Идя к цели 5 жизнь в огне 12

   21 января 2025 года Беатрис прислала по электронной почте сообщение с вопросами: была ли Надя у социального работника Перохи и не получала ли Надя какое-либо письмо от социальной службы Оренсе о минимальной выплате?

   Надя была крайне удивлена, получив это сообщение от Беатрис, ведь ей было неоднократно сказано, что с 1 января 2025 года она больше не в программе Красного Креста и ней никто не будет заниматься.

   К тому же, Беатрис знает, что Надя получила отказ в получении минимальной выплаты и знает, что Надя подписала получение в социальной службе Перохи одноразовую помощь в сумме 1250 евро на три месяца.

- Интересно, что вдруг так экстренно могло измениться?

   Но ощущение холода по спине она почувствовала на столько сильно, что даже руки замёрзли. Она терла замерзшие кисти рук, разминала пальцы... Холод вновь вцепился в неё мёртвой хваткой. Это были первые признаки того, что что-то уже начало происходить за её спиной.



   22 января 2025 год. Олайя прислала ей ей по электронной почте сертификат о экзамене который она сдала 24 декабря 2024 года на уровень знания испанского языка и написала день и время, когда она может прийти и получить его в бумажном виде. Надя открыла сертификат. Уровень В1.

   Надя не ответила Олайе. Она помнила, что ей недозволенно даже входить в здание Красного Креста с января месяца, так как программа для неё завершена.



   7 февраля 2025 год. Пятница. Пероха. Испания.

   Беатрис прислала по электронной почте сообщение, что Надя получила минимальные выплаты от социальной службы Оренсе в сумме 604 евро/месяц и по этой причине ей отказано в получении 1000 евро от социальной службы Перохи. Она рада, что Надя приняла эти выплаты и теперь может самостоятельно платить за жильё.


   Надя прочла сообщение Беатрис и задумалась. Интересно, как она, Надя и где, приняла эти минимальные выплаты, если после отказа в получении этих минимальных выплат, социальной службой Оренсе, она никуда не обращалась и никуда не подавала документы на пересмотр дела по этим выплатам.

   Внезапно она замерла, увидев дату отправки этого сообщения Беатрис 7 февраля.


   И именно сегодня, 7 февраля 2025 года Надя обнаружила, что на её электронные книги под её именем, в Интернете уже проводится подписка.


    10 февраля 2025 год. А Пероха. Испания. Социальный отдел. Понедельник.

- Что там у нас с выплатой 1250 евро? Хозяин уже меня спрашивает, когда же я буду платить за съем жилья?

- Я получил сообщение, что ты получила минимальные выплаты от социальной службы Оренсе и поэтому тебе отказали в получении 1250 евро одноразовый помощи от села.

- Это я знаю. Мне об этом написала сообщение Беатрис. Но, я ничего не получила. Я получила только 28 ноября 2024 года отказ в получении этих выплат.

- Не знаю, мне сообщили, что ты получила...

- Так и где этот документ, что я получила эти  минимальные выплаты?

   Лукас не смотрит на Надю.

- А где твой документ об отказе в выплатах?

- Дома. Не взяла с собой. Сейчас пойду и принесу. Через 20 минут вернусь.


   Надя отправляется домой за документом. Она идёт средним, размеренным шагом, так как движутся мысли в её голове.


   Надя вернулась в социальный отдел села. Лукас занят. Он принимает сейчас парня и женщину. Надя ожидает в холле. Чуть в стороне от двери в кабинет Лукаса стоит стол с наглядной агитацией в виде разных брошюр и просто листков. Информации полным-полно. На двери соседнего с кабинетом Лукаса, висит плакат. Остановить преступность! Надя улыбнулась.


- Так и кто же её эту преступность остановит? Так от страха потерять под ногами свою ступеньку, на которой уже угнездился, и как кажется, уже закрепился, человек пойдёт на всё... может даже и на убийство.




   Вот Лукас освободился и Надя заходит в кабинет. Лукас просит её подождать ещё несколько минут... он её позовёт сам. Надя возвращается в исходную позицию на стуле в холле. Ожидает. И вновь перед глазами этот плакат. Остановить преступность!


   Социальный работник, молодой парень по имени Лукас, позвал её.  Надя вошла, села на стул и положила на стол документ, полученный от социальной службы Оренсе о том, что ей отказано в получении минимальной выплаты.

   Лукас читает.

- А у тебя есть счёт в банке?

- Да.

