1818-1863. Гомбоев Галсан

Об этом человеке я некогда писал, что он оказал сильнейшее влияние на молодого Льва Толстого (1828-1910), после чего, конечно, на меня обрушились потоки ругани и обвинений, но от своего мнения не отрекаюсь я и доныне. О непротивлении злу Лев Толстой мог узнать только из учения буддизма. Вообще, Запад и русский мир облагораживались, постигая науку мышления Востока и его людей, неприхотливых на вид, непритязательных в быту, но обладающих сильнейшей когнитивной деятельностью, заложенной в них с рождения. Одним из них был и остался Галсан Гомбоев.
Галсан Гомбоев служил ламой Тамчинского дацана, но однажды его вызвал настоятель дацана и сказал, что он надо ехать в Казанский университет и обучать там студентов старомонгольскому языку. Велено – надо исполнять.

В этом месте есть разногласия авторов.
Известно, что Галсана Гомбоева отправили в Казань в 1841 году. Другой автор пишет, что летом 1942 года Галсан Гомбуев прибыл в Казань. Кто из авторов прав? Вообще, путаницы много.
Но речь, видимо, идёт о случае 1847 года, когда Льву Толостому было 19 лет, а он с 1844 года учился в Казанском университете. На странице Галсана Гомбоева Википедии, есть такие строки «Возможно, именно Галсан Гомбоев своим личным примером непротивления в Казани около 1847 года обратил внимание юного Льва Толстого на востоковедение, буддизм и непротивление злу насилием. Толстой рассказывал о встрече с «бурятским ламой» в госпитале Казанского университета П. И. Бирюкову».
Случай следующий. Зимой, после отпуска или каникул Галсан Гомбоев отправился из Тамчинского дацана в Казань на санях. При подъезде к городу на обоз напали какие-то разбойники. Людей избили и оставили замерзать на дороге. Галсана нашли, он попал в больницу, где его положили в одну палату с будущим писателем Львом Толстым, учившимся в ту пору в Казанском университете. Молодого графа сильно поразил тот факт, что Галсан Гомбоев, едва поднявшись с постели, стал молиться за людей, принёсших ему так много страданий. В те годы Лев Толстой часто посещал балы и всевозможные увеселительные заведения. Он искал себя как писатель и как человек, и долгие беседы с Галсаном Гомбоевым заметно повлияли на его дальнейшую судьбу. Толстой оставил свою прежнюю жизнь и, не закончив учёбу, уехал на юг России, где в то время разворачивались бурные события Крымской войны.
Несомненно, что Галсан Гомбоев, который был старше Льва Толстого на десять лет, встречались. Ведь он преподавал в Казанском университете, где учился молодой Лев Толстой.
С годами Лев Толстой, умудрённый жизненным опытом, напрямую обратился к буддийской философии. Среди книг, прочитанных писателем в то время, были труды тибетских монахов, индийская философия, впитавшая в себя буддийскую мудрость, а также замечательный труд нашей соотечественницы Елены Блаватской «Из пещер и дебрей Индостана», в котором описывается ее путешествие по Индии и Тибету. В результате такого обращения Толстой написал очерк, посвящённый Будде Шакьямуни, рассказ «Карма», короткие буддийские притчи». Лев Толстой стал другим человеком, повлиял на него бурят-монгольский лама. Владимир Мединский выступающий на канале «Россия-Культура» вряд ли расскажет о таком эпизоде. Хотя кто знает…
Кто же такой Галсан Гомбоев? Какая судьба за этим именем?
В первую очередь он бурят-монгол из селенгинского рода атаганов. В их племени есть род атаган-шарайд, что лично меня радует, ибо я сам – хори-шарайд. Такое созвучие наталкивает на многие размышления…
Галсан Гомбоев – лама, востоковед, монголовед, российский учёный, этнограф и собиратель фольклора.
Родился в Забайкальской области в Селенгинской степи предположительно в 1818 году. В те годы многие бурят-монголы у южных и восточных окраин Российской империи становились казаками, охраняли границу, учились в дацанах и русских школах. Иногда одновременно. Галсан Гомбоев должен был служить 25 лет, но судьба оказалась милостивой.
