Притча о Правде

В одном древнем городе жили два брата. Старшего звали Веритас, и во всей округе не было человека честнее его. Младшего звали Фабуло, и про него говорили, что правда в его устах гнётся, как ива на ветру.

Веритас гордился своей безупречностью. Он носил одежды ослепительной белизны и говорил:
— Моя душа прозрачна, как горный хрусталь. Ни одна ложь, даже размером с песчинку, не запятнала её.

Однажды в город ворвались стражники жестокого тирана. Они искали поэта, который написал стихи о свободе. Поэт, бледный и дрожащий, постучал в дверь братьев.
— Спрячьте меня! — взмолился он. — Если меня найдут, мне отрубят голову.

Фабуло, не раздумывая, втолкнул поэта в погреб, набросал сверху старой ветоши и прикрыл дверь тяжёлым сундуком. Веритас же стоял в стороне, поджав губы, и его лицо было холодным, как мрамор.

Через минуту в дом ворвался капитан стражи с обнажённым мечом.
— Где поэт? — прогремел он. — Мы знаем, что он заходил в этот двор!

Фабуло вышел вперёд, глядя капитану прямо в глаза, и сказал:
— Господин, я видел, как человек перемахнул через забор и побежал к реке. Если поспешите, вы нагоните его у моста.

Капитан уже собирался отдать приказ погони, но тут вперёд выступил Веритас. Его белые одежды сияли, а голос звучал торжественно и громко:
— Ложь — это грех, капитан! Мой брат лжёт вам. Я не могу позволить, чтобы тень неправды пала на этот дом. Поэт спрятан в погребе, под сундуком.

Стражники отшвырнули Фабуло, оттащили сундук и выволокли поэта. Там же, во дворе, под крики несчастного, его жизнь была прервана. Кровь брызнула на белые одежды Веритаса.

Когда стражники ушли, Фабуло упал на колени и заплакал. Веритас же спокойно стряхивал красные капли с рукава.
— Зачем ты это сделал? — прошептал Фабуло. — Ты убил человека!
— Я? — удивился Веритас, гордо вскинув подбородок. — Я никого не убивал. Я лишь сказал правду. Правда священна. А то, что сделали с этой правдой другие — это их грех, не мой. Моя совесть чиста, я не осквернил своих уст ложью ради спасения презренного преступника.

Прошли годы, и оба брата предстали перед Мудрецом, что сидит у Врат Вечности.
Веритас шагнул вперёд уверенно.
— Взгляни, — сказал он. — Я принес тебе хрусталь моей души. Он всё так же чист и прозрачен.
Мудрец взглянул на кристалл. Он был действительно прозрачен, но холоден, а внутри него, как муха в янтаре, застыло отражение отрубленной головы поэта.
— Твоя "правда" была мечом, которым ты разрубил чужую жизнь, чтобы не запачкать свою гордыню, — сказал Мудрец. — Ты любил не истину, а себя в истине. Ты пожертвовал человеком ради своей белизны.

Затем подошёл Фабуло. Он опустил голову и протянул свой камень. Он был мутным, с трещинами и царапинами.
— Я лгал, — тихо сказал он. — Я обманывал тиранов, чтобы спасти детей. Я лгал умирающим, говоря, что помощь близка, чтобы они уходили в покое. Моя душа в шрамах от этой лжи.

Мудрец взял мутный камень Фабуло, и тот вдруг засветился мягким, тёплым светом, похожим на свет очага в зимнюю ночь.

— Есть правда факта, и есть правда сердца, — произнёс Мудрец. — Тот, кто использует истину как дубину, не заботясь о том, куда летят щепки и чьи кости ломаются, — хуже лжеца. Ибо он служит идолу своей праведности. Но тот, кто берет грех лжи на душу, чтобы укрыть слабого от удара, — тот постиг суть Любви.

И Мудрец открыл Врата.
— Входи, лжец, — сказал он Фабуло. — Ибо твоя ложь спасала миры.
А потом он повернулся к Веритасу:
— А ты оставайся снаружи со своей безупречной правдой. Она так холодна, что заморозит даже райский сад.
Тот, кто ставит чистоту своих рук выше человечности, на самом деле поклоняется лишь собственному отражению.

05.02.2026 г.