Хроники Галактики. Глава 2

Глава 2. Праведная ярость.
Ждать долго не пришлось. Дверь кабинета Уильяма скрипнула. В кабинет вошел человек, который за тысячу лет, несмотря на эликсир, на вид постарел лет до 55. А так, это был все тот же Алессио.
- Здравствуй, папа. - сказал Уильям холодно, скрестив руки на груди.
Алессио недоверчиво нахмурился.
- Зачем звал? И почему же ты не встаешь, когда говоришь со старшими? Это некультурно, сын. Я так тебя не воспитывал.
Руки Уильяма сжались в кулаки до побеления костяшек. Он абсолютно проигнорировал выпад отца.
- Папа, садись, пожалуйста. Я позвал тебя не просто так. Так как ты теперь свободен, у меня будет к тебе, если не возражаешь, парочку вопросов.
Уильям наклонился над бумагой, которая все еще лежала перед ним. Теперь он сложил кисти рук «домиком», поставив руки на стол, как школьник на парту.
Алессио уже немного напрягся, но сел в кресло напротив, скрестив на столе пальцы рук.
- Вопросы? Хорошо. Но мне не нравится твой тон, Уильям. Помни, что бы ты ни спросил, откуда тебе знать, буду ли я честен? Иногда правда делает больнее любого удара.
Уильям «сломал» «домик» из пальцев закрыв глаза на 30 секунд. Он глубоко вдохнул и выдохнул. Ничего не говоря, Уильям подошел к отцу и положил перед ним ту самую бумагу, которую он нашел.
- Я не следователь, папа. И придираться к мелочам не буду. Но я хочу знать, что это такое.
- Ты о чем? - Алессио даже не глядел на бумагу, глядя в глаза сыну. Он прекрасно догадывался, что это за документ, поэтому его лицо оставалось непроницаемым.
Взгляд Уильяма стал совсем стальным и гораздо холоднее.
- Не паясничай, папа. Пожалуйста. Читай.
Уильям постучал пальцем по письму. Глаза Алессио чуть забегали, в горле пересохло. Но через пару секунд он нашелся и поднял свой нахмуренный взгляд на сына.
- Уильям, ты не мой учитель. И не мой отец. Я не обязан перед тобой отчитываться.
Во взгляде Уильяма будто проскочил огонек. Он чуть сжал письмо в руке.
- Нет, папа. Ты мне ответишь. Потому что ты отдал мне страну в руки, которая тысячелетиями живет с лапшой на ушах и даже не знает об этом. А я, папа, знаю! - Уильям при этих словах хлопнул по столу и подошел к своему месту, повернувшись спиной к отцу. Он повернул голову. - Если ты отказываешься сотрудничать, уходи. Я уже понял, кто тут преступник. Похлеще кочевников будет.
Уильям отвернулся. Он сейчас очень сдерживался, чтобы… чтобы что? Чтобы не закричать, не заплакать. Его пробила дрожь. Уильям сел в свое кресло, не в силах сжать руки в кулаки. Он чувствовал себя так паршиво, как не было никогда. Он чувствовал, что будто бы фундамент из-под ног уходит, потому что тот, на кого он всегда равнялся, при детальном рассмотрении оказался лишь крысой.
- Я никогда не думал, папа, что ты будешь водить за нос всю страну. И что ты ничего не скажешь об этом мне! Своему сыну! Наследнику!!! - голос Уильяма сорвался на крик. - Я доверял тебе! Во что ты превратил нашу страну?! Врем в лицо своим же, зато бряцаем пушками! - Уильям хлопнул по столу. - Это даже приличным словом не назовешь. Я - твой сын. Но в первую очередь теперь я монарх. И я обязан теперь отвечать перед народом. Ты сам спихнул на меня эту ответственность, хотя имел право переназначить наследника по своей воле! А теперь что получается? - Уильям вскочил, начиная ходить по кабинету туда-сюда. - Теперь получается, что я должен врать. Собственному народу! Врать! Папа, собственному народу врать! - он вскинул руку в сторону, как бы указывая в сторону города, где живут обычные люди. - Это нормально, по-твоему? А по-моему, это чушь! И выходит, я либо должен отрекаться от престола, либо проводить расследование! И второе мне пока нравится больше! Потому что ты с детства вдалбливал мне в голову, что я никто и звать меня никак, если отрекусь! Я считаю, что я должен провести расследование. Это мой долг как монарха. Потому что ты, папа, свой момент прошляпил!
Алессио молчал. Он смотрел как бы сквозь Уильяма. Даже, казалось, он не все понимает и не все слышит.
