Ученик

Апрель тогда был обманчивый — календарь обещал весну, а подъезд всё ещё пах зимой и мокрыми пальто. Звонок в дверь прозвучал неожиданно — уверенно, как будто пришли по делу.

На пороге стоял молодой мужчина — красивый, ухоженный, в дорогом костюме. Без пальто. Это и насторожило: на улице было холодно, а он — налегке, будто вышел из машины и ошибся этажом.

— Здесь живёт моя первая учительница? — спросил он.

Мама вышла и почти сразу его узнала. Виктор. Когда-то — тихий мальчик со второй парты. Теперь — гладко причёсанный, с вежливой улыбкой и усталыми глазами.

Он попросился переночевать.

В доме учителей бывших не бывает — только бывшие ученики. Его усадили за стол, накормили, налили чаю. На вопросы отвечал уклончиво: где вещи, почему один, что случилось — всё как будто мимо. Списали на неловкость, на обстоятельства, на жизнь.

Уложили спать.

Утром он был бодр и разговорчив. Сказал, что хочет пройтись по городу, вспомнить места. Пообещал вернуться к обеду — и ушёл легко, почти радостно.

Не вернулся.

Пропажу обнаружили случайно — кошелёк исчез. Сумма — ощутимая. Всё сразу встало на свои места: и костюм без пальто, и уклончивые ответы, и слишком вежливый голос.

Я выскочил из дома на одном топливе — злость и обида. Хотел только одного: догнать и посмотреть в глаза.

Нашёл его неожиданно быстро — в очереди у пивного бара. Он стоял спокойно, будто никуда и не спешил. Когда привёл домой, он путался в словах — поезд, карты, неудача, случайность. История без начала и без конца.

Самое странное — не попросил помощи. Сказал бы прямо — дали бы денег на дорогу. Без вопросов.

Вместо этого — выбрал кражу у той, кто когда-то учила его писать слово «честность».

Разговор вышел коротким. Пощёчина — тоже. Дверь закрылась громче обычного.

С тех пор каждый апрель пахнет не только талым снегом.

Иногда — ещё и разочарованием.