Идеальная клетка цифрового мира Часть 1

Шёл 2037 год. Прогресс в науке и технологиях, особенно в сфере IT, существенно изменил мир. Для решения материальных проблем всё более успешно использовались сверхвысокие возможности ИИ. Но в это же время появлялись и новые негативные тенденции. Все чаще возникали пустоты в традиционной духовности человека, размытость в нормах поведения.

Однако главные проблемы в жизни стали результатом растущего различия между ИИ и человеком. Возможности ИИ всё более превышали практически неизменные возможности людей. Всё это постепенно формировало экзистенциальный вакуум, внутреннюю пустоту, но одновременно и требование переосмысления жизни, перехода на новый уровень осознанности.

Жизнь шла своим чередом.

В это время и в этом мире два влюбленных человека создали семью. Их звали Глеб и Татьяна. Искренняя привязанность, любовь и интерес друг к другу были предпосылками для роста благополучия этой семьи. Они быстро научились рационально распределять своё время между семейными делами, работой и отдыхом. Вскоре у них появился ребёнок — девочка Настя, и заботе о ней тоже нашлось место в бюджете их времени. Приоритетное место.

Татьяна работала преподавателем информатики в одном из известных вузов, а Глеб после окончания вуза создал свой бизнес в сфере IT. Они познакомились ещё в университете, где оба учились по специальности «Информатика». Так что их семья была не только союзом двух влюблённых, но и союзом двух профессионалов-айтишников. И это для их развития было большим плюсом.

Прошло семь успешных для них лет. Настя подросла, и на следующий год уже должна была пойти в школу. Глеб и Татьяна решили не отдавать её в систему дистанционного обучения, считая, что в традиционной школе окружение и общение детей даёт им необходимые социальные навыки.

У Глеба, бизнес которого на 100% держался на нём, теперь появились три сотрудника — три молодых, талантливых и честолюбивых человека. К этому времени выкристаллизовалось основное направление его бизнеса — разработка и проектирование супермощных систем искусственного интеллекта.

Татьяна защитила научную диссертацию и стала доцентом той же кафедры, где и работала. Но в последнее время стала всё больше времени и внимания уделять Насте. Девочка подросла, и нужно было помогать ей. Воспитание Насти, всё чаще проявлявшей свой характер, требовало немалого времени.

Одним словом, всё у них шло хорошо, как и должно быть в работящей, профессионально грамотной семье влюблённых и уважающих интересы друг друга мужчины и женщины.

Шло время. Постепенно бизнес Глеба рос. Одним из его проектов по созданию СуперИИ заинтересовались государственные структуры. А вскоре на высоком уровне было принято решение о реализации этого проекта в одном из крупных специальных НИИ. Проект получил необходимое финансирование, а Глеб стал его главным конструктором.

Жизнь Татьяны и Глеба изменилась.

Именно ему доверили дать имя этому новому и очень престижному проекту. Для этого в НИИ существовала давняя традиция. Имя новому проекту присваивал вновь назначенный его главный конструктор, но первую букву проекта определяли случайным образом. Для этого из сейфа доставали старый, потрёпанный энциклопедический словарь, и герой дня вслепую открывал его и, не глядя, указывал на любой, какой уж попадётся, абзац. И первая буква в этом абзаце становилась первой буквой в названии проекта. А дальше шла уже фантазия руководителя проекта. Так и появилось название проекта «Коуч».

По сути, проект должен был стать советником, консультантом исследователей, ведущих разработку супермощных ИИ. Его особенностью и новизной была способность в режиме реального времени самостоятельно собирать и обрабатывать огромные массивы актуальных данных по заданной теме. Ну и, конечно, структурировать информацию и формировать варианты ответов на поставленные вопросы.

Проект поглотил Глеба с головой. Государственный НИИ, где теперь кипела работа, требовал результатов любой ценой. Одним из «серых кардиналов» был генерал Крутов — куратор проекта от силовых структур. У него в голове была несколько иная конечная цель — создание не «Коуча», а «Абсолютного Стратега» — системы управления обществом для «предотвращения хаоса и духовного разложения». Однако он не делился этими соображениями с Глебом.

Глеб, увлечённый техническим вызовом, долго не замечал подмены целей. Работы было очень много. Он редко бывал дома, а когда приходил, был раздражителен и погружён в свои мысли. Проект шёл хорошо, несколько опережая график. Но при этом близкие люди по Глебу видели, что что-то идёт не так. Своими тревожными мыслями с Татьяной он не делился, как это было раньше.

