Глава 4 часть 2 Моя семейная жизнь и моя работа в

Глава 4 часть 2 Моя семейная жизнь и моя работа в 1972-1990 годы

В эти годы начала складывалась моя семья. Медовый месяц июнь мы с мужем провели в доме отдыха Лесники в крошечном коттедже. Там всех отдыхающих я поразила тем, что каждый день утром я пробегала несколько километров по лесу.

После свадьбы 08.07.72 года мы продолжали учиться в институте. Когда я не могла посещать лекции, мои одногруппницы писали их под копирку, использование Ксерокса было под контролем КГБ.

Моя успеваемость резко повысилась, я стала получать только «хорошо» или «отлично».

26.03.73 года у нас родился первенец Денис. Мой муж вызвал в 11 ночи Скорую помощь и нас отвезли в родильный дом по улице Гоголя. Так как я была испугана и тихо рыдала медработники сочли, что меня грипп и поместили меня в отдельную палату на первом этаже.

Муж часто вспоминает, как среди ночи он шел с моими вещами по площади Ленина, то из здания Курганского областного комитета КПСС вышел милиционер покурить и с удивлением стал его расспрашивать, откуда он с женскими вещами. Поверил мужу на слово, что из роддома.

Роды были трудными и тяжелыми, но без последствий. В те времена роды проходили естественным путем, медики не вмешивались, иногда орали на рожениц, стыдили.

Ребенок родился 26.03.73 года в 8 вечера, нормальным, вес 3600 рост 52 сантиметра

Так как я была на первом этаже, то навестить меня приходила вся многочисленная родня, принося всякие вкусности, которые мне нельзя было есть.
 
 Жили мы у родителей мужа в трехкомнатной хрущевской квартире. Водиться с ребенком было некому, свекровь, которая всю жизнь не работала пошла работать из-за пенсии. Поэтому свекор пригласил в няньки свою тетю из Томска -Анну Дмитриевну.

Тетя была очень интересной особой. Она нигде кроме гимназии не училась. Ее муж дядя Паша Тарасов был наполовину цыган, наполовину татарин. Постоянно занимал высокие должности, отличайся буйным нравом. Любил лошадей и курировал местный ипподром. Он во время всеобщих сталинских репрессий умудрился сбежать из - под стражи и доехать до Москвы, где за него заступились ответственные люди, и он продолжал работать директором разных заводов.

Однажды, Анна Дмитриевна у которой было две маленьких детей, сбежала с главным инженером завода, где Тарасов был директором. Дядя Паша расстроился так, что стрелялся, но обошлось только тяжелым ранением. Анна Дмитриевна вернулась в семью, прожили всю жизнь дружно.
 
 Когда- то семья Тарасовых вырастила моего свекра, который остался сиротой.

Тетя Аня была невысокой женщиной с классическими чертами лица и брильянтовыми сережками. Она разбиралась в современной литературе, кино, моде. Меня тетя начала обучать мудрости жизни. Например, «любовников не надо искать, твой муж сам приведет их в дом, в качестве своих друзей», и много чего в таком духе.

Прожила она в няньках четыре месяца. Потом мы договорились с соседкой тетей Клавой, которая была на пенсии и уже нянчилась с детьми. Соседка жила на одной площадке с нами, то есть нам очень повезло.

Потом мы получили место в детском саду КМЗ и Денис начал жизнь нормального советского ребенка.

После окончания института я распределилась на КМЗ и работала в механосборочном цехе инженером по планированию. Цех работал с семи утра, автобусы были битком набиты рабочими часто в замасленных робах. Тогда к одежде работяги относились просто.

В цех я вышла уже на четвертом месяце беременности вторым ребенком

К тому времени я приобрела книгу профессора, доктора медицинских наук Свена Беккера, акушера-гинеколога из которой узнала очень простой способ не мучиться схватками при родах. Я не знаю, почему этот способ умалчивается в нашей литературе.

