Оттенок 47 - цвет изделия автоада

Предыдущие главы тут - http://proza.ru/avtor/margott&book=5#5

Как вы относитесь к геморрою? Вопрос риторический. А если этот геморрой вы сами себе купили, выручая соседа? Заинтересовались? А дело было так.

Вечер пятницы переставал быть томным, когда Петрович достал вторую бутылку из холодильника. Его сосед, а по совместительству собутыльник на этот уикэнд, одобрительно поднял большой палец:
— Наливай, Вань! Под самое горлышко.

Наш герой не был алкоголиком. Он выпивал в меру. Но часто. И ему было странно наблюдать, как сосед с удовольствием напивается. Может, у него проблемы?

— Федул, — с сомнением спросил Петрович, наблюдая, как сосед заглатывает стопку, словно та была последним спасательным кругом на Титанике. — А чего тебе так набухаться приспичило? Опять со Светкой поругался?

И ведь тут не соврал. Соседи чуть не каждый день громко ругались на весь подъезд. К утру они так же громко мирились, сопровождая процесс такими звуками, что у Петровича в серванте дребезжал хрусталь, а Карма испуганно прижимал уши. Ну а чего? Надо же как-то себя развлекать. Бабульки у подъезда даже устроили тотализатор на лавочке: «Во сколько сегодня начнется замес?». Были и экспресс-ставки, и даже джекпот на событие: «Сегодня не подерутся». Джекпот, правда, пока никто не взял — стабильность в этой семье была похлеще, чем в швейцарском банке.

Федор вздохнул, вытирая губы рукавом:
— И со Светкой тоже. Но у меня так-то, Вань, проблема посерьезней. Сегодня прав лишили. Два года теперь за руль не сяду... Поймали, понимаешь, на ровном месте. Будто я один такой по району на бровях езжу.

— И чего? — искренне удивился Петрович. — У меня права еще со студенчества в тумбочке пылятся, а за рулем после автошколы ни разу не был. Разве что в парке аттракционов на машинках... Но это не считается, там хотя бы бампер железный.

— Тааак... — протянул Федор, моментально трезвея. В его глазах вспыхнул опасный огонек коммерсанта. — У тебя права есть? Вань, друг... Купи мою ласточку!

Грустные глаза соседа словно косплеили кота из «Шрека». Петрович поежился. Блин. Ну вот как отказать ему? Семейка их по всем признакам была маргинальная, Светка раз в месяц гоняла Федула по двору с монтировкой, но люди-то они в целом были неплохие. Душевные, если не считать криков или Светкиных стонов по ночам.

— Федя... Я бы купил, но у меня и денег-то таких нет, — пролепетал Петрович, чувствуя, как липкая паутина соседской «выручки» обволакивает его сознание.

— Кууууууупи! — вдруг взревел Федор, переходя на ультразвук. — Не бита, не крашена, муха не сидела, дедушка в церковь ездил! Раз в год! На Пасху!

Петрович представил этого дедушку. Судя по виду Федула, дедушка в церковь ездил не молиться, а исповедоваться. Прямо в салоне автомобиля.

— Сколько у тебя сейчас есть? — осторожно уточнил сосед, уже прикидывая, на сколько литров «топлива для души» хватит этой сделки.

— Ну, тысяч десять с зарплаты осталось... До конца недели еще жить как-то надо, — Петрович инстинктивно прикрыл карман спецовки.

— По рукам! — обрадовался Федор так стремительно, что Петрович даже икнуть не успел. — Я за ключами. Готовь деньги. Сам пойми, за два года моя красавица превратится в ржавое железо, а тебе послужить успеет. Да и на топливо для души Светка мне больше не даст ни копейки. А так — независимость от этой мегеры хотя бы на пару месяцев!

Петрович с сомнением покачал головой. «Для финансовой независимости попробовал бы на работу выйти», — подумал он, но вслух, естественно, не сказал. Этикет собутыльников — вещь святая.

— А что за модель? — уточнил сантехник, когда Федор уже метнулся к двери. Понятно, что не Бентли или Мерседес... Но хотелось верить, что это хотя бы не совсем говно.

— Лада Не-Веста! — с гордостью, достойной гендиректора АвтоТАЗа, произнес сосед и исчез в коридоре.

Иван икнул. Название звучало как приговор. В голове сразу возник образ чего-то, что когда-то хотело быть машиной, но передумало в процессе сборки. Но деваться было некуда: сделка, скрепленная второй бутылкой, обжалованию не подлежала.

Через пять минут на столе лежали засаленные ключи с брелоком в виде голого чертика, а десять тысяч рублей перекочевали в карман Федула, который уже светился счастьем, предвкушая грядущую автономию от бюджета супруги.

Петрович посмотрел на ключи. Кот подошел к столу, понюхал брелок и брезгливо чихнул.
— Вот и я так же думаю, Карма, — вздохнул Иван. — Кажется, я только что купил себе входной билет в филиал ада. Причем на колесах.

