Strohkopf

Этот разговор произошёл в самой обычной стране, в самом обычном городе, на самой обычной улице в самом обычном, слегка обшарпанном, но оттого имеющем свой шарм, доме, на самой обычной кухне. Разговаривали между собой давние друзья Михаэль и Дэвид. Эти двое знают друг друга с детства, но несмотря на свою неразлучную дружбу между ними был один главный камень преткновения — мораль. Их обоих волновал вопрос происхождения морали, каждый своим путём пришёл к своему ответу, но, очевидно, ответ одного не удовлетворял другого. Уже 21 год они спорят, чей же ответ лучше, и, похоже, в эту тёмную ночь, которая казалась самой тёмной из всех прожитых до этого даже самим участникам диспута, их дилемма наконец-то разрешится.
- Мы уже два десятка лет говорим об одном и том же, два десятка лет наши беседы не съезжают с одной единственной темы, мы уже даже не здороваемся друг с другом. Зачем говорить “привет”, когда можно сразу выдать новый довод в пользу своей теории и, тем самым, опешить оппонента, чтобы он от неожиданности признал поражение? Как же мне это надоело, Михаэль. Хорошо, я признаю своё поражение, твоя взяла. Но прежде, чем мы закончим этот фарс длиной в 21 год, я хочу в последний раз обсудить твою сумасшедшую задумку. Не мог бы ты начать объяснять всё с самого начала?
- Что ж, раз уж это твоё последнее желание как проигравшего, то так тому и быть. Давай для начала…
- О нет.
- Что такое?
- Я уже знаю, что ты хочешь сказать. Ну давай определимся с терминами. Хотя мне кажется это самым бесполезным занятием.
- Ошибаешься, если заранее не определяться с употреблением тех или иных слов, то тебя вполне вероятно поймут неправильно. Или ты хочешь, чтобы твои слова постоянно перевирали? Тогда и из матери Терезы можно сделать Сатану во плоти.
- Да, да, я понял. Давай уже.
- Итак, есть мораль. Мораль суть некая система утверждений, которые расцениваются как хорошие и плохие. Хорошие утверждения должны поощряться обществом, плохие, соответственно, порицаться, верно?
Положим.
- Далее, сами эти утверждения. Предложения, вроде “Убивать плохо”, “Помогать страждущим хорошо”, “Красть плохо” являются моральными, т.к. дают моральную оценку какому-либо действию. Если моральной оценки не следует, то это утверждение не моральное. Например, “Нельзя убивать” – это приказ, запрещающий убивать, он не про мораль, но “Нельзя убивать, потому что убивать плохо” уже становится моральным.
- Очевидно.
- Не для всех. Некоторые считают запреты и разрешения тождественными морали. Из-за чего невообразимо иронично видеть людей, которые считают убийство морально плохим, а разрешённые государством аборты не осуждает.
- Ну хорошо, определились. Хочешь сказать, что надо определить, что же делает некое действие морально хорошим и плохим?
- Именно.
- Что ж, давай послушаем твои мысли.
- Начнём с того, что моральные утверждения претендуют на объективность. Необходимо это проговорить для тех, у кого изначальная убеждённость в том, что мораль для каждого своя.
- Хм? Претендует?  И каким же образом?
- Всё очень просто: каждое моральное утверждение претендует на объективность. Объективность здесь означает, что истинность или ложность таких утверждений не зависит от сознания субъектов. Почему же они ДОЛЖНЫ  претендовать на объективность? Во-первых, моральные утверждения заключают в себе особый вид авторитета. Если какой-то человек скажет: «Я считаю кражи аморальными», то его утверждение не моральное, оно лишь выражает субъективную моральную оценку этого действия. В ответ на это можно просто сказать, что это его мнение, не имеющее никакой объективной основы, а потому рассматривать его всерьёз не имеет смысла. Однако, если этот же человек скажет: «Кражи аморальны», то утверждение обретает некую силу, которая заставляет данное высказывание претендовать на объективность. Оно становится схоже с утверждением “Вода в океане солёная”. Вода в океане объективна солёная и не перестанет быть такой, даже если вы думаете по-другому. «Кражи аморальны» уже не может быть откинуто просто ссылкой на субъективное мнение, его нужно опровергнуть при помощи аргументов, впрочем, никто не отрицал ещё и необходимость доказать его при помощи тех же аргументов. Во-вторых, большинство людей искренне верит, что мораль объективна и утверждения типа «Убийство аморально» будут истинными для всех. Если же им показать, что объективной морали не существует, то это может вызвать серьёзный психологический стресс, который может привести к плачевным последствиям для индивида.
