Великая антиколониальная революция. Гл. 40

 Миф о "разгроме советской авиации"

   В состав общего мифа о катастрофе Красной Армии входит миф  о "разгроме советской авиации" в первые дни войны.
   Однако вот что говорит о потерях  гитлеровской авиации Марк Солонин в книге  "На мирно спящих аэродромах. 22 июня 1941 года" (М., Яуза, Эксмо, 2006).  Подчеркну: Солонин последовательно проводит идею, что  неудачи Красной Армии в первые дни войны обусловлены тоталитарным сталинским режимом. Поэтому приукрашивать положение дел ему явно не с руки. Тем не менее, он пишет: "«С первых дней Великой Отечественной войны немецкая авиация безраздельно господствовала в воздухе». Этот тезис никогда не подвергался сомнению в советской военно-исторической литературе. Как только наши военные историки начинали объяснять очередной разгром, очередную потерю людей и техники, очередное неисполнение приказов и срыв всех планов, появлялась она — несокрушимая и легендарная, всемогущая и вездесущая немецкая авиация. Подобно свирепой Валькирии из древних скандинавских саг проносятся по станицам отечественных научно-исторических сочинений «мессершмитты» и «юнкерсы», уничтожая склады и вокзалы — сотнями, танки — тысячами, наземные войска — десятками дивизий ... И все это — за пару дней и, что самое удивительное, безо всякого противодействия со стороны нашей авиации".  Солонин цитирует следующие воспоминания о первых днях войны:"26 июня. Около 20 неприятельских бомбардировщиков атакуют нас. Взрывы раздаются со всех сторон. Наших истребителей не видно ... 27 июня. Бомбардировщики противника опять настигли нас. Становится очень тяжело ... На рассвете дождь закончился, и сразу же появились самолеты, которые непрерывно атаковали части 11-й танковой дивизии ... Каждый час количество вражеских налетов увеличиваюсь ... противник, по меньшей мере здесь, имел абсолютное господство в воздухе ... на пути к Дубно ударной группе пришлось пережить налет бомбардировщиков ... наши зенитные пушки, которые все чаще обстреливали самолеты врага, не могли остановить постоянные воздушные атаки, число которых возрастало до 80 раз в день ... Волна за волной бомбы ложились на колонны боевой техники. В дыму горящих машин...». Солонин продолжает: "Вот только «в дыму горящих машин» - не советские, а немецкие танковые колонны (конкретно речь идет о частях 2-й танковой группы Гудериана и 1-й танковой группы Клейста, в самом же густом дыму оказались в те дни колонны 3-й танковой группы Гота, по которым 25 июня был нанесен массированный удар всеми силами ВВС Западного фронта и дальнебомбардировочной авиации)  ...  Но стоит ли делать далеко идущие выводы на основании личных воспоминаний пары-тройки солдат противника? Разумеется, нет. Поэтому обратимся к солидному отечественному источнику, к монументальному исследованию «1941 год — уроки и выводы». Эта монография вышла в конце 1992 г., под эгидой Генерального штаба тогда еще «Объединенных вооруженных сил СНГ» ... на стр. 151 ... авторы монографии обронили такую фразу: «из 250 тысяч самолетовылетов, выполненных советской авиацией за первые три месяца войны...». Двести пятьдесят тысяч самолетовылетов за три месяца. Это — "уничтоженная» авиация? ... Рекордным по интенсивности стал для люфтваффе июнь 1942 г., когда немцы на Восточном фронте выполнили (по данным советских постов воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС), 83 949 вылетов боевых самолетов всех типов ... «разгромленная и уничтоженная на земле» советская авиация летала летом 1941 г. с такой интенсивностью, которую немцы смогли достигнуть только в одном месяце за всю войну!" (Солонин, гл.1).  И далее: "22 июня 1941 года люфтваффе потеряло 62 самолета. 62 самолета за один день. Всего в период с 22 по 30 июня включительно потеряно 213 самолетов, т.е. 24 самолета в день. За весь июль 41-го потеряно 370 самолетов, т.е. 12 самолетов в день. Среднемесячные потери июля оказались вдвое меньше потерь июня. Дальше — меньше. В августе потеряно 198 самолетов, т.е. менее 7 самолетов в день. Общий итог немецких потерь на Восточном фронте оказался в 1941 году таким:
— 382 истребителя (в т.ч. 32 на земле);
— 638 бомбардировщиков;
— 161 пикировщик «Ju-87»;
— 132 многоцелевых «Me-110»;
— всего 1313 боевых самолета, в том числе 62 самолета, уничтоженных противником на аэродромах.
