Человечество не Муравейник

Ключевые слова и фразы: муравьи, социобиология, полиэтизм, Ленин; лозунг: «Превратим войну империалистическую в войну гражданскую!»; социокультурная природа человека; аналогический метод; Системный Кризис Цивилизации (СКЦ); коммунизм.

Увертюра (фр. ouverture – отпирание, повод)
Жеманство Кремля в вопросе о том, как называть военную акцию на Украине, уже давно превратилось в анекдот: сейчас даже в проправительственных СМИ многие оговариваются, называя эту акцию не специальной военной операцией (СВО), а попросту войной. Я в своих публикациях давно указываю на то, что СВО почти с самого начала оказалась именно войной, и что, продолжая называть войну специальной военной операцией, Россия ставит себя не только в дурацкое, но и, – что гораздо хуже, – в проигрышное положение. Однако здесь речь не об этом, так что позволю себе лишь напомнить выражение, ставшее крылатым: «как корабль назовёшь, так он и поплывёт…». Сама же сия статейка посвящена нескольким принципиальным вопросам, касающимся природы Системного Кризиса Цивилизации (СКЦ), и адресована главным образом читателям, знакомым с моими материалами по данной проблеме (см. VK, YouTube).

Почему модель муравейника подходит больше других
Начну с объяснения того, почему в данной статье, прибегая к социобиологии, я провожу параллель между человечеством и муравейником, тогда как в других публикациях, опирающихся на аналогический метод, чаще всего обхожусь уподоблением человечества гораздо более близким объектам. Дело в том, что здесь я намерен представить соображения, предполагающие обращение к структуре человечества, а среди других биологических видов строение соизмеримой сложности имеют только общественные насекомые: муравьи, пчёлы, термиты. У этих существ помимо полиморфизма, то есть разделения семьи по физическим признакам (самка, самцы, рабочие муравьи), наблюдается ещё и так называемый полиэтизм, под которым понимают постоянное разделение социальных функций между особями, которые в остальном могут быть вполне схожи. Так, например, одна часть рабочих муравьёв занимается добычей продовольствия, другая часть – охраной, третья – воспитанием и т.п. Полиэтизм весьма напоминает аналогичное разделение труда у людей, определяющее существование соответствующих социальных групп. Этот факт известен давно и использовался различными мыслителями для постижения тех или иных социальных феноменов по аналогии. Например, Лев Толстой в своём романе «Война и Мир», описывая сдачу Москвы, уподоблял эту историю разорению пчелиного улья. Мне же аналогия между человечеством и муравейником нужна лишь для того, чтобы показать принципиальную разницу генетической детерминации оных. – Системный Кризис Цивилизации (СКЦ), разверзшийся днесь, ставит ребром вопрос о том, может ли продолжить своё существование нынешняя общественная формация, которая как таковая весьма напоминает муравейник. Конечно, всякое отдельное государство тоже напоминает муравейник. Однако нас-то интересует человечество в целом. И вот мои рассуждения на сей счёт.

Принципиальная разница между муравьями и человеками
Принципиальная разница между муравьями и человеками в части устроения общества достаточно очевидна: взаимодействие муравьёв друг с другом, их общение осуществляется в основном посредством химических веществ (выделяемые гормоны, ферменты; феромоны) и, вероятно, – имитации. При этом фактором, обеспечивающим функционирование муравейника как общины муравьёв, является продуцируемая ими внешняя химическая среда, выражающая их генетическое единство. Так что и жизнь каждого муравья и муравейника в целом обнаруживают генетическую детерминацию одинаково. А значит эволюция муравьёв не может нарушить гармонию между индивидом и общиной. И не может в муравейнике случиться революция… Генетически предопределённая смерть индивидов и нарождение новых делают муравейник в принципе столь же долговечным, сколь долговечными являются биологические виды. Разумеется, в действительности муравейники не существуют столь долго, ибо внешняя среда изменяется сравнительно быстро, а муравейник вписан в неё. Впрочем, это отступление, ведь нас-то интересует лишь принципиальная сторона дела. А с человечеством дело обстоит совершенно иначе. В отличие от муравьёв, которых соединяет продуцируемая ими химическая среда, людей соединяет, продуцируемая ими культура…

Вид Homo sapiens выбился из царства Природы, обретя удивительную способность, благодаря которой люди живут и действуют, полагаясь не столько на врождённые формы поведения, то есть инстинкты, сколько на опыт, передаваемый из поколения в поколение. Если называть этот опыт словом культура, то же можно представить иначе: природа человека двуедина. – Одно её начало – генетически детерминированное физическое строение; другое – опыт, перенимаемый от окружающих по ходу взросления. Человек – существо культурное… – вот где собака зарыта! А дело в следующем.

