Missin yo kissin
« — Добрая новость. Итак, я переехала с мисс Кэтрин в Скворцы, и к моему приятному разочарованию, она вела себя несравненно лучше, чем я ожидала. Она, казалось, сверх всякой меры полюбила мистера Линтона и даже к его сестре относилась с большою нежностью. Правда, муж и золовка были к ней бесконечно внимательны. Так что не репейник склонился к жимолости, а жимолость обвилась вокруг репейника. Тут не было взаимных уступок, она стояла, не сгибаясь, и те уступали; а разве будет кто злобным и раздражительным, если не встречает ни противодействия, ни холодности? Я замечала, что мистером Эдгаром владеет не преодолимый страх, как бы кто не вывел его жену из равновесия. От нее он это скрывал, но когда услышит, бывало, что я ей резко ответила, или увидит, что кто другой из слуг насупился при каком-нибудь властном ее распоряжении, он тут же хмуро сдвинет брови, выказывая тревогу, хотя никогда не хмурился, если дело касалось его самого. Он не раз строго мне выговаривал за мою строптивость; для него, уверял он, хуже ножа видеть, что его жену раздражают. Чтоб не огорчать доброго господина, я научилась умерять свою обидчивость; и с полгода порох лежал безобидный, как песок, — к нему не подносили огня, он и не взрывался. На Кэтрин находила временами полоса угрюмой молчаливости, и муж тоже становился тогда молчалив, пугаясь этих приступов и приписывая их переменам в ее душевном складе, произведенным опасной болезнью, потому что раньше он никогда не наблюдал у нее угнетенного состояния духа. А когда солнце, бывало, выглянет вновь, тут просияет и он. Я, мне думается, могу с уверенностью сказать, что им поистине выпало на долю большое и все возраставшее счастье.
Оно кончилось. В самом деле, рано или поздно мы непременно вспомним о себе; но только кроткий и великодушный любит самого себя с большим правом, чем властный. Их счастье кончилось, когда обстоятельства заставили каждого почувствовать, что его интересы для другого не самое главное. Как-то в теплый сентябрьский вечер я шла домой из сада с тяжелой корзиной собранных мною яблок. Уже стемнело, и месяц глядел из-за высокого забора, и смутные тени таились в углах за бесчисленными выступами здания. Я поставила ношу на ступеньку крыльца перед кухонной дверью и остановилась передохнуть и еще немного подышать теплым и сладким воздухом; стоя спиной к дверям, я загляделась на луну, когда вдруг позади раздался голос:
— Нелли, ты?
Голос был низкий и с иноземным акцентом; но в том, как было названо мое имя, прозвучало для меня что-то знакомое. Я оглянулась, чтоб узнать, кто говорит; оглянулась с опаской — потому что дверь была заперта, а на дорожке не видно было никого. Что-то задвигалось под навесом крыльца, и, подступив ближе, я различила высокого человека в темной одежде, темнолицего и темноволосого. Он прислонился боком к двери и держал руку на щеколде, точно собирался войти. «Кто бы это мог быть? — подумала я, — мистер Эрншо? Нет! Голос совсем другой».
Алиса отложила книгу. Времени свободного у нее было и так немного… Но Алиса всегда, когда ждала мужа из командировки, читала «Грозовой перевал» Эмилии Бронте. Всегда находила на него время, даже если его не было по определению. Вовсе нет, Алиса не была чрезмерно-эмоциональной или чрезмерно-романтической особой. Профессия «хирург», да еще и военный, совсем не предполагает излишней романтики. Но женщина – всегда женщина, вне зависимости от каких-то там социальных условностей - работа, проживание, обязанности. Женщине всегда и во все времена хотелось быть любимой, быть нужной, любить самой…. Понятное дело, что одеваться хорошо хотелось, и завидовалось более счастливым «коллегам». Но мы не о том, это все частности. Главное любить и быть любимой. Все. Остальное уже следующие уровни.
Муж Алисы сегодня возвращался из командировки. Откуда – говорить нельзя. Военный секрет. Кому надо - тот знал. Остальным необязательно.
Андрей был военный летчик. В хорошем уже чине, согласно возрасту. А так как товарищ Колесников был еще и умным, ответственным и прочая - то должности и звания он получал регулярно, даже с опережением. Алиса очень гордилась своим мужем. А что – хороший муж, любящий отец, верный спутник. Втайне от всех Алиса всегда думала, что она сделала в свое время правильный выбор. Она сама была хороша - красивая, высокая, умная. И по правде говоря, выбор кавалеров у нее был весьма велик. Но в определенны момент, когда уже надо было решать – она выбрала Андрея. И не прогадала. Ну вот и славненько…
Тут Алису от ее мыслей отвлек звук мотора во дворе их дома. Звук этот она хорошо знала. Это водитель Володя привез ее дорогого мужа. Их военный городок при аэродроме был невелик, и событий в нем происходит не так много. Поэтому Алиса была точно уверена, кто приехал к их дому.
У нее уже давно было все готово к приезду мужа. Готов плов, который Андрей, уроженец Средней Азии, очень любил. Пару баночек хорошего пива в холодильнике.
Ну и конечно - застелена свежим постель. Все побрито, помыто. Маникюр, педикюр. Новое мега-дорогое белье. Все для встречи готово. Шутка ли - мужа не было полгода!
Встреча была бурная – объятия, поцелуи. Дети-подростки в восторге. В общем – практически хэппи-энд. И тут Алиса, как бы невзначай, пока муж переодевался в комнате, дотронулась до ширинки мужа. А муж-то был твердым, как алмаз. Правая бровь Алисы поднялась, как бы в удивлении. А глаз из-под второй брови вежливо и игриво показал мужу на дверь в ванную. И Алиса пошла в ванную, картинно повиливая попой.
Муж без одежды, под душем, был прекрасен. Ни капли лишнего веса, видно каждый мускул. Загоревший до черноты под палящим арабским солнцем. Мечта!!! Алиса прильнула к мужу, поцеловала, повернулась, стала тереться своей спиной о его живот. Сладострастно закрыла глаза, предвкушая……………………….
И через секунду из душа раздался истошный женский крик:
- ААААААААА! ЛЯЯЯЯЯЯЯЯЯ! Кто включил холодную воду на кухнеееееееееее! Сколько раз говорили, не включайте холодную, когда кто-то моется в душе!!!!!!
Наша загадочная реальность – она такая :):):)
Свидетельство о публикации №226020601219