- Допустим. Значит, правильными и неправильными поступки делает что-то объективное?
- Именно.
- Оно должно быть абстрактным или же чем-то физически существующем в этом мире?
- Тут нет принципиальной разницы.
- Тогда что насчёт религиозной морали? Сами верующие её считают объективной, ведь такова воля Гос…
- А вот тут перебью тебя, прошу прощения.
- Что такое?
- Ты ведь собирался сказать “Господа”, верно?
- Да.
- Ну тогда смотри, человек создан по образу и подобию Бога, верно?
- Да.
- Обладает ли Бог личностью? Можно ли его как-то персонифицировать?
- На этот вопрос я не могу дать ответа.
- Честно говоря, он не особо и важен. Важно лишь то, что Бог обладает сознанием. Сознание само по себе вещь субъективная, а потому божественная мораль по своей природе не может быть объективной.
- Что ж, хорошо. Но кроме религиозной морали мне ничего в голову не приходит из возможных объективных источников морали.
- Потому что их и нет.
- Обоснуй.
- Для этого разберём два довода. Первым будет довод от относительности: тут всё просто. Различные общества имеют различный уклад жизни. В результате чего существуют различные моральные установки. Например, в Спарте детей, рождённых недоразвитыми, выкидывали на скалы, и это не было аморальным.  Чем же обусловлены различия между объективными моральными нормами и нормами конкретного общества? Очевидно, что различные общества появились в различных экономических, политических, климатических и т.п. условиях. У Спарты было недостаточно ресурсов, чтобы прокормить всех и каждого, а потому греческому полису были необходимы только те, кто потом сможет отплатить за своё содержание, например, военной службой. Этот факт действительности принимался населением города и убийство неполноценных детей было для них морально оправданным деянием. Пытаясь ответить на такие вопросы, как "Что находится в центре вселенной, Земля или Солнце?", "Как добраться из Европы в Индию?", “Чем отличается наша культура от другой?” и т.д., мы прибегаем к эмпирическим методам. Эмпирические исследования помогли нам раскрыть фактическое положение Земли и Солнца. Точно так же, люди эмпирически способны познать ложность объективности морали. Тем не менее, два человека могут знать все возможные эмпирические факты, но они всё равно могут вступить в разногласия о моральных ценностях. Моральные споры неразрешимы. Можно возразить, что есть некоторые моральные качества, которые одинаково ценятся во всех обществах. Такими свойствами являются честность, благородство, милосердие. Значит ли это, что данные качества объективны только из факта того, что они признаны везде? Конечно нет. Без этих качеств невозможно существование и нормальное функционирование общества, а значит эти признанные всеми моральные добродетели — суть априорные основания любого общества. Например, если в обществе убийство другого человека, грабёж, кража и т.п. не будут считаться морально неправильными, то его существование, если оно вообще сможет образоваться, продлится недолго.
Вторым же моим доводом будет довод от необычности. Разобью его на две части. Первая будет про существование морали: Если существует какая-либо объективная ценность, она была бы какой-то странной, совершенно отличной от всего, что есть во вселенной, сущностью или отношением. Какой должна быть объективная моральная ценность? Она должна предписывать нам поступать так и никак иначе, то есть ценность должна быть прескриптивной. Каждое моральное утверждение представляет собой императив, причём, подчёркиваю, категорическим.