- Нужно взять там бумагу, что тебе не пришли деньги минимальной выплаты  на твой счёт.

- Хорошо. Я завтра поеду и возьму.

   Лукас продолжает смотреть на бумагу об отказе ей в получении минимальной выплаты так, словно там сейчас всё изменится и будет написано, что Надя получает деньги минимальной выплаты и хочет ещё и заграбастать 1250 евро от села.

   Надя смотрит на Лукаса и понимает происходящее... очень хорошо понимает...


   Затем социальный работник говорит с кем-то по телефону. Затем звонит в отдел минимальных выплат и начинается обычная для таких дел чехарда вопросов, ответов, звонков, переговоров, получение каких-то бумаг по факсу. Вновь переговоры с кем-то и наконец-то Лукас говорит Наде, чтобы она шла сюда, поближе к аппарату и и передавала свои данные по аппарату кому-то куда-то...


   Надя идёт к аппарату и передаёт свои данные: номер документа НiЕ, место проживания, число, месяц, год рождения. В спешке, чтобы не запутаться в цифрах на испанском языке, она произносит год рождения на английском языке. Всё.


   Куда передала. Зачем передала. Для чего или для кого передала все свои данные - неизвестно!


   И так всё время. Подписывает разные бумаги в Красном Кресте,  а что подписывает, кому подписывает, для чего подписывает -  ей неизвестно!

   Надя не получает никаких разъяснений. Лукас молчит. Встреча окончена.

- Так тебе надо этот документ из банка?

- Нет. Не нужен. Ты не получаешь минимальные выплаты.

- И что дальше?

   Лукас молчит.

- Так и что дальше?

   Ответа от Лукаса нет. У Лукаса странное выражение лица. Надя уходит.



   Надя возвращается домой, а вечером, когда хозяин привёз дрова для печки-буржуйки, она сказала ему о том, что денег нет и не будет, что она теперь будет просить председателя сельсовета оплатить съем жилья хотя бы за январь и февраль.

   Хозяин слушал её внимательно, опустив голову вниз. Он даже не смотрел ей в глаза и лишь после её последних, заключительный слов, что она будет просить председателя сельсовета заплатить хотя бы за январь и февраль, он поднял голову и посмотрел ей в глаза.

- А за март? Кто заплатит за март? В договоре январь, февраль, март...

   Надя улыбнулась Хорхе.

- Так ты ведь знал, что у меня денег нет на оплату жилья. Оплату жилья эти январь, февраль, март гарантирован тебе Красный Крест деньгами социальной службы А Перохи из одноразовый помощи 1250 евро, которая будет только в конце февраля или марте месяце. Ты знал, что я подписала документ о получении этой одноразовый помощи. Ты согласился после обращения к тебе Беатрис, из Красного Креста ещё в декабре, на снижение оплаты жилья до 325 евро, чтобы хватило денег из этой одноразовый помощи и включил сюда и оплату дров. Но я ещё решала, остаться или уйти и тебе сказала, что уйду в январе месяце после всех праздников. Ты всё это знал. Ты на всё был согласен. Ты всё время был в контакте с Красным Крестом. Ещё в декабре ты всё знал...ты удерживая меня здесь любым способом, только бы я не ушла. Ты знал, что не я есть гарант оплаты за это жильё. Я тебе ничего не гарантировала...


   Хорхе молчал. Он смотрел на Надю и по всему было видно, что он что-то обдумывает.


- Я хотела уйти в январе, потому, что жить в этом летнем домике невозможно минимум 6 месяцев холодов. В доме постоянная температура 10-12 градусов Цельсия, а в особо холодные ночи температура в доме падает до 5 градусов по Цельсию и утром не просто встать, а уж купаться вообще вопрос... Это вообще не жильё... Это просто летний домик, который невозможно отопить печкой-буржуйкой. Жить здесь 6 месяцев вообще невозможно... здесь жить невозможно... ты понимаешь, как я промучилась в этом твоём летнем домике прошлые 6 месяцев... холодов...


   Надя смотрела на Хорхе. Хорхе смотрел куда-то вниз.

   Она хотела ему сказать, что дров, которые он выделяет не хватает даже на пол дня, что здесь вообще никаких дров не хватит, так как всё тепло улетучивается мгновенно...


   Она внезапно улыбнулась от собственной мысли о том, что сдавать такое жильё на холодные 6 месяцев надо вообще бесплатно, только для того, чтобы за зиму не завелась плесень от сырости и холода, а не зарабатывать на здоровье человека...