Парфия во времена Артабана

Проф. Ричард Н. Фрай
Ассоциация Ага Хана,
профессор иранских исследований
Гарвардский университет, США

Первое столетие нашей эры стало временем великих перемен в Парфянском царстве. Несмотря на то, что свидетельства носят фрагментарный характер и в основном исходят от греческих и латинских авторов, мы можем судить о произошедших изменениях даже по тем скудным данным, которые у нас есть. К I веку парфяне перешли от активной наступательной политики, которая сделала их наследниками Селевкидов, к оборонительной позиции в противостоянии с Римом. Аристократия укрепила свои позиции за счет ослабления центральной власти, которая доминировала столетием ранее. Процесс перемен, конечно, был долгим, но только в I веке можно было увидеть результаты многостороннего развития. Например, титул «Царь царей» на греческом языке <King of Kings> эпизодически использовался сначала Митридатом II (ок. 123–88 гг. до н. э.), а затем Митридатом III (ок. 57–54 гг. до н. э.). Но в I веке и после него это уже не исключение, а постоянный титул парфянских правителей. Использование парфянских букв на монетах наряду с греческими начинается во времена правления Вологеза I (ок. 51–80 гг. н. э.). Вероятно, это тот самый монарх, которому в первой книге «Денкарта», более позднем сочинении на пехлеви, приписывают собирание разрозненных фрагментов Авесты.

Вологез I также построил для парфян новую столицу — Вологезокертай к северу от Селевкии на Тигре. Кроме того, именно к I веку можно отнести появление в литературных источниках исконных названий иранских городов вместо греческих, таких как Мерв вместо Антиохии Маргианской. Наконец, новая идеология парфянских правителей, считавших себя потомками Ахеменида Артаксеркса II, предположительно сформировалась в I веке до н. э. Эта идея получила широкое распространение в I веке н. э. как попытка укрепить центральную власть в борьбе с мятежниками и претендентами на трон Аршакидов.

У парфян, конечно, были веские основания считать себя наследниками Ахеменидов после битвы при Каррах (54 г. до н. э.) и набегов Пакора на Палестину и Сирию (40–39 гг. до н. э.). Но потребность в идеологии легитимности и преемственности по отношению к прошлому особенно возросла в I веке н. э., когда из-за внутренних проблем и ослабления центральной власти произошли изменения.

Правление Артабана III (ок. 12–38 гг. н. э.) — удобный период для изучения и краткой оценки политических изменений в Парфянском царстве. Артабан, вероятно, был второстепенным правителем Гиркании, расположенной к востоку от Каспийского моря, а не Атропатены, расположенной к западу от моря, как иногда предполагают.  Как бы то ни было, он возглавил восстание против парфянского царя Вонона, который был отправлен в Рим своим отцом Фраатом IV и прожил там более пятнадцати лет, прежде чем стать царём примерно в 7 году н. э. После нескольких лет борьбы Артабан одержал победу и в 12 году н. э. вошёл в столицу Ктесифон. Его попытки восстановить центральную власть в Парфянском государстве, в противовес знати, в конечном счёте не увенчались успехом, о чём свидетельствуют многочисленные восстания против него. Иосиф Флавий (Иудейские древности, 18:339) рассказывает о независимом правлении двух братьев-иудеев в Месопотамии примерно с 20 по 35 год н. э., когда парфянское правительство было бессильно подавить это разбойничье царство и было вынуждено признать его. Ситуация была настолько нестабильной, что Артабан был вынужден бежать в Восточный Иран около 36 года, а римский ставленник Тиридат III смог захватить власть на несколько месяцев. Артабан вскоре вернул себе трон и правил несколько лет до самой своей смерти, но восстания продолжались, в том числе в городе Селевкия на Тигре, где в течение семи лет существовала независимая республика.

Нет нужды описывать политические события, последовавшие за правлением Артабана, поскольку они не только запутаны, но и свидетельствуют о серьезных потрясениях и гражданских войнах в Парфянском царстве, которое на какое-то время было разделено на восточную часть под управлением Готарза II и западную под управлением Вардана. Нам следует обратить внимание на внутренние изменения в Парфянском царстве, не забывая при этом о политических и военных событиях, свидетельствующих о смуте того времени.

Поскольку наши основные источники по истории Парфии написаны на греческом или латинском языках, легко представить эту историю как череду войн между Римской империей и Парфией, в которых преимущество обычно было на стороне первой. Несмотря на то, что Римская империя была преемницей государства Ахеменидов и Александра Македонского, не стоит забывать, что у Парфянского царства были серьезные проблемы на северных и восточных границах, которые зачастую были более важными и опасными для парфян, чем отношения с римлянами на западе.

В конце I века нашей эры на востоке Ирана возникло новое могущественное царство — Кушанское.

Факты указывают на то, что Канишка был истинным основателем Кушанского царства, «Дарием» своей империи. Эпиграфические находки в Индии и Хорезме (Хорезмской империи), на окраинах Кушанского царства, центром которого была Бактрия, или современный Афганистан, свидетельствуют о существовании летоисчисления, параллельного эпохе Селевкидов в западном Иране. Эта эра, по всей видимости, началась в 78 году н. э. Мы не знаем, начал ли Канишка новую эру, поскольку его точная дата рождения неизвестна, но при Канишке на кушанских монетах вместо греческих надписей стали появляться иранские легенды, записанные греческими буквами. Он также был большим покровителем буддизма, и можно предположить, что в его правление в Центральной Азии активно распространялся буддизм.

Примечательно, что, согласно китайским источникам, одним из главных буддийских миссионеров, прибывших в Китай в 148 году н. э., был парфянский принц.

К сожалению, об отношениях Парфии с Кушанским царством и Индией известно очень мало, и мы можем лишь строить догадки о многочисленных и разнообразных монетах из восточного Ирана, которые сохранились до наших дней, но мало что говорят об истории этого обширного региона. Судя по монетам, существовало несколько небольших «индо-парфянских» княжеств, которые, возможно, были буферными государствами между Кушанским царством и Парфией, подчинялись той или иной державе и были похожи на более известные государства на западной границе Парфии.

Важно помнить, что парфяне так и не достигли той же степени централизации, что их предшественники Ахемениды или преемники Сасаниды. Некоторые из полунезависимых парфянских владений представляли собой всего лишь города, такие как Селевкия и Хатра, в то время как другие были крупными государствами, например Армения на севере и Персия на юге. Между ними располагались такие области, как Осроена вокруг города Эдесса, Гордия, Адиабена, Месена, или Харакена, и Элимаида.

Неудивительно, что более поздние арабские и персидские историки характеризуют этот период как время правления множества “царей-вождей” племен, что также объясняет, почему так сложно восстановить историю Ирана до прихода к власти Сасанидов. Таким образом, политическая раздробленность Парфянского государства является фоном, на котором следует рассматривать культурные и религиозные процессы.

Перевод с английского,
Журнал Anjoman Farhang Iran Bastan,
Том 4, №1, октябрь 1966 г.