Субботнее утро началось не с кофе, а с осознания того, что во дворе под окнами теперь стоит десятитысячный памятник человеческой беспечности. Петрович вышел на крыльцо, чувствуя себя так, будто он вчера не машину купил, а подписал контракт на добровольное донорство нервных клеток.

— Ну, показывай, Федул, свою гордость, — хмуро бросил Иван, поправляя кепку.

Машина стояла в тени старого тополя и выглядела так, будто она участвовала в съемках фильма про зомби-апокалипсис, причем на стороне зомби. Цвет у «Лады Не-Весты» был неопределенный — что-то между «недозрелым баклажаном» и «ржавой кастрюлей». По всему борту шли какие-то загадочные разводы, а правое крыло было прикреплено к кузову с помощью широкого скотча и честного слова.

— Владей, Ваня, — Федор с энтузиазмом хлопнул ладонью по крыше.

Раздался металлический звон, и из-под днища что-то выпало. Небольшое такое, круглое, но явно лишнее.
— Это что? — Петрович подозрительно уставился на деталь.
— Лишнее, — отмахнулся Федор. — Заводская недоработка. Притерлась просто. Ты садись, садись!

Петрович со вздохом подошел к водительской двери. Стоило ему взяться за ручку, как та осталась у него в руке. Просто так, без боя, как спелое яблоко с ветки.
— Опппа... — прокомментировал сантехник.
— Специфика модели, — не растерялся сосед. — Защита от угона. Никто не откроет, если не знает секрета. Тут надо вот здесь поддеть и коленом надавить...

Иван, используя весь свой опыт общения с непокорными смесителями, всё же проник внутрь. В салоне пахло старыми тряпками, дешевым освежителем «Морской бриз», который явно проиграл битву запаху бензина, и безнадегой.

— Давай, заводи! — подбадривал снаружи Федор.

Петрович вставил ключ. Повернул. Машина издала звук, похожий на кашель курильщика с сорокалетним стажем, вздрогнула всем корпусом и... затихла. Иван попробовал еще раз. На третий раз «Не-Веста» внезапно ожила, но сделала это очень странно.

Как только двигатель зачихал, во дворе началась чертовщина. Петрович просто хотел проверить поворотник, но стоило ему щелкнуть рычагом, как на лобовое стекло с яростью берсерка выскочили дворники. Они начали агрессивно тереть сухое стекло, причем правый явно пытался заехать левому по «лицу».

— Федя, я поворотник нажал, а не душ заказал! — крикнул Петрович сквозь грохот.
— Контакты подзакисли! — перекрикивая мотор, отозвался сосед. — Ты фары включи, они их успокоят!

Петрович вытянул ручку света. Дворники замерли в вертикальном положении, зато из недр приборной панели повалил вонючий сизый дымок, а из динамика, который до этого молчал, вдруг на полной громкости заиграл Стас Михайлов. Причем звук был такой, будто Стас поет, находясь внутри ведра с болтами.

— Мать твою за ногу... — прошептал Иван, пытаясь нащупать тормоз.

При нажатии на педаль тормоза внезапно сработал центральный замок (которого в этой машине быть не должно) и с глухим стуком открылся багажник. В зеркало заднего вида Петрович увидел, как из багажника вывалилось старое ведро и моток проволоки.

— Интерактивное управление! — гордо крикнул Федор, подбегая к окну. — Она у меня с характером. Ты к ней подход найди, Ваня. Она же как женщина — ласку любит и когда её не дергают по пустякам. Поворотниками лучше вообще не пользуйся, просто рукой в окно маши, так надежнее.

Петрович посмотрел на руль. Тот сидел на колонке как-то подозрительно вольно, совершая продольные колебания амплитудой в пару сантиметров. При попытке захлопнуть водительскую дверь, чтобы наконец поехать, от заднего левого колеса отвалился колпак и с веселым звоном покатился в сторону помойки.

— Федул, — тихо сказал Петрович, глядя перед собой застывшими глазами. — Скажи мне как другу. Она вообще до конца двора доедет?
— Долетит! — заверил сосед. — Только ты вторую передачу не включай, она её выплевывает обратно. Сразу на третью переходи, через хруст. Хруст — это значит зацепилось.

Иван Петрович закрыл глаза и приложился лбом к гудящему рулю. В этот момент машина внезапно сама собой коротко бибикнула, будто подтверждая слова бывшего хозяина. «Автоад», — подумал Петрович. — «Круг первый. Ознакомительный».

К понедельнику Петрович подготовился основательно. Весь воскресный вечер он провел под капотом, пытаясь совместить несовместимое. В итоге «Не-Веста» приобрела черты киберпанка по-сантехнически: передний бампер теперь держался на трех витках толстой синей изоленты, левая фара была заменена на мощный налобный фонарь, примотанный к решетке радиатора, а выхлопная труба, отвалившаяся еще в субботу, была временно заменена куском гофрированного шланга от слива стиральной машины.