Всякий опыт имеет две составляющие: опыт освоения окружающей среды и опыт самореализации. Под последним я понимаю опыт спонтанного обнаружения человеком своих природных способностей. Это фундаментально консервативная составляющая культуры, ибо на протяжении всей известной истории природа человека не претерпела каких-либо заметных изменений… Всё совершенно иначе в части постижения и освоения окружающей среды: такой опыт постоянно возрастал, обеспечивая человечеству научно-технический прогресс. Современная культура – огромная информационная система, в структуре которой научно-техническая информация на порядки превышает информацию, обеспечивающую жизненный цикл человеков и их общественное строение. Здесь надо обратить внимание на то, что культура, подобно любой другой системе, предполагает соответствие всех её частей друг другу. Так вот, по ряду причин современная культура человечества всё более противоречит её важнейшей, но мизерной части, в которой отражена его (человечества) генетическая природа. Преодоление этого противоречия в принципе возможно двумя способами: один из них предполагает подгонку генетических качеств к требованиям современной культуры; другой, напротив, – подгонку культуры к биологической природе человека. Если человечество не сможет сделать сознательный выбор между означенными способами, практически неизбежна катастрофа по причине неконтролируемой блокировки на всех уровнях (генетическом, физиологическом, психологическом) механизмов нормального осуществления жизненного цикла. Феномены такой блокировки уже на сей день весьма многочисленны. Поскольку я обсуждаю эту проблему с разных сторон на протяжении почти полувека, здесь заниматься этим нет необходимости – все нужные сведения заинтересованный читатель может найти в моих публикациях (VK, YouTube). А здесь я просто указываю на существование проблемы, которой у муравьёв не может быть вообще, а для человечества она неизбежна, хотя в принципе устранима. К сожалению, велик риск упустить эту возможность. И вот по какой причине.

Опыт обогащения фундаментален, а опыт бескорыстия ничтожно мал
На протяжении многих веков человечество строило свою жизнедеятельность на основе принципа обогащения, который является культурным аналогом инстинкта жизнеобеспечения. Ныне всё тоже так: и общественное устройство, и вся хозяйственная деятельность человеков подчинены накоплению каждым как можно большего количества богатств, дабы получать как можно больше различных благ. Если не иметь в виду возможность отбирать богатства друг у друга, основным направлением обогащения является производство товаров, то есть чего-нибудь такого, в чём нуждается другой субъект. Поскольку производителей товаров много, а природных потребностей у человека мало, производители товаров вынуждены конкурировать друг с другом. При этом давным-давно обнаружились две магистрали конкуренции: выделение своего товара из ряда аналогичных путём придания ему необычных привлекательных свойств; формирование у потребителя потребности именно в своём товаре, который якобы лучше других. По мере развития производств конкуренция становилась всё более острой, так что уже давно человечество пришло к такому положению, когда выгодным стало производить то, что для природного человека непотребно и, может быть, даже вредно, но будет куплено, если сформирована соответствующая потребность… Таким образом рынок, – а это феномен культуры, – стал всё более противоречить биологической природе человека. На сей день данное противоречие является уже гибельным. Повторяю, об этом я толкую много-много лет. Реальная проблема заключается в том, что, даже сознавая всю пагубность дальнейшей опоры на принцип обогащения, человечество не находит в себе силы отказаться от него, дабы строить своё будущее на основе принципа бескорыстного сотрудничества, являющегося аналогом инстинкта продления рода. А камнем преткновения является то обстоятельство, что принцип обогащения лежит в фундаменте всей современной культуры, тогда как опыт бескорыстного сотрудничества практически ничтожен, то есть опираться пока что не на что.

Здесь было бы вполне уместно обсудить вопрос о неизбежности смены общественных формаций и о том, что СКЦ – кризис, выражающий именно эту неизбежность. Однако данная статейка посвящена всё же другому, так что отсылаю дотошных искателей истины к другим свои опусам. А здесь указываю лишь на то, что представленное противоречие между биологической природой человека и его культурной природой является едва ли не главной основой СКЦ. При этом совершенно очевидной представляется неизбежность расщепления цивилизации на два противоборствующих лагеря. Один из них образуют бессознательные приверженцы идеи сохранения биологической природы человека – этакие консерваторы, верные природным ценностям. Другой лагерь – сторонники ничем не сдерживаемого прогресса, готовые поступиться не только генетической системой человечества, но и многими параметрами биосферы Земли. Впрочем, лагерь – не очень подходящее слово, ибо расщепление, о котором я толкую, является не только территориальным, но и социальным. Что же касается возможности преодолеть такое расщепление, это – отдельный вопрос. Обсуждать его детально в данной статейке я не намерен. А если, как говорится, в двух словах, – дело выглядит следующим образом.

– Ликвидировать социальное расщепление не представляется возможным без социальной революции. А поделить планету между означенными лагерями едва ли удастся. Всё указывает на то, что без войны никак не обойтись. И, похоже, она уже началась. Правда, пока что эта война во всём подобна обычной империалистической, но есть основания полагать, что по мере обострения конфликта будет всё более превращаться в борьбу двух систем ценностей. При этом лозунг В. Ленина «превратим войну империалистическую в войну гражданскую» получает вторую жизнь. Так что господам коммунистам стоит проветрить свои революционные наряды.

Сценарии победы
Победа идеологии бесклассового общества в разных странах предполагает, разумеется, разные сценарии. Так для США наиболее вероятным сценарием является гражданская война; для Китая –постепенное сворачивание рыночных отношений и ликвидация всех структур «ссудного процента»; для России – отставка руководства, приверженного принципу наживы.