Все очень просто. За две недели до родов нужно оказаться совсем от соленой пищи. Мышцы матки становятся гибкими и шейка матки легко открывается сама. Я на себе это опробовала. Результат был потрясающим.

Я поступила в роддом в восемь утра, а родила без всяких мук уже в десять утра.

Произошло это 05.04.76 года. Ребенка назвали Дмитрием, весил 4000 кг, рост 52 см

С Димой уже нянчилась баба Лена - мама мужа. Потом он пошел в садик, в который ходил Денис.

Меня на заводе после декретного отпуска перевели отдел АСУ ЦП – автоматизированные системы управления цеховым производством. Один из видов АСУ ТП

АСУ ТП — это автоматизированная система управления технологическими процессами. В отличие от полностью автоматических решений, которые функционируют без участия человека, в АСУ ТП часть контроля и принятия решений остается за оператором. Это принципиальный момент, поскольку многие управленческие и аварийные ситуации требуют субъективной оценки и вмешательства, особенно в сложных производственных условиях.


По тем временам АСУ было очень прогрессивным явлением, стали применяться персональные компьютеры.

Нас готовили в институте дополнительно шесть месяцев как специалистов по математическому обеспечению АСУ.

Отдел состоял из молодых специалистов Новосибирского университета, мои знания позволяли работать не хуже их. Работали месяц с утра до ночи. Успешно внедрили проект и нас семьями отправили в Дом отдыха Лесники.

У нас были интересные вечера, поездки в дома отдыха,  вылазки в лес для всей службы АСУ, а там было четыреста человек.

Меня выбрали членом райкома комсомола, где тогда были известные потом люди. Так Виталий Георгиевич Пшеничников (8 ноября 1951, Курган — 30 мая 2016, Курган) в будующем — советский и российский государственный и партийный деятель, первый секретарь Курганского городского комитета КПСС (1985—1986), председатель Курганского городского Совета народных депутатов (1991—1992), директор ОАО «Акционерное Курганское общество медицинских препаратов и изделий «Синтез» (1996—2016). Член Политического совета Курганского регионального отделения партии «Единая Россия». директор АОА Синтез.

К тому времени мы с мужем съездили в Москву, где жили в частном крошечном доме за ВДНХ. О гостинице нельзя было и мечтать. Мы посетили все известные нам музеи. С учетом того, что я была на четвертом месяце беременности путешествие прошло хорошо.

В 1978 году мы с мужем по путевкам посетили Кавказ: Ереван-Ленинакан-Вардзия-Кутаиси-Сухуми. Это были удивительные места – советская власть почти отсутствовала, точнее присутствовала формально.

Правила дорожного движения были свои – у кого машина больше, тот и прав. Ограничения скорости отсутствовали. В этом мы убедились в первый день, когда такси везло нас от аэропорта в гостиницу.

Когда мы на следующий день вышли на автобусную остановку, то увидели следующее: на пяточке, где была остановка многих автобусов стояли пустые автобусы. А водители сидели за столиками кафе и пили шампанское – с утра. Надо сказать, что в Армении шампанское было в два раза дешевле, чем в России. За проезд в автобусе пассажиры клали водителю любую сумму, сдачи им не полагалось.

Экскурсоводы были молодые парни с  похожими анекдотами. Так мы приехали в Ленинакан, который ничем особенным не запомнился.

Вардзия -пещерный город, о котором я раньше не слышала и не читала. Впечатление было неожиданным. На нас дохнула древность. В комплексе пещер была церковь с изображением царицы Тамары.

Ва;рдзиа — пещерный монастырский комплекс XII—XIII веков в южной Грузии.

Мы ночевали возле пещер в лёгких домиках. Там же были купальни с термальными источниками. Я первый раз купалась в природном чуде.

