Дневник. Декабрь 1989

1.12.1989 Пятница.
Первый день зимы ознаменовался классной баней. Столько долгих лет
занимаемся в Лужниках, и не знали, что там есть такая красота. Вырвалась
в Лужники от отчаяния - у нас в Немчиновке прикрыли зал до поры, пока наш
НИИ не перечислит школе деньги...

С неохотой ехала в Лужники, и не могла насладиться разминкой, бегом по
снежку, и, наконец, день завершился прекрасной сауной. Прямо какой-то
праздник! Особенно после всей этой зубной боли, предательства Рубена.

Кстати, о последнем... Отмечали в субботу, 2 декабря, Люсин день рождения.
Подарков надарили - воз и маленькую тележку. Рубен обещал подарить ей на
день рождения часы, но это было до обещания пойти со мной в театр.
Решительный товарищ. Так резко оборвал со мной. Хорошо ещё, что у меня в
запасе Лёва есть.
 
Самвела, конечно, спрашивали, почему Наны нет, Рубена. "Рубен болеет.
Простудился." Я, в общем-то, и боялась идти, думала, как буду с ним общаться.
Мечтала пораньше уехать, но не удалось - тащили Валю. Жуткое, конечно,
зрелище - пьяная женщина. Каждый может оказаться в её положении.

А утро началось прекрасно. Я купила себе, наконец, рюкзак станковый, "Ермак",
за 48 рублей. Может, теперь мне по горам будет топать легче? Так хочу в горы!
Рустама хочу.

9.12.1989 Суббота.
Лыжи - 25 км. Наконец-то открыла лыжный сезон, думала так и погрязну в этих
днях рождения. Мороз -20 град. Тяжеловато что-то на лыжах, но начало
положено. Прибежала с темноты, возвращалась уже по освещённой лыжне к
дому.

Рубен прислал мне привет с Люсей. Они отмечали годовщину со дня
землетрясения в Армении - 7 декабря. Люси разговаривала с Наной, та, конечно,
позвала к телефону Рубена. А о чём Рубену разговаривать с Люсей? Ну, конечно
же: "Как там Наташа?" Люси, конечно, ему про свой день рождения, почему он
не приехал. "Да, знаешь, Люсь, обстоятельства... " Раб своих обстоятельств.
Передал мне привет. А что мне с ним делать, с этим приветом...

Паровоз замучил расспросами. Уж очень ему интересен мой почтовый роман с
Валентином Александровичем, а ещё любопытнее наша встреча в театре, ну, а
ещё интереснее, конечно, что было после театра. Кто к кому пошёл, и как
дальше развивались события...

Что обо мне толковать. Вон Ленка у нас на работе. И квартиру получила,
сынишку отправляет к родителям в Голицыно. Какие с ней ребята интересные
знакомятся. Один подвозил по дороге, сам вызвался подвезти, даже уговаривал.
Пригласила она его в гости, прождала всю субботу, наготовила всего, а он так
и не приехал.

Пока пребывала в расстроенных чувствах, её познакомили уже с другим, в бане
даже, в сауне. У этого женщин много, даже молодых. Тем не менее, он у неё
остался на ночь. Ленка даже призналась, что таких мужиков у неё ещё не было.
Всю исцеловал, изласкал, оттрахал, шептал: "Леночка, ты - прелесть", а утром,
поблагодарил за кофе, и испарился. Так и не узнала она, понравилась она ему,
или нет. Уже, наверное, надо перестать удивляться на мужиков.

Время близится к Новому году. Сегодня уже 16 декабря 1989. Суббота.
Температура -3 -10 град. К вечеру до - 15. Лыжи - 15 км. Снегу навалом. Лыжная
погодка. Надо накатывать километры, и сбавлять вес и талию, иначе сумка
Тараскина на мне не сойдётся, когда я побегу с ним 50 км.

17.12.1989 Воскресенье.
Лыжи - 15 км. День Варвары - великомученицы. Морозец -23 град.

"Трещит Варюха -
Береги нос да ухо..."

18.12.1989 Понедельник.
Температура 0 +2 град. Гололёд. Дождь со снегом. Автобусы не ходят. На работу
не доехать. Такого я не помню ещё.

23.12.1989 Суббота.
Дождик всё льёт, поливая улицы, превращая их в настоящий каток. Прислал
письмо Володя из Серпухова. В письме - слайды - такое богатство.
Это — сюрприз.

Утром позвонил Голиков. Раскаивается в содеянном, стыдно появляться на
Поляне. Расспросил меня, слишком ли безобразно он себя вёл.
- А ты что же, не помнишь ничего?
- Да так. Налили они мне спирту, вроде, технического, отрава какая-то.
- Как ты валялся в грязи в своей белой куртке, помнишь?
- Ну, это ладно.
- Хвастался своим знанием русского языка.
- Ну, это не страшно.
- Страшно. Ты на практике это доказывал.
- Я ругался матом?
- Деревья качались, сотрясался воздух. А в третьих...
- Ещё и в третьих?
- Ты пытался посеять национальную рознь, в такое смутное время, в наших
дружных рядах.
- Ой, Наташ. Ты не представляешь, как я переживал всё это время. Я ведь
идти-то не хотел. Чего меня вдруг туда понесло... Никто не приглашал. Пришёл,
один сидел. Мне так стыдно. Как ты думаешь, могу я появиться на Поляне?
Скромно опущу глаза...
- Да можешь, конечно, прошло время.
Мне что-то стало его так жалко...
- Не убьют меня?
- Да некому. Рубен тоже с того самого дня не приезжает...
- Спасибо тебе, Наташ, за добрые слова.
Я не узнавала Славу. Впервые с ним такое...

На Поляне сегодня угощала Лёву чаем с клубникой. Он, как всегда, восхищался:
"Тебя за один чай можно полюбить." Я обалдела. Что это с Лёвой? Вслух такие
вещи! Просто умолял меня пойти на костёр. Якову сегодня день рождения. 70 лет.
Может, он хотел ещё меня порасспросить о моём женихе почтовом. Но уж очень
упрашивал, как никогда.