Качели

 Случилась с Вовкой в берёзовой роще ещё одна история. Дело было в следующем году на Пасху, 12 апреля. Вовке исполнилось недавно семь лет, осенью в школу пойдёт. А пока гуляй, Вова! Весна в тот год задержалась, и снега в роще было ещё много: с полей надувало за зиму сугробы до 1.5 метров высотой. Но сейчас снег просел, уплотнился, стал тяжёлым и влажным. А на опушке рощи, на солнечной поляне снега уже почти не было.

 У деревенской молодёжи была традиция на Пасху качели на берёзе устраивать. И росла там специальная старая берёза с крепкой горизонтальной веткой на высоте 6 метров от земли, к ней и подвешивали качели. Между верёвками укладывалась и укреплялась толстая плаха шириной 40 см и длиной 2 метра. Девчата садились на эту доску, а парни вставали в торцах и раскачивали качели. При этом всегда было много визга и смеха. Но эта забава была для молодёжи и старших подростков.

 Малышню близко не подпускали, когда сами качались. А им тоже так хотелось на качели! Девчонки-то были не против кого-нибудь посадить рядышком, придержать и покачать, но парни были категорически против:
 - Малы ещё к девчонкам прижиматься, - говорили они, отгоняя младших. А особо  настырным могли и под зад поддать слегка.
 
 Вот Вовка и придумал (заводила он или нет?): «Раз так! Сами сделаем себе качели! Сдались нам ваши девчонки! Нам качели нужны».

 В команду единомышленников набрал своих верных соратников: братца Витьку и племяша Толяна. Толян был сыном Вовкиного старшего брата всего двумя годами младше Вовки. Для них Вовка был безоговорочным авторитетом.

 Для начала провели осмотр местности, полазили по роще в поисках подходящей берёзы. Нашли. Правда далековато, но зато места безлюдные (зимой), никто мешать не будет. Вовка взглядом знатока прикинул, что снег надо будет притоптать, тогда качели будут повыше, но в целом всё подойдёт: и берёза, и ветка, и место.

 Решили, не откладывая, заняться устройством качелей. Для этого отправились домой, чтобы взять всё необходимое: верёвку, доску. Взрослые по случаю Пасхи собирались в гости. Это было хорошо: никто не будет задавать вопросов. Проводив всех, пацаны не спеша собрались. Взяли что нужно для работы, прихватили ещё по варёному пасхальному яйцу и отправились в рощу. Вовка с верёвкой полез на берёзу. Ветка была в 4-х метрах от поверхности снега. Пока Вовка, сидя верхом на ветке, прилаживал верёвки, пацаны утаптывали площадку под будущие качели. И вот концы были сброшены вниз, осталось только приладить доску - и качели готовы.

 Можно спускаться. Корячиться, спускаясь по стволу, у Вовки особого желания не было, съехать по верёвке без рукавиц нельзя: ладони "спалишь". 
 «Спрыгну в снег»,- решил Вовка.
Под веткой площадка была уже утоптана. Присмотрел сбоку среди кустов черёмухи небольшой просвет, куда как раз можно было спрыгнуть. Он оттолкнулся и сиганул. И утонул... по самые уши. А пацаны и не видели, куда он спрыгнул, заняты были качелями.
 - А Вовка-то где? - спросил Толян, глядя на опустевшую ветку. Витька закрутил головёнкой. Нет Вовки.
 - Эй, мужики, вытащите меня отсюда, - послышался голос Вовки из куста черёмухи. "Мужики" полезли по снегу выручать командира. Но когда они увидели вместо Вовки одну его голову, торчащую из сугроба, брательник Витька вмиг превратился из "мужика" в обыкновенного испуганного пятилетнего ребёнка. Толян пихнул его в бок: "Ты чего рот разинул? Давай откапывать Вовку». Но откопать Вовку было не так-то просто. Он "солдатиком" плотно вошёл в снег и сидел там крепко. У пацанов вскоре замёрзли руки, которыми они пытались отгрести мокрый и тяжёлый снег.
 - Что делать-то? - спросил Толян Вовку.
 - Что-что? Родителей звать: сами не откопаемся.
 - А ты не умрёшь? - начал плакать Витька.
 - Не умру, не плачь! Подожду вас, - успокоил его Вовка. И они ушли.

 А Вовка стал ждать. Вскоре почувствовал, что снег вокруг его тела медленно начал таять. По спине давно текли ручейки от снега, попавшего за шиворот. Одежда намокла. Вовка подумал: "Хорошо, что весна, насмерть не околею". Но сидеть мокрым в холодном снежном мешке было безрадостно.
 
 А Витька с Толяном тем временем добежали до избы, где гулеванили родители. Там веселье было в полном разгаре. Все уже были "под градусом", играла гармошка, лились песни, несколько мужиков курили на крыльце и громко над чем-то смеялись. Пацаны пробрались в горнице к Вовкиной матери, здраво рассудив, что в данной ситуации лучше обратиться к ней. Мать быстро поняла, в чём дело, шепнула что-то мужу, подхватилась, накинула пальтишко и побежала за ребятами, прихватив из сарая совковую лопату.

 К тому моменту, когда Вовка увидел свою мать с лопатой, он провёл в снежном плену минут сорок. Он уже неплохо подтаял внутри, мог даже пошевелить руками, но выбраться самостоятельно не мог. Мать, увидев своего сына в столь необыкновенном виде, только руками всплеснула:
- Ах ты, шут окаянный! Всё-то ты куда-нибудь влезешь! И малышей за собой таскаешь!
 
 Затем без дальнейших нравоучений начала энергично его окапывать вокруг. Мальчишки тоже помогали, как могли. Долго ли коротко ли - откопали Вовку. Он был мокрый насквозь и слегка дрожал.
 -  Все домой, - распорядилась мать, и они быстро двинулись из рощи. Когда вышли, Вовка обратил внимание на качели на опушке. Там никого не было. Это была редкая удача. Дошли до избы. Мать сказала:
 - Чтоб дома были. Нагулялись уже!  Пойду за отцом присмотрю. А ты переоденься.
 - Хорошо, мама, - подозрительно послушно ответил Вовка.
Проследив в окно, как мать скрылась за соседними домами, он обратился к соратникам:
 - А качели-то свободные... Кто со мной?
 - Я, - хором ответили соратники.
 - Айда!

 Вовка быстро переоделся в сухую одежду, и они побежали к качелям. Пацаны уселись на доску верхом, а он встал в торце и начал раскачиваться. Вот это был размах у качелей! Малыши повизгивали, вцепившись в доску, а Вовка раскачивался и раскачивался. Душа пела и летала. Как хорошо! Весна! Праздник! Качели! Счастье!
Они ещё не знали, какую замечательную песню сочинят люди спустя несколько лет, качаясь на таких же качелях!

 "В юном месяце апреле
  В старом парке тает снег.
  И крылатые качели
  Начинают свой разбег!
      Позабыто всё на свете,
      Сердце замерло в груди!
      Только небо, только ветер,
      Только радость впереди!"