Глава 53. О языке как замкнутой дороге

Почему у одного слова может быть так много значений? Какое значение слова правильное? И можно ли вообще говорить о правильности значения слова?

Помните, мы говорили о семантическом квадрате Греймаса? Это когда мы ищем у слова как бы три его противоположности: значение, которое противоположно по смыслу по семантической оси; значение, которое вообще лежит вне семантической оси; и значение, которое лежит где-то между нашим исходным значением и противоположным по смыслу.

Так вот, что такое выявление этой самой семантической оси? Чуть ранее мы с вами говорили о различных уровнях высказывания — дескрипция, модальность, дискурс и эпистемология. Где происходит зарождение семантической оси?

Ладно, как мы вообще понимаем, что ось существует? Судя по всему, через квадрат Греймаса. Мы сначала находим то, что мы имеем в виду. Потом — совсем не то, что мы имеем в виду. Потом — то, что вроде как близко к тому, что мы имеем в виду, но всё же не оно. Ну а потом вообще не то, что мы имеем в виду.

Например, нам надо ввести в обращение некоторое слово. Апыпым. Что это такое? Идём последовательно. Апыпым — это точно не белый. Близко к салатовому, но не то. Ну и это явно не громкое и не злое.

Итак, мы ввели новое слово. Можем ли мы из него сразу построить семантическую ось? Ну да, что-то связанное с цветом. Так, подождите. Сведение двух противоположностей к одному определению — это у нас что такое? Выход на эпистемологический уровень. Хорошо, вышли.

Цвет. Но что будет, если мы продолжим построение нашего квадрата? Понятное дело, что мы уже как бы вышли на уровень цвета, нам теперь необходимо всё делать заново. Что такое точно не цвет? Темнота. А что-то близкое к цвету? Полумрак. А что-то вообще за пределами цвета? Ну, допустим, это расстояние.

Заметили, что мы сделали? Чуть раньше мы постулировали, что эпистемология — это как бы самый высокий уровень. Но мы поднялись чуть выше. Куда? Судя по всему, в новую эпистемологию. Погоди, скажете мне вы, но как же так? Получается, что есть какой-то более высокий уровень?

Нет. Тут как в той старой присказке — черепахи до самого низа. А ниже черепах опять черепахи. До самого низа, да, вы это уже поняли. Просто мы неправильно смотрим на картинку, поэтому она нам и представляется парадоксальной. Это не башенка, это скорее игрушечная железная дорога.

И каждое слово — это некая развилка, которая ведёт на какой-то параллельный путь. Но основная идея в том, что дорога замкнута сама на себя. Да, паровозик может пройти множеством разных путей, но всё равно обречён проходить по кругу. Каждое значение приводит к новому метазначению.

Иными словами, мы каждый раз строим то квадрат, то ось. То квадрат, то ось, то квадрат, то ось. Черепахи до самого низа, понимаете? Не совсем? Ха, а ведь это самое начало. Давайте внимательно посмотрим на сам этап перехода. Что происходит, когда мы объясняем один термин через другой? Метаязык? Правильно, метаязык.

Но одни лишь метаязыковые операции формируют у нас язык? Правильно, нет. Что ещё? Поэтика? Да, поэтика. Погодите. Что же ещё было? Но что? Комбинация и селекция? Да, комбинация и селекция. Помните про четыре словаря языка?

Значит, мы теперь можем расширить нашу метафору. Язык — это не просто игрушечная железная дорога с несколькими развилками возле каждого слова. Возле каждого слова ещё и существует переход на другой уровень. Четыре железных дороги. А каждое слово — это не просто развилка, а скорее сортировочная станция.

Садимся на станции «белый», едем по линии цвета, семантики и метаязыка. Пересаживаемся на «синем». Теперь едем до станции «блю» уже по дороге селекции. Прибыли. Куда едем от «блю»? К «скорблю». Дорога поэтики. Прибыли и тут обнаруживаем, что могли просто доехать через «зиму». Белый — зима — смерть — скорбь.

На правах ремарки. Вопрос на будущее — применим ли тут квадрат Греймаса? Рассмотрим с точки зрения рифмы (селекции):

    S — Пища

    анти-S — Жилища

    не-S — Еда

    не-анти-S — Тысяча.

Кажется, что применим. А с точки зрения комбинации:

    S — мы идём домой утром в субботу.

    анти-S — утром субботу в мы домой.

    не-S — мы дома.

    не-анти-S — в субботу домой идём мы утром.

Забавно, что правильно будет и S, и не-анти-S. Иными словами, это скорее будет треугольник. Причём одна из вершин — это не совсем точка, а скорее поле точек. Впрочем, при внимательном взгляде все вершины являются скорее полями точек, чем одной единственной.

Однако вернёмся к нашей лингвистике. С этой позиции — многоуровневой железной дороги — кстати, открывается чудесный вид на тот самый лингвистический вопрос о возможности или невозможности деконструкции. Нам просто надо понять, какие наиболее распространённые маршруты существовали на момент фиксации языка.

И да, категорически не принимать попытки проехаться теми маршрутами, которые появились сравнительно недавно. Бесполезно говорить, например, о классовом угнетении, когда само понятие появилось сравнительно недавно. Равно как и искать в древних текстах современные дискурсы о предпринимательской эффективности.