В Кутаиси мы несколько человек ближе к вечеру пошли в Ботанический сад. Сад оказался закрыт, но мы нашли дыру в заборе и пролезли. Оказались мы на тропинке, которая прямо привела нас к домику сторожа. Сторожей было двое молодых мужчин, которые с любопытством смотрели на молодых русских женщин. В те времена население России мало перемещалось по стране, туризма почти не было. Телевидение почти не развито, а Интернета не было вообще. Поэтому на нас смотрели, как на диковину.

Посреди дома была глиняная печь тандыр. В печи пеклась курица и лепешки. Нас стали угощать курой, овощами и чачей.

Мы рассказывали о себе, расспрашивали с интересом об обычаях Грузии.

Время пролетело быстро, мы хватились около двенадцати часов ночи, и бросились в гостиницу, нас могли бы туда и не пустить. По дороге нам попалась стая кавказских овчарок, мы разгорячённые чачей так понеслись на них, что собаки с воем разбежались.

Наши новые друзья пригласили нас назавтра на хаш (суп из субпрподуктов), но никто из нас не вернулся туда.

Нас поразили рынки на Кавказе. Издалека от рынка начинался запах пряной зелени, причем такой, какой мы никогда не видели. Это была кинза, ореган и другие неведомые.

К продавцам стояло две очереди – одна из мужчин, другая из женщин, и пока продавец не обслужит мужчин, на женщин он внимания не обращал.

В гастрономах этих республик было много дефицитных продуктов для жителей России, например красная рыба. На кассе молодые люди привычно распахивали перед кассиром пиджаки и тот производил осмотр, очевидно, мелкое воровство  тут имело место.

В 1999 году я январе мы посетили Прибалтику по путевкам Латвию. Резекне- Даугавпилс-Саускалпис- Рига.

В  Резекне мы переночевали первую ночь в гостинице, которая напоминала замок- толстые стены, каменные своды, массивные деревянные двери. Утром любовались чудесным средневековым городом, население которого тогда состояло на 80 процентов из русских. В настоящее время там 46% русских.

 Да;угавпилс — Двинск; до 1893 года — Динабу;рг, нем. D;naburg; в 1656—1667 годах — Борисогле;бов; в русских летописях также Невгин) — город государственного значения в Латвии, второй по величине и значению после Риги (расстояние до Риги: по шоссе — 232 км, по железной дороге — 218км). https://ru.wikipedia.org/wiki/

Дети пока мы путешествовали были у моих родителей. Те в них души не чаяли. Все летние каникулы, а это три месяца дети жили на свежем воздухе и молоке в Лебяжье.

Мои родители покупали путёвки в местные санатории и брали с собой внуков.

В 1980 году, когда Денис должен был пойти в первый класс мы решились с детьми поехать на Юг – так раньше назывались все места отдыха: Крым, Кавказ, Краснодарский край.

Поехали на Азовское море диким образом. Поездка на поезде по тем временам была серьезным испытанием. Кондиционеров не было, изнуряющая духота выматывала. Еда была из тех продуктов, которые были с собой. Итак, мы проехали половину России.

Вышли ночью на станции Геническ, взяли такси но не нашли адрес, квартиры, который нам дали. В большой растерянности сели на скамью у Автобусного вокзала, тот был закрыт. Женщина на остановке пригласила нас с собой в деревню Счастливцево, т.к. уже не первый раз отдыхала там.

Там мы устроились в каком то сарае, но были очень рады.

Такие сарайки (пять штук) каре стояли вокруг большой площади – двора. И в каждой сарайке лила какая-то семья из нашей необъятной родины.

В сарайке, были как правило, были две кровати, тумбочки. Не было даже стола. Общий стол стоял на общей кухне. На общей кухне была одна газовая плита, где готовили по очереди. Можно было реально наблюдать пронаблюдать, как питается каждая семья. Ленинградцы питались в основном привезенными  с собой консервами. Семья из Моршанска не мудрствуя лукаво в чайнике для чая готовила и яйца. Я готовила местные овощи с местным мясом.

Местное мясо брали на рынке. Но как-то соседи собрались заколоть свою свинью, но собирались долго: полдня они гонялись за ней, а она, раненая визжала.