Как видим, средние ежедневные потери оказались на уровне 7 самолетов в день, т.е. в 3,5 раза ниже, чем в июне 41-го. Первые две недели войны были единственным периодом, когда еженедельные безвозвратные потери самолетов люфтваффе на Восточном фронте выражались трехзначным числом. В дальнейшем суммарные потери (от всех причин) стабилизируются на уровне 50—60 сбитых и 30—40 поврежденных самолетов в неделю. Многое в понимании событий лета 41-го года проясняется, если сравнить потери люфтваффе в начале войны на Восточном фронте и в 1944 году, в том году, когда, по общепринятой версии военной истории, «советская авиация завоевала прочное господство в воздухе».  Сравнивая ...  с показателями лета 41-го, мы обнаруживаем, что среднесуточные безвозвратные потери лишь приблизились, но так и не достигли уровня (24 самолета в день) июня 1941 года ...  мы приходим к удивительнейшему выводу: среднесуточные потери боевых самолетов люфтваффе в 1944 году лишь немногим превышали потери 1941 года ... 250 тысяч вылетов, которые смогла произвести советская авиации за первые три месяца войны, серьезные цифры боевых потерь немецких самолетов — все это абсолютно несовместимо с традиционным тезисом о «безграничном господство в воздухе» немецкой авиации" (там же, гл. 28).  Солонин добавляет: "даже в полосе Западного и Северо-Западного фронтов сокрушительный удар по аэродромам ... привел лишь к огромной потере самолетов — но не летчиков. Главная составляющая военной авиации — обученные и подготовленные летные экипажи — была сохранена" (там же).  (О потерях немецкой авиации со ссылкой на немецкие же источники говорится и в мемуарах маршала авиации Николая Скрипко "По целям ближним и дальним" (М.. Воениздат, 1981): "Немцы понесли невиданный доселе урон. Это признали позже бывшие гитлеровские генералы. В книге «Мировая война 1939-1945 годы» они писали: «За первые 14 дней боев было потеряно самолетов даже больше, чем в любой из последующих аналогичных промежутков времени. За период с 22 июня по 5 июля 1941 года немецкие ВВС потеряли 807 самолетов всех типов, а за период с 6 по 19 июля — 477").
   Об "огромной потере самолетов" Красной Армии скажу позже. Пока же совершенно очевидно, что ни о каком разгроме советской авиации речь идти не может. Советская авиация в июне 1941 года ежедневно уничтожала немецких самолетов больше, чем в победоносном 1944 году.  Были осуществлены удары по немецким танковым колоннам, железнодорожным узлам, аэродромам и военным заводам: "22 июня в ... южном направлении действовал 98-й дальнебомбардировочный авиаполк 52-й авиадивизии. 31 экипаж, возглавляемый командиром полка подполковником А. И. Шелестом, вылетел по маршруту Осиповичи, Пружаны, Янов с задачей бомбардировать скопления танков и моторизованной пехоты гитлеровцев на дорогах Янов, Луков, Седлец, Бяла-Подляска ... В ночь на 23 июня  3-й тяжелобомбардировочный авиаполк на самолетах ТБ-3 нанес первые удары по скоплениям войск противника в районе Сейны, Сопоцкин, Луков, Радин, Венгров. Цели подсвечивались САБами. А противник, хотя и оказывал противодействие, но огонь его малокалиберной артиллерии не отличался меткостью и не служил препятствием для точного бомбометания.Все корабли (т.е. самолеты - А.П.) вернулись без потерь. Об эффекте наших бомбардировочных ударов свидетельствует, в частности, медленная переправа гитлеровских танков через водные преграды — многие понтонные или мостовые переправы были повреждены авиабомбами. Немцы усилили зенитно-артиллерийское прикрытие войск и объектов, бросили на борьбу с нашими бомбардировщиками большие силы истребительной авиации, непрерывно патрулировавшей над переправами. О том, какое сильное моральное воздействие на танкистов врага производили наши налеты, свидетельствует следующая запись немецкого унтер-офицера из танковой армии генерала Гудериана: «22.6.41 около 20 неприятельских бомбардировщиков атакуют нас. Бомба за бомбой падают на нас, мы прячемся за танки. Мы продвинулись на несколько сот метров от дороги. Бомбардировщики противника опять настигли нас. Взрывы раздаются со всех сторон. Наших истребителей не видно. Война с русскими будет тяжелой» ... 23 июня ...  212-й отдельный дальнебомбардировочный авиаполк А. Е. Голованова ...  нанес бомбардировочный удар тремя звеньями по целям в районе Варшавы. В 19 часов 17 минут эти самолеты с высоты 8000 метров бомбили в окрестностях Варшавы железнодорожный узел Прага, заполненный немецкими воинскими эшелонами, следовавшими на фронт. Затем экипажи бомбардировали немецкий аэродром Мокотув, патронно-снарядный военный завод в Ромбертуве" (там же).  То есть советская авиация успешно выполняла боевые задачи. При этом ни о каком исчерпании за счет этого  технических и людских ресурсов речь не шла: "перевооружение советской истребительной авиации на самолеты «новых типов» произошло во второй половине 1941 года с головокружительной скоростью" (Солонин, гл.28).
