Декадник на теплоходе или телепортация. День десят

               
                9

                День десятый

          Обратный путь пролетел незаметно. Не было уже длительных зелёных стоянок, да и коротко останавливались, кажется только один раз, чтобы докупить у рыбаков на Енисее свежевыловленной рыбки. На двенадцатое сентября выпал день рождения преподавателя кафедры «керамики» Ивана Кротова. Отмечать собирались вечером после докладов и лекций. Это был последний день декадника, и во всех участниках чувствовалась лёгкая грусть скорого расставания. Время, проведённое на теплоходе, ограниченное бортами пространство и совместная работа на декаднике сблизили всех участников. Уже не было заметно разделение по институтам, как было вначале, но все слились в единую семью, представляющую высшую школу.
           Вечером молодого художника - керамиста, рождённого в прошлом тысячелетии пришли поздравить и академики, и член коры, и профессора. Все шли с весёлыми поздравлениями и подарками. Медики в кают компанию ввалились гурьбой, ряженные в разные костюмы. Сам Модестов представитель легендарной династии врачей явился поздравить Ивана в маске и в розоватых каучуковых «мамма», как называют это наглядное учебное пособие по латыни, а в простонародье «титьками» поверх костюма. У всех это ещё больше подняло настроение и дало повод для новых шуток.
          Пили шампанское и более крепкие напитки. Произносили здравицы и пожелания. А потом под аккомпанемент доцента педагогического университета Гофмана вместе пели песни, как обычно поют под гитару большие компании, собравшиеся вокруг костра. Не раз и не два по громким и многочисленным просьбам самих участников, спели полюбившийся всем «Пароход белый, беленький…»  От этого стало ещё грустнее. Всё чаще стали раздаваться возгласы,
         - Друзья, как не хочется возвращаться в Красноярск.
         - Да это было замечательное путешествие!
         - А давайте пригласим капитана и попросим его повернуть теплоход обратно.
         - А если он не послушает нас, предупредим его, что в противном случае мы пробьём дыру в борту его корабля.
         Особенно активно высказывались в подобном смысле, осмелевшие от шампанского женщины. Но все понимали, что капитан не может развернуть теплоход и пойти обратно. Как не могли и сами пассажиры теплохода вернуться в утерянную и разрушенную страну СССР, о которой многие грустили всё чаще, чем дальше уходило от трагедии развала неумолимое время. Страну ещё так ощутимо близкую, но уже непреодолимо утраченную, легендарную словно новая Атлантида, но со временем всё более романтичную и загадочную, для молодых поколений, не имевших трудного и порой трагического счастья жить в ней. Всё  катилось неумолимо в неведомое и не слишком радужное, как представлялось при Эльцине, будущее.
           Вскоре, в кают - компании появился и сам капитан.
          - Уважаемые гости нашего теплохода! Друзья! Спасибо вам за совместное прекрасное путешествие. Я вынужден с вами попрощаться сегодня, так как завтра мы уже входим в фарватер города. А затем швартовка и много другой важной работы ещё будет у меня и у команды. Поэтому, чтобы завтра мне не отвлекаться и не испортить окончание нашего похода мы распрощаемся сегодня. А на прощание вам всем от меня подарок. Я отдал приказ бросить якорь. Сейчас мы находимся напротив закрытого города Железногорска, где живут железные горцы. Так, что у вас есть ещё вечер и ночь, а завтра будьте готовы. Мы причалим в речном порту Красноярска. Затем поздравив Ивана, капитан удалился.
           Вскоре и Андрей с Мигасом и Олегом Бобровым вышли из праздничного, весёлого и немного грустного собрания. Они стали у борта, вдыхая свежий пропитанный речными запахами воздух, прокручивая в памяти приключения и события завершающегося путешествия. Тихо обмениваясь впечатлениями, единодушно и с сожалением констатировали, как быстро пролетел этот декадник.
           Всё судно окутывала плотная белая пелена. Не видно было ни носа теплохода, ни реки. Только под самым бортом сквозь густые всполохи тумана ещё можно было разглядеть тёмные воды Енисея.