Профориентация

Главный фонтанировал идеями. Идеи были так себе. Экзотичны по содержанию и непросты в реализации. Впрочем, все они подчинялись единому замыслу: создать видимость кипучей управленческой деятельности и максимально занять сотрудников всякой несвойственной им ерундой. Одно время Главный подумывал даже о написании собственного гимна для руководимой им организации. По задумке, гимн должен был исполняться во время торжественных мероприятий и корпоративных сборищ. По части которых он был большой любитель. А может быть даже и профессионал. Но что-то с гимном не сложилось. Некоторое время будущий Главный коротал в федеральном центре на какой-то мутной должностишке, в ожидании подходящего назначения. В центре подумали, подумали и спровадили его сюда, под серое небо провинции. Справедливо полагая, что сильно большого вреда тут он нанести не сможет. На новом месте Главный пиарился как мог, докладывая о своих успехах в  центр. Там относились с пониманием, стараясь особенно не обращать внимания на бурную деятельность. С учетом того, что на основном направлении ведомства эти выкрутасы особенно не отражались. Итак, Главный был инициативен, упрям и глуп. На сей раз инновационная идея заключалась в популяризаторстве деятельности руководимой им конторы в общеобразовательных учреждениях города. Проще говоря, в школах. Возможно, некое рациональное зерно в этом было. Однако, суть новизны сводилась к тому, что лекции о профориентации в школах предстояло читать людям, совершенно не подходящим к этому роду деятельности. Средний возраст будущих лекторов был 50+, в последний раз они были в школе на своем выпускном и ораторским искусством в основной своей массе не владели. Казалось, был выход – выбрать из всех наиболее подходящую кандидатуру, поручить ей разработать лекционный материал, согласовать даты и места выступлений, и исполнить требуемое. Но Главный такой упрощенческий подход с негодованием отверг. По его задумке принимать участие должны были все. Все, и точка. Вот эти «все» и приуныли. Перебрать в непроходимой тайге двигатель у вездехода, провести катер по бурлящей реке, с этим бы они справились, не раздумывая. Но читать в школе лекции… Это же дети. К ним подход нужен… Все увещевания были бесполезны. Главный уперся. Переложив ответственность за исполнение плана на нижестоящих.
Выслушав новое указание, Кузеватов вздохнул и достал из кабинетного шкафа китель с нашивками ведомства. С недавних пор эти кителя пошили в ателье по указанию, понятно кого. И с тех пор одевали их по каждому непонятному случаю. Особенно, на всякого рода совещания, которые проводились чуть ли не ежедневно. По разного рода пустякам. 
В оговоренное время лекторская группа прибыла в лицей, бывший ранее средней школой. Вход в лицей преграждали «подкова»-металлодетектор и мрачного вида пожилой охранник в форме. С дубинкой, кобурой, и наручниками. Напротив охранника, за письменным столом, сидела сурового вида вахтерша, тщательно переписавшая прибывших в огромный журнал. Кузеватов, в последний раз бывший в школе, не припомни в каком году, слегка оторопел от такого и приготовился к личному досмотру. Совсем как в столичном аэропорту, куда его занесло в прошлом году, по странной оказии. Однако, снимать обувь и выворачивать карманы не пришлось. «Это, наверное, потому что я тоже в форме», - подумалось ему. Однако, форма оказалась не причем. Его спутников без формы(не успели пошить) тоже досматривать не стали. Сопровождали же Кузеватова его коллега по отделу, имевший неосторожность ранее работать учителем по труду в какой-то школе, и женщина из главного офиса, совершенно внезапно для себя оказавшаяся в статусе сотрудника пресс-службы организации. К слову сказать, никакой пресс-службы в конторе отродясь не бывало. Бывший трудовик, находясь в фойе, начал названивать по одному ему известному номеру, сообщив кому-то что группа прибыла. Номер он нашел заранее, в интернете. Он же и договорился о проведении занятия. Главный до организаторских мелочей не опускался. Его дело – генерировать идеи. А там, как фишка ляжет.
