Предатели из спецслужб. Глава. 69 Публицистика

Глава. 69                Горькое послевкусие.


Археологи выкапывают из земли историю, которую закопали политики.

Габриэль Лауб  — писатель и журналист, известный афоризмами.


При Стомбаухе  обнаружили пять камуфлированных фотокамер, книги и фломастеры для сына агента, лекарства и деньги для Толкачева. Много денег. И сопроводительная записка с благодарностью агенту за работу.

Задержали Толкачёва на загородной трассе с помощью переодетых в форму гаишников офицеров группы захвата «Альфа». Нельзя было допустить, чтобы Толкачёв воспользовался ампулой с ядом.

«Как только Толкачев вышел из машины, ему тут же вставили в рот кляп, потому что знали, что может быть ампула с ядом.

Его тут же раздели, обнаружили авторучку с капсулой яда непосредственно в кармане», – уточнил военный эксперт, директор Музея войск противовоздушной обороны Юрий Кнутов.

Вот как отозвался о Толкачеве в своём интервью Милтон Бирден:

«Он был очень неоднозначным парнем. Я думаю, что, делая это, сидя и работая в специальном конструкторском бюро, он не был уважаем в своем сообществе.

А приход к нам позволил ему стать кем-то, что, я полагаю, поняла бы великая русская душа. Вроде как супермен среди людей, который стремился к более высокому, чем у них, уровню.

И я считаю, что это дало ему то чувство, которое он никогда ранее в своей жизни не испытывал. Него действия сделали из него супермена. А это был очень грамотный парень. И мотивация подобного рода, полагаю, закономерна…

Адольф Толкачев был «шпионом на миллиард долларов». Вы не можете себе представить ценность его информации в отношении нашей способности производить самолёты, авиационную радиоэлектронику и системы вооружения.

Мы стали способны противостоять всему, что мог произвести Советский Союз в течение следующих двадцати — сорока лет. Это была крупная сделка.

С ним многие годы обходились очень осторожно в Москве, в самых сложных условиях. И он был скомпрометирован только тогда, когда произошло предательство внутри ЦРУ.

Это случилось не из-за того, что очень компетентное Второе главное управление, следовавшее за нами по всей Москве, поймало нас при установлении контакта с Адольфом Толкачевым. Это произошло потому, что наша собственная система предала его.

И даже когда он уже был казнён (я вернулся спустя годы после его казни и возглавил отдел Советского Союза в ЦРУ), я всё ещё передавал разведывательные донесения, которыми он нас снабжал.

Обработка информации занимала более длительное время, настолько специализированной она была. Даже годы спустя после своей смерти он всё ещё производил её» (Милто Бирден. «Главный противник. Тайная история последних лет противостояния ЦРУ и КГБ», 2003 г.).

Слово деятелю органов государственной безопасности, генерал-майору Рэму Красильникову: «Драматические события, подобные провалу агента «Сферы» и задержанию на месте встречи с ним разведчика посольской резидентуры ЦРУ в Москве, — примечательная черта 80-х годов.

За провалом агента «Сферы» последовали другие, не менее драматические события, подорвавшие в те годы силу московской резидентуры.

Американский писатель Дэвид Уайз, изучавший деятельность ЦРУ в Советском Союзе в 80-е годы, имел ряд встреч и бесед с разведчиками Лэнгли.

 В своей книге «Шпион, который скрылся» Уайз, рассказывая о разговоре с одним из руководителей разведки (имени его писатель не называет), приводит его слова о положении посольской резидентуры ЦРУ в Москве в этот период:

«Раскрыты методы и источники получения информации; провалены действующие агентурные операции. Агентурная сеть в Москве создавалась многие годы, и теперь будет весьма трудно ее восстановить.

Дело не только в агентурных источниках информации, все обстоит гораздо сложнее. Свёрнуты все технические устройства; размер понесенного ущерба огромен. Для нас там обрублены все концы».

Эти близкие к паническим слова руководящего сотрудника Лэнгли отражали картину, которая сложилась к середине 80-х годов» (Красильников Р.С., «Новые крестоносцы — ЦРУ и перестройка»).

