Бриллиантовая брошь

Тетя Манефа - родственница, одна из взрослых, которая со мной много возилась в детстве.

От нее у меня осталась чудовищно выпендрежная брошь. В середине огромный овальный фиолетовый камень, по периметру золотая ажурная кайма с большими бриллиантами. Правда одного бриллианта совсем недоставало, а на место другого был вставлен какой-то зеленый камень. Но даже с этими дефектами брошь была очень роскошной.

История этой броши такая. Где-то в 1920-х годах родители Манефы переехали в Ленинград из Галичской губернии, где раньше был их дом, который отобрали после революции. Тогда Манефа была совсем девочкой. Чуть позже за ней - уже молодой девушкой - ухаживал нэпман. И как-то раз он даже пригласил ее в ресторан и купил ей дорогой и редкий деликатес: апельсин. Тетя Манефа взяла этот апельсин и стала его есть так, как едят яблоки: кусая сбоку прямо с кожурой. Нэпман - история не сохранила его имени - засмеялся, сказал: "давай я тебе почищу". "Нет, - ответила Манефа, - не надо: у нас в деревне апельсины всегда так едят".

Потом нэпман исчез. Куда - неизвестно, но можно предполжить, куда обычно исчезали нэпманы в 30-е годы.

Памятью о той любви у тети Манефы и осталась эта самая брошь. Она хранила ее всю жизнь и не продала даже в блокаду. Замуж она так и не вышла.

Уже состарившись, она говорила мне, хитро подмигивая: "У меня есть одна штучка (это слово она произносила таинственным голосом). Я оставлю ее тебе, ты продашь ее и будешь обеспечен на всю жизнь".

Потом она умерла, завещав мне эту самую нэпманскую брошь. В то время мне хотелось избавиться от старого хлама, которым была завалена квартира. Вообще было желание расстаться с прошлым. Так уж сложилось. Я отчасти раздавал, отчасти распродавал ненужные вещи. Под это настроение попала и брошь. Я отнес ее в ломбард. Оценщик с одного взгляда определил дешевую бижутерию, но все-таки по моей просьбе проверил коэффициент преломления "бриллиантов". Конечно, они оказались сделанными из бутылочного стекла. Эта брошь и сейчас у меня.