Мы с детьми ушли на пляж, чтобы не слышать бедное животное.

Когда вернулись, то наша хозяйка принесла нам парную свинину – чистое мясо, и извиняясь сказала, что хозяева свиньи забрали лучшее – это по их мнению было сало.

Свежее мясо с овощами натушили все наши соседи и весь вечер был пир.

В те времена никакого ограничения в продаже спиртного не было, не было и продажи импортного спиртного. Наша отечественная водка пользовалась за рубежом большой популярностью.

В Счастливцево с советских времен существовал винный завод, который готовил напитки из местных фруктов. Я вас уверяю, что они были не хуже австрийских ликеров, которые много позже я попробовала в Австрии.

 Главным развлечением на отдыхе был пляж. Пляж был диким и все приходили со своими подстилками и полотенцами.

Первые дни, когда мы появились на пляже, наши худые и бледные дети произвели на окружающих отдыхающих неизгладимое впечатление –наших детей подзывали к себе и пытались накормить.

Народу на пляже было много и наш сын Дима умудрился потеряться. Мы с ним стояли возле кромки воды, я отвернулась на минуту, и ребенок исчез неизвестно куда и как. Я с громкими криками бегала вдоль берега. Меня трясло от ужаса и ноги подкашивались.

Неожиданно я увидела своего малыша. Оказывается, он от моря пошел к нашей лежанке и запутался - подошел к чужому покрывалу.

Еще мы всей семьей вечером ходили в кинотеатр под открытым небом. Идти надо было мимо старинного, еще дореволюционного кладбища. Там были старинные каменные надгробья.

Диме было три года, а Денису – семь лет. Дима часто засыпал во время киносеанса, и его приходилось нести на руках. Но дети мужественно переносили все тяготы отдыха.

Это был единственный раз, когда мы смогли вывести детей к морю. Наш семейный бюджет складывался из зарплат преподавателя института (муж 160 рублей) и экономиста (я -130 рублей).

Потом мы при помощи родителей купили Москвич. Тогда за автомобилем надо было стоять не один год. В очередь стоял мой отец, у которого было много заслуг, перед партией и правительством.

Поэтому мы стали ездить семьей летом в Казахстан на озера, от этого была многосторонняя польза семье. Бензин тогда был недорогой, дороги почти все были асфальтированы.

Казахстан был диковинной страной для нас. Там магазины поражали большим выбором простецких на сегодняшний день продуктов – особенно шоколадом и сухими винами.

Выбор одежды тоже был большой, особенно детской советского производства.

Население в Казахстане в те времена были русские, которые появились тут в результате освоения целинных земель, а еще раньше освоения земель казачеством. Были поселения украинцев, ссыльных немцев. Немцы были выселены с Поволжья во время Второй мировой войны. Казахи были редкостью. население отсутствовало

Дети росли довольно крепкими подростками и лето на свежем воздухе на берегу озера, с натуральной пищей очень способствовало их развитию. Занимались мы все в основном добычей и готовкой этой пищи. Ловилась отличная рыба, раки, грибы и ягоды собирались.  Иногда мы ездили в соседнюю деревню Жаксы за продуктами и вкусным обедом в столовой. Деревня эта на самом деле, была поселком, в котором жили рабочие по добыче урана.

В магазинах этого поселка можно было купить всякие дефициты. Так я там купила свои первые французские духи. Также я покупала кофточки из вологодских кружев, фирменные платья. Но самым редкостным было покупка зимних сапог – их покупали на талоны, которые выдавали местным шахтерам, а те меняли их на водку. Несмотря на то, что сухого вина в местных магазинах был большой выбор, водки там не было.

Однажды мы помимо детей ездили вместе с друзьями Капитоновыми, в другой раз с Благонравыми.

Нашу семью всегда сопровождали собаки. Мы с мужем тогда были активистами кинологического клуба Фауна.

