшись, мы улеглись спать. Но через пару часов где-то на втором этаже раздались непонятные звуки. Что это? Кто это? По телу пробежал холодок. Сначала слышался скрип открывающейся двери — протяжное «пииии», а потом резкий, хлопающий стук.
Тревожные мысли проносились в голове: забор низкий, может, кто-то перемахнул через него? Вокруг ни души. Но как он пробрался в здание, да еще на второй этаж? Я вышел из номера, посмотрел на окна над нами — темнота. Сжавшись от страха, мы мучились несколько часов и уснули только под утро — то ли от усталости, то ли звуки прекратились.
Утром спросили Яшу, что это было.
— А, это я там окно открыл, проветривать номер надо после зимы. Вот ветер и гулял, дверью хлопал, — ответил он.
Мы вздохнули с облегчением, посмеиваясь над своими ночными страхами.
Эпизод второй. Партизаны.
В Партизанах теща на ночь всегда запирала входную дверь в пристройку-кухню на тяжелый винтовой запор. Жена легла почти впритык к двери, а меня устроили в отдельной комнатушке, которую называли «казематом».
Я уже начал задремывать, как слышу голос жены: «Аля, кто в дверь стучит?» Я вскочил, перепуганный. Действительно: кто-то негромко, но настойчиво дергал дверь. Раздавалось мерное: тук-тук-тук…
Подойдя к порогу, я хриплым от страха голосом спросил: «Кто там?» В ответ — тишина. И снова: тук-тук-тук…
— Что вам надо?! Убирайтесь! — завопил я уже громче.
Снова тишина. На кухне окно выходило прямо на крыльцо. Было темно, и за стеклом не виднелось ничего, что напоминало бы человека. А стуки продолжались. Я уже истерически выкрикивал нецензурные слова, пока звук наконец не затих. Кое-как уснули.
Когда рассвело, я первым первым делом глянул в окно. Прижавшись к самой двери, на пороге лежала хозяйская собака. И тут до меня дошло: она просто чесалась от блох, и каждое ее движение передавалось двери.
«Ну и ночка!» — обсуждали мы происшествие за завтраком. При свете дня ночные ужасы всегда кажутся смешными и ничтожными. Но в памяти эти «страшилки» остались, и мы до сих пор часто со смехом их вспоминаем.
5.02.26 г.СПБ