Отставной сотрудник ЦРУ Борри Ройден в официальном отчёта так оценил вклад агента «Сфера»:

«С января 1979 по июнь 1985 года Толкачёв предоставил американским военным чрезвычайно большой объём разведданных. Эта информация склонила бы чашу весов на сторону победы и спасла бы нас от поражения в случае военного конфликта с СССР».

Слово Милтону Бирдену: «80-е стали завершающей фазой соперничества между ЦРУ и КГБ как части холодной войны. Я имею в виду, что оно продолжается, но не как элемент холодной войны, враждебных взаимоотношений между Москвой и Вашингтоном.

Московская резидентура была там, потому что она была нам там нужна. КГБ и ГРУ имели свои резидентуры в Вашингтоне. И мы ждали такой возможности, как Толкачёв или какой бы то ни было.

И это всё что я делал. Там происходило множество других вещей в рамках схватки, которую мы называем «холодная война».

Каждая резидентура хорошо выполняла свою работу, конечно, у нас были успехи в Москве, но у них был, вы знаете, Виктор Черкашин в Вашингтоне — великолепный оперативный сотрудник резидентуры и разведчик. У него был Эймс. Мы тоже получали тяжелые, сильные удары в это же время.

Кто выиграл эту борьбу между США и Советским Союзом в восьмидесятые годы? Только история покажет это. Но Советский Союз исчез, а мы нет. КГБ в реальности, в этой форме, распался на отдельные элементы.

Это могло поменяться. Но я не говорю: «Мы победили, мы победили». Я говорю: «Ну что ж, мы не проиграли» (Милто Бирден. «Главный противник. Тайная история последних лет противостояния ЦРУ и КГБ», 2003 г.).

На следствии Толкачёв во всём признался и просил советское руководство не выносить ему смертный приговор.

В своём последнем слове в суде он раскаялся и просил не приговаривать его к высшей мере наказания.

«Я понимал, что информация, которой я располагал, имеет оборонное значение. И передача американской стороне может нанести ущерб нашей стране», – говорит Толкачев на кадрах архивной видеохроники.

Несмотря на сотрудничество со следствием, Толкачеву вынесли смертный приговор.
Верховный Суд СССР рассмотрел дело Толкачёва в 1986 году и признал его виновным в совершении преступления, предусмотренного статьёй 64 часть «а» Уголовного кодекса РСФСР, и приговорил к высшей мере наказания — смертной казни через расстрел.

24 сентября 1986 года приговор был приведён в исполнение.

Милтон Бирден:

 «Адольф Толкачев попал в темное место, которого он боялся больше всего - в руки КГБ. Его допросили в тюрьме, и он признался в шпионаже, но упорно настаивал, что его семья ничего не знала.

КГБ нашло множество компрометирующих улик, в том числе пачки рублей, шпионские камеры Тропеля, а также карты, наброски и графики встреч ЦРУ.

КГБ также обнаружил контрольный лист библиотеки, который ЦРУ подделало, чтобы скрыть следы Толкачева, и ручку с L-таблеткой внутри.
   
Толкачев был признан виновным в шпионаже и приговорен к смертной казни военным трибуналом в составе трех человек.

Когда огласили приговор, Толкачев стоял прямо, одетый в свободный спортивный пиджак и рубашку с открытым воротом, очки в нагрудном кармане. По бокам его сидели двое охранников.
   
«Назовите свое имя правильно», - потребовал судья.
   
«Тол-ка-чев», - твердо ответил он. «Адольф Георгиевич». Он назвал свой возраст, место рождения и образование.
   
Где вы работали до ареста и на какой должности?
«До ареста я работал в НИИ радиотехники на должности главного конструктора».
   
Судья огласил приговор: виновен в государственной измене в форме шпионажа, карается смертной казнью.
   
Толкачев бесстрастно смотрел прямо перед собой. Двое охранников встали и схватили его за локти.
Позже его прошение о помиловании было отклонено.
   
После оглашения приговора Толкачеву на пятнадцать минут нанес прощальный визит его сын Олег в переполненном тюремном конференц-зале.

Толкачев беспокоился за сына все годы его шпионажа. Момент был тяжелым для них обоих. Олег относился к советской системе с таким же пренебрежением, как и к своим родителям.

Он вспомнил, как его мать и отец читали запрещенные произведения Солженицына. Но он никогда не спрашивал, откуда взялась западная рок-музыка и перья для рисования. Он никогда не знал о шпионаже своего отца.
   