«Значит, новое поколение не такое глупое. И с нас, стариков, начинают спрашивать, как с нашкодивших детей. Ты был прав, брат. Зря я тебя не послушал...» - думал в это время Алессио.
Уильям поставил кулаки вертикально на стол.
- Что ты молчишь, папа? Сказать нечего? Конечно, нечего! Правда глаза колет, папа! Но отвечать ты обязан. Иначе это приведет к войне.
Алессио расширил глаза. Он, монарх тысячелетий, не увидел этого. Он не увидел простого раскола в обществе. Настолько он был занят своими побрякушками, что ему было плевать, врет он или нет, ему было самое главное, что его легенда идет как по маслу… Это отягощало. Но в первую очередь - он отец, вравший ребенку. Мог ли он в себе это простить? Учитывая, какие отношения были между ним и Джеком, его отцом - мог. Но что-то ему мешало. Наверное, наследие Антанаса, его старшего брата, который всегда был другим.
Алессио поднял взгляд на сына.
- Да, сын. Ты прав. Я не буду извиняться. Но я отвечу на твои вопросы.
Уильям сел на место, смягчившись.
- Папа, я утверждал, а не спрашивал. Ты обязан ответить на мои вопросы, чтобы не стать изменником Родины, если победит та сторона, которая требует правды, если случится восстание. А она, папа, победит. Поэтому я сделаю всё, что смогу, уже сейчас, чтоб никакой войны не было.
Уильям чуть помолчал, а потом продолжил:
- Давай начнем с «роскоши», папа. Почему в моих архивах лежит доказательство того, что трон Поттаделя был захвачен через заговор, организованный Силлендом и Уордами, в то время как в учебниках, которые ты заставлял меня зубрить, это называется «братской помощью»? Кто такой Арбузов на самом деле? И что случилось в ту ночь на балконе, о которой ты запрещал говорить даже шепотом?! Почему мы празднуем мир, построенный на могиле, в которой никто не лежит? Министр юстиции чуть не наложил в штаны, когда я спросил его об этом. Потому что под мемориалом пусто, папа! Там нет ничего! Ни костей, ни дневников, ни пепла! НУ?! Я слушаю, папа!
Алессио молчал минуту. Две. А потом сказал:
- 295 год был временем слабости. Династия в Поттаделе вырождалась, Юден был стар, а Рамиары уже тогда запустили свои щупальца в каждый банк, в каждую торговую гильдию. Лесли Уорд пришел ко мне - точнее, к моему отцу Джеку и его советникам - с предложением. Он сказал: «Либо мы заберем Поттадель сейчас, подделав документы и убрав лишних, либо через десять лет Рамиары задушат нас всех экономически». Мы выбрали меньшее зло, Уильям. Мы убили независимость братской страны (и неважно, что потом опять все вернулось, та династия все еще в изгнании), чтобы спасти её от «Опалового Паука» (так назывался торговый дом клана Рамиаров тогда). Но Паук оказался хитрее. Он не умер. Он просто спрятался за нашими спинами. И Феликс Уорд, который сегодня сидит в твоем правительстве - это живое напоминание о той сделке, которую мы заключили с дьяволом. Именно с тех пор Уорды ввязались в это всё. До этого это был просто дворянский род. А сейчас они мафия. Они давно уже смешались с кланом Рамиаров. Поэтому считай, сейчас это одно и то же.
Уильям не ответил ничего сначала. Он молча выслушал отца.
- Я так и думал. Выходит, мне придется зачистить этот род. И отправить его куда подальше. Потому что все ниточки коррупции и бюрократии указывают именно на этих Уордов. И неважно, как они себя называют сейчас и как называли себя в прошлом. Они предали свое дворянское прошлое. Ты, отец, думал, что ты кукловод, а оказалось, что ты просто оловянный солдатик.
Алессио вздохнул, признавая, что в словах его сына есть правда.
- Как начать чистки, - продолжил Уильям, - я найду слова и способ. Я правитель. А что насчет Арбузова? Ты знаешь что-то?
Алессио коротко мотнул головой.
- А кто знает? - продолжал допытываться Уильям.
- Я не знаю, сын. Всех свидетелей убрали по наводке дома Уордов, - тихо ответил Алессио.
- Ясно. Хорошо. Значит, они и за это ответят. Отец, ты можешь идти. Обвинения сняты.
Алессио кивнул и, тяжело поднявшись, вышел из кабинета. Уильям уже вовсю продумывал, что же ему делать.