   Солонин пишет: "самое время вспомнить про «первый уничтожающий удар по аэродромам». Может быть, именно вследствие этого удара численность истребителей Юго-Западного фронта резко снизилась, а потому и потери противника после 22 июня резко пошли на убыль?" (там же, гл. 25). Солонин так отвечает на свой вопрос - никакой внезапности нападения на аэродромы не было:  "Приказ командующего Прибалтийского ОВО № 0052 от 15 июня 1941 года ... Самолеты на аэродромах рассредоточить и замаскировать в лесах, кустарниках, не допуская построения в линию, но сохраняя при этом полную готовность к вылету" (там же, гл.23).
" Открываем ... доклад командующего ВВС Юго-Западного  фронта (Ф.А. Астахова - А.П.), читаем: «22.06 первые налеты противника на наши аэродромы прифронтовой полосы значительных потерь нашим летным частям не нанесли, но ... повторными ударами в течение 22.6.41г. и в последующие два дня противник нанес нашим летным частям значительные потери, уничтожив и повредив на наших аэродромах за 22, 23 и 24 июня 1941 года 237 самолетов»" (там же, гл. 25). Итак, 237 уничтоженных и поврежденных самолета за три дня. "Повреждения бывают разными. Многие — особенно если самолет получил их на земле, а не в воздухе — могут быть исправлены ...  в том же докладе Астахова указано, что за три недели (с 22 июня по 13 июля) было восстановлено 990 самолетов, что, заметим, в 4 раза больше общего числа поврежденных и уничтоженных 22 июня на аэродромах самолетов. Как бы то ни было, даже 237 самолетов — это всего лишь 12% от общего числа боевых самолетов ВВС округа. Если хотя бы половина из них была восстановлена, то тогда безвозвратные потери и вовсе снижаются до едва заметных 5—7%. Неужели это можно назвать «полным уничтожением»?"(там же).
   Обращу внимание на следующие данные: "С 1936 по 1940 год в СССР было выпущено 11 500 учебных самолетов при общем выпуске в 39 800 штук (Ю. Кузьмин, Производство самолётов в 1931-1945 годах в странах участниках Второй Мировой войны: кто к какой войне готовился?, Историческая информатика, 2018 - 2). То есть число учебных самолетов составляло более одной четверти от общего числа. Были ли учебные самолеты на боевых аэродромах? Да, были.
   К примеру, "к 10 ч утра  22 июня в результате бомбардировок и штурмовок аэродрома Тарново сгорело 27 МиГ-3, 11 И-153 и 6 учебных машин" (Дмитрий Хазанов. 1941. Горькие уроки. Война в воздухе. Москва, "Яуза", ЭКСМО, 2006, 9 САД в боях 22 июня).Отмечу, что И-153 относят к устаревшим на начало войны самолетам, а МиГ-3  был весьма сложным в управлении, имел  большое количество недостатков и был вскоре после начала войны снят с производства. Вполне вероятно, что уничтоженные немцами на аэродромах наши самолеты, о которых они радостно отчитались, в условиях начавшейся войны просто решено было не использовать в связи с их малоценностью и оставить на произвол судьбы.
   Вот еще подобное свидетельство: "Обстановка на аэродроме (17-ый истребительный авиаполк, базировавшийся в районе Ковеля, у станции Голобы) перед войной ... Простаивало около 70 самолетов И-15 устаревшей конструкции с неубирающимися шасси, подлежащих передаче в авиационные училища" (Архипенко Ф.Ф., Записки летчика-истребителя. М., НПП «Дельта», 1999).
   В целом, миф  о "разгроме советской авиации" в первые дни войны не выдерживает никакой критики.