Существуют два вида императивов: гипотетические и категорические. Гипотетические императивы имеют вид: «Если ты хочешь y, ты должен х». «Если ты хочешь быть здоровым, ты должен следить за своим рационом», но я могу просто сказать, что меня не заботит моё здоровье и весь смысл утверждения для меня теряется, ведь тогда мне не нужно следить за своим питанием. Гипотетические императивы зависят от предпочтений субъекта. Категорический же императив имеет вид: «Ты должен делать х». Этот вид императивов не зависит от личных целей или желаний субъекта, а предписывает всем делать х.
В нашем мире очень сложно объяснить какое-то моральное утверждение через категорический императив. Спросите у любого человека на улице, почему воровать нельзя, и он ответит вам:"Тебя будут неодобрять", "Тебя посадят в тюрьму", "Ты отнимешь что-то важное у другого" но всё это — лишь последствия. Ответа на вопрос "Почему воровство аморально" так и не последует. Более того, если принимать то, что последствия определяют моральность поступка, то тогда моральные императивы будут гипотетическими, т.е. "Если ты не хочешь неодобрения со стороны общества, то ты не должен воровать". Но тогда я могу просто наплевать на неодобрение и пойти воровать, т.е. в этом случае моральные факты зависят от предпочтений субъекта, а следовательно не объективны. Тогда каким образом мы имеем такие категорические императивы, как «Не убей», «Не кради», «Не лги»? В этом и проявляется странность моральных утверждений. Мы не можем понять, как они существуют в нашем мире.
 Вторая же часть касается познания морали: если бы нам были известны объективные моральные ценности, то тогда мы познавали бы их при помощи особой моральной перцепции или интуиции, отличной от других видов познания. Мы не узнаём моральные ценности через органы чувств. Мы не видим аморальности убийства человека так, как видим сам процесс. Аморальность не постижима так же, как мы знаем, что 2+2=4. Моральные ценности невозможно познать через гипотезу, как с протонами в физике. Выходит, что моральные ценности познаются каким-то путём, который мы не можем достоверно найти и прояснить.
- Хочешь сказать, что мы спорили больше двух десятков лет о том, чего не существует?
- Выходит, что так.
- Значит, наша дружба держалась всё это время на чём-то иллюзорном?
- Почему это?
- Дружба главным образом о морали. Она о небходимости поддерживать друга, она о взаимопонимании, она, в конце концов, начинается с мыслей “Вот этот человек хороший, надо будет с ним подружиться”.
- Нет, дружба строится на взаимном использовании друг друга. Два человека дружат до тех пор, пока интересы одного не начинают противоречить интересам другого либо же до того, как один из друзей становится бесполезным для реализации цели.
- Тогда зачем ты со мной дружил? Неужели ты меня как-то использовал?
- Не знаю. Сами друзья редко это замечают, наверняка для чего-то ты мне и пригодился.
- Хватит. Я хотел закончить наш спор о морали, чтобы вернуться в прежние времена нашей дружбы, но видимо все эти размышления о чём-то столько абстрактном окончательно лишили тебя человечности. Я хотел сегодня потерять соперника в споре, а потерял лучшего друга. Прощай, больше мы с тобой не увидимся. Надеюсь, остаток твоей жизни пройдёт в мире и спокойствии.
  Михаэль не смог ничего сказать в ответ Дэвиду и молча проводил своего бывшего друга взглядом, пока его силуэт не скрылся за дверью. С того дня эти двое никогда друг друга не видели.Дэвид не стал мириться с дурацкими идеями Михаэля, а потому только сильнее стал верить в свои моральные принципы, благодаря которым он и смог выжить в надвигающейся войне, запах который уже витал в воздухе. Михаэлю тоже пришлось участвовать в ней, но до конца войны ему выжить не удалось, несмотря на то, что он служил в гарнизонных войсках на оккупированных внутренних территориях. Говорят, ему в баре всадили одновременно три ножа в грудь и голову отцы тех детей, которых он для забавы пускал по минному полю и делал ставки, кто из них выживет.