Еще в 80-х годах, когда я работала в Стройбанке и шла робкая приватизация, мы решили завести собаку, конечно, решили брать колли, именно это собака поразила меня у Благонравова А.А. - главного конструктора БМП (боевой машины пехоты). В те времена колли не было в Кургане совсем.

Работники ДСААФ – единственного по тем временам, где был клуб собаководства обменяли щенков овчарок, от хороших производителей на щенков колли из Москвы.

Помню, как мы торжественно встречали этих щенков в аэропорту. Щенков было шесть. Из них выжила только наша Элси.

Так получилось, что мы организовали первый любительский клуб собаководства, а потом и кошатников организовали.

Мой муж был председателем клуба, а я бухгалтером оба на общественных началах.
В результате наших ежегодных путешествий в Казахстан, мы получали большой запас здоровья, много хорошей одежды и самое главное – запас бодрости.

До сих пор не забуду одного нашего с мужем безрассудного поступка. Однажды ночью, мы оставили детей с собаками и в полной темноте ставить сети на рипуса. Рипус - это такая реликтовая рыба как сельдь, такая удивительно вкусная, что ловить её можно было только для Кремля. Так мы браконьерили, не задумываясь о том, что будет с нашими детьми, если мы утонем.

Дети росли, Денис закончил десять классов. Я с удивлением наблюдала за выпускным вечером. Учителя были как всегда, а вот выпускники (а именно девушки) после торжественной части переоделись в крайне неприличные наряды и пустились в пляс на местной дискотеке.

Учился Денис неплохо и поступил в Курганский машиностроительный институт на специальность «Гусеничные машины» на кафедру, где работал его отец, а когда-то работал его дед Горгоц Георгий Сергеевич.

Институт он закончил с отличием, был старостой группы. Начал работать на Курганмашзаводе мастером в цехе.

Дима - второй сын, поступил в КМИ на специальность «Станки и инструменты». По специальности он не работал, занимался туризмом, ландшафтным дизайном, сейчас он успешно трудится в строительным бизнесе.

У меня были хорошие перспективы для развития на КМЗ. Но меня угнетало одно обстоятельство: работая на заводе я не могла съездить за рубеж.

А так как я с детства побывала с родителями на курортах Кавказских минеральных вод, то просто бредила путешествиями по удивительным странам.

Поэтому я оставила светлое комсомольское будущее и пошла работать программистом в новую организацию АСУ «Сельхозтехники».

Поначалу мы сидели в актовом зале на сцене, потом нас переселили в шикарное новое здание в центре города за горсадом. Сейчас это один из многочисленных рынков. Вот там были громадные залы для ЭВМ. Как я уже писала технологии компьютеризации шли вперед и скоро исчезли гигантские ЭВМ.

Единственное интересное, что я получила за две года работы там, это знания по организации складского хозяйства, автоматизация учета оборота товаров. Вот оттуда я по комсомольской турпутевке и посетила Финляндию – первую капстрану в своей жизни.

Дети росли, в трёхкомнатной хрущёвке становилось тесно, а очередь на квартиру у мужа на работе не двигалась.

Я решила взяться сама за добычу квартиры. Тогда я узнала, что в конторе Стройбанка дают квартиры.

Неимоверными усилиями я устроилась туда вместо женщины в декрете, что было рискованным. Но я очень старалась работать и из экономистов отдела подрядчиков была переведена старшим экономистом по кооперативному и индивидуальном строительству.

Работа была интересной, так я получила основополагающее знания по банковскому бизнесу.

 В конце концов при помощи моих родителей через Стройбанк купили однокомнатную кооперативную квартиру. Таким образом нам досталась старая хрущевка, а свекровь съехала в эту квартиру, свекор к тому времени умер.

Вскоре меня пригласили ведущим экономистом в дирекцию строящегося предприятия «Полимер», долго я там не задержалась, т.к. меня пригласили на завод «Химмаш» главным бухгалтером Отдела капитального строительства.