— Поехали, красавица, — выдохнул Петрович, перекрестив приборную панель.

Ему подвернулся «жирный» частный вызов — в элитном коттеджном поселке «Золотые Купола» у какого-то местного бизнесмена потекла джакузи. Платили щедро, но нужно было быть «со своим инструментом и мобильным».

Поездка напоминала полет на неисправном истребителе. Машина рычала, чихала черным дымом и вибрировала так, что у Петровича начали чесаться зубы. На каждом светофоре ему приходилось держать обороты ногой, одновременно подпирая дверцу плечом, чтобы та не открылась на повороте. Прохожие крестились, а встречные водители прижимались к обочине, уступая дорогу этому грохочущему призраку автопрома.

Когда Петрович, наконец, свернул к пафосным воротам «Золотых Куполов», охрана сначала хотела вызвать МЧС, решив, что началось извержение вулкана.

— Слышь, шеф, ты куда на этом пепелаце? — спросил охранник, брезгливо прикрывая нос рукой.
— К тринадцатому участку, — гордо ответил Петрович, пытаясь выключить Стаса Михайлова, который внезапно включился на полную мощность при попытке нажать на клаксон.
— Мужик, ты лучше это... за углом припаркуйся. А то у нас тут ландшафтный дизайн, а твоя ласточка маслом газон перекрашивает.

Иван доковылял до нужного дома. Из дверей вышел заказчик — лощеный мужчина в шелковом халате. Он посмотрел на Петровича, потом на «Не-Весту», у которой в этот момент от вибрации открылся багажник, явив миру склад ржавых труб и запасной моток синей изоленты.

— Это что? — брезгливо спросил бизнесмен.
— Мой личный транспорт, — ответил Петрович. — Мастер прибыл. Где тут у вас джакузи капризничает?
— Слушай, «мастер»... — мужчина попятился. — Ты если с машиной такое сотворил, что она на зомби похожа, то я тебя к своему итальянскому санфаянсу на пушечный выстрел не подпущу. Езжай отсюда, пока у меня охрана эвакуатор не вызвала. Нам тут апокалипсиса не надо.

Петрович хотел было возразить, что внешность обманчива, а внутри этой машины бьется (пусть и в конвульсиях) сердце истинного зверя, но в этот момент «Не-Веста» издала громкий «пшик», и из-под капота вырвался столб пара. Синяя изолента на бампере не выдержала и с сухим треском лопнула. Бампер медленно, как в замедленной съемке, лег на плитку перед воротами.

— Понял, — угрюмо сказал Петрович. — Не очень-то и хотелось.

Он запрыгнул в кабину, дернул ключ, но машина ответила лишь тишиной. Она умерла. Красиво, и громко. Прямо посреди чужого благополучия.

Иван вышел, снял кепку и с размаху ударил ею по капоту. Капот в ответ тут же откинулся и ударил Петровича по лбу.
— Ну и хрен с тобой! — крикнул он в пустоту подкапотного пространства. — Стой тут, украшай интерьер!

Плюнув на всё, Петрович забрал ящик с инструментами и побрел к выходу из поселка. Через полчаса он уже сидел в полупустом трамвае. Трамвай ехал медленно, уютно позвякивая на стыках, и — что самое главное — от него не пахло бензином и от него ничего не отваливалось.

Вечером Петрович сидел на своей кухне. Денег не было — последние десять тысяч ушли в выхлопную трубу, в гудок и в этот злосчастный бампер.

Карма сидел напротив, глядя на хозяина крайне укоризненно. Кот явно понимал, что на следующей неделе вместо элитного корма ему придется дегустировать дешевый минтай, а то и вовсе переходить на подножный корм в виде зазевавшихся воробьев.

— Ну чего ты смотришь? — вздохнул Петрович, наливая себе чаю. — Да, лоханулся. Купил «изделие автоада». Выручил соседа, называется. Теперь Федул на седьмом небе, а я на трамвае.

Он посмотрел в окно. Там, где-то далеко, в «Золотых Куполах», ржавела его «Не-Веста», становясь местной достопримечательностью и кошмаром для ландшафтных дизайнеров.

— Ничего, Карма, — Петрович потрепал кота за ухом. — До зарплаты неделя, прорвемся. Зато я теперь точно знаю: лучше честно ходить пешком, чем гордо ехать на синей изоленте. А Федулу я завтра предложу карбюратор обратно купить. За пятьсот рублей. Для финансовой, так сказать, независимости...

Петрович улыбнулся. Жизнь продолжалась, и в ней по-прежнему не было места скуке, зато всегда хватало места для новых, пусть и дорогих, уроков.

P.S. от Автора: Все совпадения с реально существующими марками автомобилей, заводами-гигантами и их гениальным руководством — абсолютно случайны. Автор ответственно заявляет, что мог бы использовать в рассказе другие названия моделей. Мог бы... А зачем?