Отец Галсана Гомбоева служил старейшиной 5-й сотни казачьего Атаганова полка. С 1829 года Галсан Гомбоев отдан в хувараки и постигал науки в Тамчинском дацане у лам. В 1834 году, в 16 лет, получил степень гецула, тогда же назначен писарем хамбо-ламы Данзан-Гавана Ешижамсуева. Он обладал талантами и врождённым интеллектом, что с годами становилось заметнее. Естественно, что в дацане он изучал тибетский, монгольский языки, учился русскому языку, которым владел его отец. Надо сказать, что в те годы в Кяхте, Троицкосавске, Верхнеудинске, Селенгинске и других местах проживало много русских людей, служили казаки. Здесь пограничная территория. И молодой лама Гомбоев жил в этой среди и впитывал разные культуры и языки.
Россия выбирала лучшие умы, невзирая на расовую и национальные принадлежности. По официальной биографии, в 1841 году Галсан Гомбоев был отправлен в I Казанскую гимназию, а 6 июня 1942 года утверждён комплектным надзирателем при воспитанниках I Казанской гимназии. Эта гимназия образована в 1758 году, а с 1804 году на её основе создан Императорский Казанский университет, куда и назначили Галсана Гомбоева, где он начал работать, продолжая овладевать русским языком.
В 1842 году он стал преподавателем монгольского языка на кафедре монгольской словесности Восточного факультета Казанского университета, где работал величайший востоковед Осип Михайлович Ковалевский (1800-1878), отправленный туда в ссылку. Сошлись две судьба, два интеллекта – Галсан Гомбоев и Осип Ковалевский, дополнившие и обучавшие друг друга. Обычно пишут, что Гомбоев стал учеником Ковалевского, в чём я не сомневаюсь, но и Ковалевский очень многому научился у Гомбоева. Ум Запада, отгранённый и отшлифованный в университетах Вильнюса и Варшавы встретился с непревзойдённо Мыслью Востока, жадно постигавшим науки.
Вероятно, О. М. Ковалевский – один из первых учёных XIX века, побывавший в наших юртах и изучавший наш язык, а Галсан Гомбоев первый лама, работавший в университете России.
Из биографии Галсана Гомбоева следует, что 31 октября 1844 года он награждён Золотой медалью на Анненской ленте, за добросовестную работу и усердие в Казанской гимназии, в 1847 году совершил путешествие по Калмыкии. В 1850 году его пригласили в Казанскую духовную академию для занятий со студентами по разговорному монгольскому языку. Следовательно, Галсан Гомбоев замечательно владел русским языком и обладал педагогическим талантом. Обучить человека другой цивилизации старомонгольскому языку, вероятно, очень трудно.
В 1850-1851 годах вместе с заведующим буддийским отделением Казанской духовной академии Алексеем Александровичем Бобровниковым (1822-1865) Галсан Гомбоев собирал материалы для монголо-калмыцкой хрестоматии. Сомневаюсь насчёт названия отделения, но Алексей Бобровников сын Александра Бобровникова, который обучал первого бурят-монгольского учителя Якова Александровича (Халбая) Болдонова. Отец и сын остались в истории бурят-монгольского народа, именно как просветители. Отделение же, вероятно, называлось монгольским. Или ошибаюсь?
В середине 1850-х годов началась жизнь Галсана Гомбоева в Санкт-Петербурге, куда он переехал вместе с Восточным факультетом Казанского университета. Случилось это где-то в 1855 году, когда Галсан Гомбоев уже был признанным, среди востоковедов, учёным и специалистом, знаниями которого пользовались многие учёные-монголоведы.
Ему ещё не было и сорока лет, но он имел российское образование, труды его публиковались в изданиях Императорского Археологического общества, членом которого он был. Например, в XVIII томе этого общества, в «Записках», можно прочитать «Примечания о древних монгольских обычаях и суевериях, описанных у Плано Карпини» Галсана Гомбоева. Кстати, этот труд был переведён на немецкий: «Aus den Melanges Asiatiques», том II, 18 июня 1856 года, и только после этого переведён на русский язык и опубликован в 1857 году в «Записках».
Из современных энциклопедий можно извлечь следующие данные: «Важной работой Галсана Гомбоева был перевод монгольской летописи «Алтан-Тобчи» (опубликован в 1858 году) с его примечаниями («Записки», том XIV, и «Труды» Восточного отделения, часть IV). Эти рукописные монгольские летописи, известные ещё Я. И. Шмидту, были привезены членами Российской духовной миссии из Пекина.
В «Трудах Восточного отделения Археологического общества» был также помещён перевод Гомбоева «Далуну-Чуга – древнее монгольское гадание по кости-лопатке, изложенное Манджушрием».
