Огонь Илии

Если бы мне кто-то когда-то сказал что я буду ментом и находясь при исполнении буду отбивать наркомана от порядочных граждан, а не хотя бы наоборот, я бы не поверил и рассмеялся во все 32 белоснежных с гландами.
Начну издалека: в середине прошлого века родился человек, которому предстояло в будущем убить 11 крупнокалиберных генералов нацистской Германии. Я говорю за товарища Кузнецова. И за это ему наверняка дали банку икры, стакан водки и назвали в честь него улицу в самых диких закромах жемчужины у Чёрного моря — Одессы, а конкретнее — на посёлке Котовского.(сокращённо- Поскот)
Уже за эту одну фразу в девяностых или нулевых поскотовская братва в кепочках и в адидасе отпинала бы меня по кругу, предварительно заплевав мой двор шелухой от семечек. И, естественно, достопочтенный товарищ Кузнецов дико офигел бы, если бы узнал, кто будет жить на его улице. Кстати, по-моему в честь другого Кузнецова назвали улицу, но штудировать Википедию, чтоб наверняка писать- дико лень.
Итак, сама ментовско-пожарная история трапылась много лет назад — где-то пять или семь. Я тогда принял постриг в менты, и мы с моим тогда ещё напарником, а нынче — другом, получили сообщение, что на улице Кузнецова пожар. Дело было холодной, до боли в суставах, зимней ночью.
Мы начали ехать на адрес, но спешить не планировали. Кто первый приехал — тот и тушит. Да, звучит ужасно, цинично, но я объяснюсь. Дело в том, что полицейскому при тушении пожара делать нечего, а взятку там ни с кого не возьмёшь. Термокостюма у меня нет, баллона с кислородом тоже, шланга тоже (если не считать... ну, вы поняли), воду мы с напарником выпили, а другой при себе не было, а чего у меня ещё не было при себе, так это желания лезть в огонь и сгореть там к хренам собачьим или задохнуться в обнимку с дебилом, который забыл потушить окурок. В общем, мы приехали и стали ждать победителей стихии, т.е. людей, которые могут из огня и бабку вынести, и хату обнести по пути. Нет, я не говорю, что все пожарные что-то тибзят из горящих квартир, ни в коем случае. Среди них есть и те, кто находится на пенсии или на больничном. К нашему появлению жители уже самоэвакуировались, и мы благородно решили предоставить профессионалам возможность явить искушённому во всех видах стихийных бедствий жителю посёлка Котовского своё искусство пожаротушения.
Наконец, спустя минут пять ожидания, в зеркале заднего вида я увидел синие маячки, а это значит, что ребята на подъезде, а это, в свою очередь, значит, что нам немедленно пора начинать изображать спешку на адрес.
Мы оперативно подскочили и начали театрально производить те действия, в которых были действительно хороши: мы наблюдали за чужой работой. Пожарки приезжали, люди бегали, суетились, а мы стояли и смотрели. И знаете что? Горело хорошо. Ну, прям столбы огня валили из окон, и было ощущение, что там внутрях квартиры кто-то поддаёт мехами. Жители выбегали на улицу в цветастых халатах, как смешарики, соседи из домов поблизости (они были одеты чуть более «на выход»: на халаты были надеты куртки, и вместо чуст на ногах были ботинки) стояли и курили, наконец-то отвлекшись от телефонов, телевизоров, водки и, как следствие, — домашнего насилия. Несмотря на то, что была зима, рядом с домом было тепло и как-то душевно, как возле мангала в компании старых добрых друзей.
Выбежавшие жильцы пытались привлечь наше внимание громкими вопросами, которые якобы звучали в глубину звёздной ночи и неизвестно кому, типа: «Ой, а где же Илья?», «Это же Ильи квартира горит?», «Кто-то видел Илью?».
Я, естественно, обращал внимание на эти попытки заставить меня беспокоиться, но!!! Я не знал Илью, я не видел Илью, я не учился с ним в одном классе, и поэтому я продолжал смотреть на огонь и удовлетворённо осознавал, что наконец-то согрелся. Рядом со мной стоял мой напарник, рядом с напарником — какой-то тип наркоманского вида, и, ссутулившись, курил, блаженно и задумчиво глядя на огонь. Наша троица была на одной волне и настолько сроднились душевно, что могли бы курить сигарету по очереди.
Потом кто-то самый хипишной из своры соседей начал орать, что придушит этого Илью и что Илья — этот грёбаный поц, и ему таки интересно, где он. Также он выразил надежду, что Илья находится в своей квартире, а конкретнее — в эпицентре пожара.
Потом я услышал радостный возглас: «О! Вот этот уе**н!» — и затем звуки борьбы справа от себя, сопровождаемые женскими визгами. Когда я посмотрел в сторону звуков, я увидел этого парня наркоманского вида уже с кровью на лице, порванной курткой и сломанной сигаретой. Он всё так же мечтательно смотрел на огонь, но уже откуда-то с земли, и сквозь ноги соседей мелькал его безучастный и преисполненный стоицизма взгляд, а поломанная сигарета героически торчала изо рта как признак несломленности духа.
Так мы нашли Илью. Когда мы прорвались к нему и оттащили его израненное тело от кровожадной толпы в плюшевых цветастых халатиках, этот же хипишной мужик, который, вроде как был управдомом, втащил ему от имени всего дома и задал вопрос: «Твою мать, г***н, что произошло?!».
На что Илья, всё так же глядя на огонь, выдохнул и ответил очень приятно удивившим меня баритоном: «Та за***ло всё…» — затем затянулся поломанной сигаретой. На его лице играла какая-то отстранённая и меланхоличная улыбка. Толпа секунду переваривала его ответ, и было видно, как языки пламени пляшут уже не только в окнах квартиры Ильи (и, кстати, уже нескольких соседних квартирах), но и в глазах местных жителей, которые расслышали его ответ. Явственно ощущалось, как в этой человеческой массе зарождается желание нежно взять Илюху и отнести его обратно домой и бережно закрыть за ним дверку.
Мы как-то интуитивно ощутили, шо шас будет горе.  И как и предполагалось в нашу сторону ринулось человек 800 с явным желанием что-то физически высказать Илье. Мы еле успели посадить страдальца-наркета в машину, но всё равно, пока мы его вели и сажали в машину, ему прилетало и прилетало в голову. Нужно отдать ему должное — переносил он это стоически, без всякого недовольства и сопротивления, продолжая посасывать всё ту же сломанную сигарету, часть которой висела на крупной травинке сушёного табака.
Мы ещё немного посмотрели на огонь, переписали данные бригад пожарных и повезли нашего горемыку в отделение, где с ним поздоровались, назвав по имени.

П.с. я специально не описывал ту часть где мы всё таки забежали в подъезд и сверху донизу обстучали квартиры, жильцы которых еще не знали о том что они горят. Не сделал я это для того чтоб не развеивать справедливо устоявшееся мнение о том что полиция - орган бесполезный. И не мешать нормальным людям пылать к ней тихой ненавистью.