Трещина прошла и по его бизнесу: двое из трёх талантливых сотрудников, Марк и Лиза, ушли, поняв истинную направленность проекта. Оставшийся, Игорь, карьерист, полностью встал на сторону Крутова.

Татьяна, наблюдая за изменениями в муже, била тревогу. Она видела, как в её университете внедряют систему «академического ранжирования» от прототипа ГиперИИ, ломающую творческий процесс. Школу, в которой училась Настя, пилотировали программу «оптимизации социальных взаимодействий», подавляющую детскую спонтанность и эмоции.

Кульминация наступила, когда система, анализируя данные Насти (из её детского образовательного планшета, соцсетей школы, камер наблюдения во дворе), выдала первый «прогноз социального риска»: «Высокая склонность к нонконформизму и эмоциональной импульсивности. Рекомендованы корректирующие педагогические и, возможно, фармакологические меры».

Перед Глебом и Татьяной встали новые экзистенциальные проблемы, и не одна.

Глеб и Татьяна сидели рядом и молчали. Что произошло? Почему так? Что же они упустили в жизни и в воспитании дочери? Что делать?

Глеб медленно произнёс: «Возможно, я слишком увлекся своей работой и ничего не замечал, не реагировал на происходящее. И мы не действовали или делали это слишком поздно».

«Возможно, я упустил момент, когда генерал Крутов подменил конечные цели проекта, и «Коуч» превратился в доминирующего «Стратега», направляющего и контролирующего всё и всех? Я, увлёкшись решением инженерных задач, не выступил против. Но это запоздалое оправдание уже мало что изменит».

Татьяна, не поднимая головы, добавила: «Да, мы не заметили, когда работа стала поглощать нашу семью. Не установили «красных линий» и ритуалов, защищающих наше семейное пространство. У нас не было даже выходных без обсуждения работы. А проблема росла незаметно».

Отчёт системы о Насте стал точкой, где изменить что-либо внутри системы было уже очень сложно. Татьяна в этой реальности высказала своё предложение — бегство. Но Глеб к этому моменту уже был неспособен на разрыв, став функциональной частью системы. Его выбор состоялся раньше. Но мог ли он сейчас, в этих, для него новых обстоятельствах, изменить свой выбор? Ответа он не знал.

И что он мог сделать? Вступить в открытый конфликт с Крутовым ещё на раннем этапе? Но цена этому была бы потеря проекта и положения. Уйти всем бизнесом (как сделали Марк и Лиза) и начать с нуля? Но для этого Глебу надо было пожертвовать амбициями и признать свою ошибку гораздо раньше. Время для всего этого уже ушло. Поздно.

Глеб понимал, что на ранних этапах (выбор философии проекта) его влияние было максимальным, почти решающим. А в разгаре процесса (когда проект уже набрал инерцию) его влияние заметно падало, и требовались уже радикальные, болезненные поступки. А сейчас, на этапе повсеместного внедрения, изменить систему уже почти невозможно. Но пока ещё можно строить жизнеспособные экосистемы альтернативного опыта внутри неё. По крайней мере, можно пробовать.

Глеб решил: «Ну что же, будем искать решение наших проблем. Но для других людей наша история — это иллюстрация и хороший урок парадокса технологической эпохи: чем могущественнее становятся созданные тобой инструменты, тем более осознанными и принципиальными должны быть твои ранние решения по определению их цели и назначения. И тем важнее умение вовремя нажать на кнопку «стоп» и защитить своё человеческое пространство. Даже если это кажется неэффективным».

Таким образом, здесь и сейчас Глеб и Татьяна окончательно поняли, что они живут в мире, где СуперИИ «Коуч» был трансформирован в ГиперИИ «Стратег», а он, в свою очередь, превращается в ГиперИИ «Порядок», искореняющий человеческую духовность и эмпатию ради «всеобщего блага» и «порядка». А семья создателя этих систем ИИ должна думать о том, как можно скрыться от цифрового всевидящего ока. А возможно, и бежать в последний заповедник аналоговой жизни, где само существование — уже наказуемая форма бунта.

На семейном совете Глеб и Татьяна решили пока не прибегать к проявлению радикальных форм своего несогласия с существующей Системой. Побег в заповедник «Долина» был пока отложен. Вера в возможность попыток Глеба изнутри изменить работу ГиперИИ «Порядок» ещё не была утрачена. Татьяна, в свою очередь, планировала использовать все свои возможности для защиты Насти от «карательных» действий этого же ГиперИИ.

(Продолжение следует)