Толкачев сказал сыну, что сожалеет. Олег ответил: «Нет, нет, нет» - что он не должен этого говорить.

22 октября 1986 года советское информационное агентство ТАСС сообщило, что Толкачев был казнен за «государственную измену в форме шпионажа» (МилтоБирден. «Главный противник. Тайная история последних лет противостояния ЦРУ и КГБ», 2003 г.).


Позже на саммите в Рейкьявике Рейган просил Горбачева обменять шпиона, но генсек разочаровал президента: «Поздно – уже расстреляли».

Жена Толкачёва получила три года лагерей, а сын навсегда остался под клеймом «сына изменника Родины».

Вскоре после выхода из тюрьмы, перед самым распадом СССР, она умерла от рака. Американское посольство, в которое Наталья обращалась во время болезни, в помощи ей отказало.

ЦРУ даже не предприняло попыток спасти своего ценнейшего агента — его имя было вычеркнуто из всех отчётов и архивов, словно его никогда не существовало.

Слово бывшему разведчику ЦРУ Милтону Бирдену:

«Наташу также привлекли к уголовной ответственности на том основании, что она знала о шпионской деятельности Толкачева. Либин, ее бывший начальник и друг семьи, позже написала, что она не призналась, но была выдана КГБ осведомителем в тюрьме.

Её приговорили к трем годам заключения. Она служила первой в Потьме, суровом трудовом лагере в 242 милях к юго-востоку от Москвы, который был частью советского ГУЛАГа.

На второй год ее перевели в менее суровую колонию по изготовлению кирпичей в Уфе, в 730 милях к востоку от Москвы, где Олег успел ее навестить. Через два года она была освобождена по широкой амнистии и вернулась в Москву в 1987 году.

Она не могла вернуться к своей профессии инженера, поэтому нашла работу дежурным оператором в котельной. Она держала голову высоко, читала книги и обращала внимание на яркую политику горбачевского периода.

Она пошла в Мемориал, группу, сформированную в эпоху гласности, чтобы сохранить память о тех, кто погиб в сталинских лагерях, и подробно описала репрессии ее родителей, отметив, что оба были реабилитированы после смерти Сталина7.

В 1990 году Наташа заболела раком яичников. Она написала в американское посольство, что тяжело больна и просит о медицинской помощи.

Она сказала, что была женой Адольфа Толкачева, который «много лет работал на благо Америки и во имя свободы в нашей стране», по словам Либин, который помог ей составить письмо.

Либин напомнил, что в посольстве ответили, что они получили много запросов и не могут помочь всем, кто просит. В посольстве, видимо, не узнали, кто она такая. ЦРУ узнало о ее обращении только спустя годы.

Наташа по-прежнему злилась на одно: Адик ввел её в заблуждение и продолжил свой шпионаж после того, как пообещал прекратить. Она возражала не против шпионажа, а против опасности для семьи.

Она умерла от рака 31 марта 1991 года, в тот момент, когда советское партийное государство, которое она и Адик оба ненавидели, собиралось прекратить существование.

Её похоронили вместе со своим отцом, редактором газеты Иваном Кузьминым, на Донском кладбище в Москве» (МилтоБирден. «Главный противник. Тайная история последних лет противостояния ЦРУ и КГБ», 2003 г.).

В 2007 году о шпионской деятельности Толкачёва был снят документальный фильм «Ампула с ядом» (из цикла «Шпионы и предатели»).

В 2018 году на Первом канале вышел телесериал «Операция «Сатана», основанный на истории Адольфа Толкачева (в сюжете переименован в Сергея Медникова).

Роль предателя исполнил актер Владимир Ильин, роль следователя — Андрей Смоляков. Время действия было перенесено в 1975 год.

Несколько лет назад американская разведка рассекретила 944 страницы документов о своём агенте «Сфера». Там были переписка с Толкачёвым, доклады резидентуры ЦРУ и т. д.

На их основе лауреат Пулитцеровской премии Дэвид Хоффман выпустил бестселлер «Шпион на миллиард долларов. Подлинная история шпионажа и предательства в годы холодной войны».

05.02.2026 г., г. Екатеринбург