Около получаса ушло на разглядывание стендов о дружбе народов, расписания занятий и графика посещения столовой лицея. Тезис о нерушимой дружбе народов наглядно подтверждался нахождением, тут же в фойе, группе учениц лицея в национальных платках, обмотанных вокруг головы. Подивившись увиденному, Кузеватов еще поизучал стенд о Сталинградской битве, после чего обратил внимание на представителя пресс-службы своей организации. В руках у которой был фотоаппарат, которым она совершенно не умела пользоваться. Выслушав ее стенания по поводу сложной фототехники, Кузеватов предложил ей снимать бесценные исторические кадры о лекции на смартфон. Внезапно появился внеклассный организатор(или как его там) и группу провели в аудиторию. Детей еще не было. Как оказалось, они смотрели учебный фильм в актовом зале. Тем временем, бывший учитель труда настроил в классе проектор и интерактивную доску. Называл он эти устройства именно так, и у Кузеватова, помнящего еще диафильмы, которые крутили вручную, совершенно не было оснований не доверять экс-трудовику. Пришли ученики. 18 девочек и 3 мальчика. Часть из них, по команде организатора, сложили смартфоны в специальную коробку, разделенные на 31 ячейку. Сама коробка стояла на учительском столе, прямо перед Кузеватовым, и он  зачем-то про себя пересчитал телефоны. Занято оказалось 8 ячеек. Остальные ученики то ли не имели телефоны, то ли проигнорировали распоряжение. К классной доске вышел коллега Кузеватова, представил ученикам участников группы и представление началось. Умело переключая проектор, по ходу фильма и слайдов коллега сыпал вопросами в зал «У кого есть значок ГТО? Кто занимается спортом?», вытягивая учеников из дремы. На экране шла реклама ВУЗа, к которому никто из участников лекционной группы не имел ни малейшего отношения. Какая-то технология разделки рыбы, судовождение и прочие морские рыболовные вещи. Трудовику удалось привлечь внимание аудитории заявив, что закончив этот ВУЗ, можно заработать за 5 месяцев 10 миллионов рублей. Кузеватов подозревал, что цифры произвольные. Сам же он не мог вставить  ни слова в бравурную речь коллеги. Да и ни к чему было. Дело было на мази. Пресс-служба беспрестанно сверкала вспышкой, очевидно было, что фотокамеру удалось включить. Держа аудиторию, бывший учитель труда еще раз призвал поднять руки, тем у кого есть значок ГТО, пересчитал их(оказалось ровно две руки) и заявил, что такой значок дает плюс два бала к поступлению. Кузеватову, ничего не знавшему ни о каких баллах, оставалось только согласно кивать головой. Разошедшийся не на шутку амбассадор неведомого ВУЗа во всеуслышанье заявил, что любая девушка закончившая данное учебное заведение всего лишь через три года легко и просто может стать капитаном рыболовного сейнера, да чего там сейнера, даже ледокола! И тут же объяснил, что именно такую женщину - капитана ледокола совершенно недавно показывали в новостях. Кузеватову ни чего не оставалось, как опять согласно кивнуть. Сам сюжет в новостях он видел, но он сомневался, что путь до должности капитана ледокола был пройден за три года. Ничего такого в сюжете не было. Впрочем, у него оставалась надежда, что он невнимательно смотрел. Пропустил, мало ли. Тем временем коллега призвал всех не тратить деньги на поступление в МГИМО, так как в посольства за границу возьмут не всех, а перекладывать бумажки в министерстве за маленькую зарплату просто глупо. То ли дело быть капитаншей сейнера. И всего за три года. Старшеклассницы зачаровано хлопали глазами, то на лектора, то на интерактивную доску со списком вступительных экзаменов.  После великолепной речи состоялось фотографирование в составе класса с лекторской группой.
Кузеватов вышел на улицу. Шел снег и дул порывистый ветер. Где –то далеко в море ничего не подозревающий капитан сейнера  боролся с волнами и осваивал квоту на вылов селедки. Кузеватов вздохнул и пошел по заснеженной улице.