Несколько статей Гомбоева напечатано в «Известиях» того же общества. В 1858 году в «Общезанимательном вестнике» № 1 появился перевод Гомбоева монгольской повести «Арджи-Бурджи» (не имеется полного текста). Галсан Гомбоев переводил также с калмыцкого, среди переводов повесть «Шиддиту-кур», а также биография знаменитого джунгарского ламы, жившего в начале XVII века, «Зая-Пандита».
С 1859 года Гомбоев работал лектором Петербургского университета, тогда же избран членом-корреспондентом восточного отделения Императорского археологического общества.
Ещё один его интересный труд: «Sechzig buriatische R;tzel. Aus den Melanges russes», том III, 3 сентября 1856 года («Шестьдесят бурятских загадок. Из «Русского меланжа»), помещённый в «Melanges Asiatiques» Императорской Академии Наук за 1856 год.
В числе его трудов: «Объяснение Семипалатинских древностей», «Сказания бурят, записанные разными собирателями», 56 сказаний, «Buddhism in Tibet, illustrated by literary documents and objects of worship», статья о обрядах новейшего буддизма, «Сидди-Кур» – собрание монгольских сказок. Издано посмертно.
Основным его занятием были переводы, среди которых просветительские тексты на монгольских языках, где обязательны калмыцкий, бурят-монгольский и халхасский языки.
Умер Галсан Гомбоев 11 июня 1863 года в деревне Лахта, близ Санкт-Петербурга, погребён на кладбище финского прихода Св. Марии.
Жизнь бурят-монгольского учёного Галсана Гомбоева многогранна, разнообразна и поучительна. От встречи со Львом Толстым до кончины в деревне Лахте в 1863 году прошло чуть более двадцати лет, но какие за это время произошли перемены в судьбе каждого из них и в истории их народов. Сколько за это время случилось других встреч, где замечательные учёные, востоковеды изучали историю и культуру монголов
Встреча Галсана Гомбоева и Льва Толстого, конечно, была, хотя та же О. Н. Полянская справедливо пишет: «О. М. Ковалевский способствовал приобщению бурят к европейскому образованию, при его поддержке мальчики-буряты поступили на учёбу в Первую казанскую гимназию, вместе с ними прибыл туда и Галсан Никитуев, назначенный воспитателем для гимназистов, но основная его работа заключалась в практических упражнениях с учащимися гимназии и студентами университета по монгольскому языку. Однако в силу ряда обстоятельств Галсан Никитуев вынужден был вернуться на родину и вновь встал вопрос о замещении этой должности воспитателя-надзирателя для изучающих монгольский язык.
О. М. Ковалевский обратился с просьбой подобрать подходящую кандидатуру к хамбо-ламе Забайкальских дацанов. Выбор пал на ламу Гусиноозерского дацана Галсана Гомбоева. В начале июня 1842 года Г. Гомбоев прибыл в Казань, и был утверждён в должности – надзирателя Первой Казанской гимназии. Его работа, как и других «надзирателей» из инородцев регламентировалась программами и инструкциями, составленными старшими учителями восточных языков».
Из этих абзацев следует, что Россия серьёзно изучала и подготавливалась к общению с Востоком, привлечение бурят-монголов являлись не единичными случаями, а научным направлением и методикой, которым следовали Осип Михайлович Ковалевский, Алексей Александрович Бобровников и другие российские учёные.
Возможно, Галсан Гомбоев ездил из Казани на родину в отпуск, командировку или по другим случаям, откуда возвращался на санях обратно, и тогда же произошёл случай, сведший его со Львом Толстым. Ведь Казань – первая ступень взлёта и преобразования его мысли, как и начало серьёзного развития бурят-монголов, давшая первых европейских учёных из их среды.
Благодаря Галсану Гомбоеву стали широко известны научным кругам монгольские народы, памятники древнемонгольской письменности, среди которых летопись «Алтан Тобчи». Кстати, он перевёл на монгольский язык Библию. Востоковедение того времени ещё утверждалось, конечно, в переводах были ошибки, но ведь всегда возникают последователи, которые опираются на прежние работы и исправляют их.
В заключение отмечу, что деревня Лахта, на кладбище которого был похоронен Галсан Гомбоев, – исторический район Санкт-Петербурга на берегу Финского залива, давно включена в черту города. Помните об этом, бурят-монголы, и, бывая в том месте, помяните своего земляка и сородича Галсана-Гомбоева.