Она была зеркалом

Она была зеркалом. Он был человеком.
Бездарная сказка нелепого века.
Не умел он любить. Она научила,
Хотя поначалу любовь их горчила.
Любовь обжигала, пьянила как спирт
Они забыли о людях, забили на флирт,
Писали стихи и слушали песни
И дороже всего было им время вместе.
Случилось все осенью, холодно было.
Человек был смешон. Это было красиво.
Они были рядом и часто ругались,
А после над этим же и смеялись.
Затем были ночи и светлые утра
И им не нужна была.
Их страсти хватало на тысячи дней…
Им так казалось… Он думал о Ней.

Зеркало долго хранило всю память
О тех кто ушел, кто теперь был не с нами,
О тех кто был рядом, с кем было светло.
Человек злился. Былое мертво.
Он бил по остаткам пустых отражений
Он рушил ее… Бился с воображеньем.
Она ненавидела все его планы,
Карьеру и ровность, друзей-хулиганов.
Но он не менялся, он жил как и прежде,
Хотя и она не теряла надежду.
Он был очень милым… Подарки дарил.
И искренне ночью по парку бродил.
Она ожидала ответов, звонков,
Приездов, объятий, ударов…Шлепков…

Он ел ее душу, себя истязал.
И им все казалось – длится сказочный бал
Под музыку сладкую в красной рубашке
Он ее поднимал… И от счастья мурашки
По шее ее и спине пробегали
И что это игра хорошо понимали.
Но все было слишком уж гладко и ровно
Ей нужен был Воин. Не Царь без короны.
Но он ей светил и она отражала
Всю ласку и нежность кривого кинжала.
Они не хотели чувствовать боли,
Но все же спросили у неба «Доколе?»
Настало вдруг лето… Они потерялись…
О светлом мечты по углам разбежались .
Но снова мирились, скрипели зубами,
И щедро делились волхвы их дарами.

Потом он ушел. Пусть не сразу, не смело.
Он рядом с ней был. Она видела тело,
Но не видела душу, не слышала правды,
Хотя он старался, сочиняя тирады…
И снова уж осень… И холодно будет…
Друзья посочувствуют и забудут…
Он все ей сказал, а она хоть и знала
Но принять не могла… Узнавала…
Узнавала в нем прежнего, несшего свет,
Укрывавшего ночью в клетчатый плед,
Способного разом укрыть от всего.
Узнавала былое... Чуяла своего…..

Ну а он, хоть и был не таким уж подонком,
Сам рассудил, что был просто ребенком.
Поспешным и жадным до чужого тепла.
Он любил так впервые… Он ведь знал, что Она…
А впрочем уже все не так уж и важно
И можно в глаза, так красиво отважно,
А можно в обход, что надежней, вернее,
Но что было у них, они тронуть не смеют.
Любовь догорела, остался лишь дым.
И снова их душам плавать одним.
И снова Луна, снова горькая водка,
Советы подруг и заткнутая глотка.
Ей холодно, больно… Он ей сострадает…
Остатки разбитой любви собирает.
Зеркало треснуло, хрупкая штука,
Останется память… И злая наука.