11. 1. В Стайки едет ревизор. 1837 год

К середине 30-х годов в Витебской губернии существовали казенные (государственные) имения нескольких типов:
1) арендные, в том числе староства и вторые поиезуитские
2) первые поиезуитские имения
3) помонастырские имения
4) имения, конфискованные у участников Польского восстания

В частности, в Невельском уезде имелось:
4 арендных имения (в том числе Стайки) - 4407 душ
1 помонастырское имение - 368 душ
1 конфискованное имение - 190 душ

Правила управления имениями разных типов были различными. Казенные Палаты не справлялись с контролем за состоянием имений, в результате "имения иногда остаются неосмотренными несколько лет, крестьяне не имеют своевременной защиты в случае нарушения владельцами инвентарей и возникает огромная переписка по приему и сдаче имений" (279/3/2043/3)
Многие казенные имения не были обмежеваны, не имелось планов и карт, казенные земли захватывались соседскими помещиками.

Арендные платежи вносились несвоевременно, взыскивать недоимку с арендаторов оказалось довольно сложно. При отобрании имений от арендаторов и передаче в административное управление доход с имения оказывался существенно ниже арендного платежа. При этом состояние крестьян неуклонно ухудшалось, в результате они не могли уплачивать положенные подати и постоянно нуждались в хлебных ссудах. Об этом я писала в п.9.1-9.4.

Казенные Палаты были заняты в основном сбором платежей и не имели ни сил, ни средств, ни желания вникать в вопросы сельского хозяйства, которое было крайне отсталым и, следовательно, не позволяло надеяться на повышение доходности имений.

Проблемы с казенными имениями были характерны и для других губерний.

С этим надо было что-то делать.

В 1835 году создан очередной комитет по разработке крестьянской реформы, куда вошел и Павел Дмитриевич Киселев.
В мае 1836 года он был назначен руководителем вновь созданного Пятого отделения Собственной Его Императорского Величества Канцелярии (в дальнейшем СЕИВК), на которое была возложена задача подготовки и проведения реформы управления казенными имуществами.
Фактически Павел Дмитриевич Киселев стал единственным организатором реформы - "начальником штаба по крестьянскому вопросу".

Прежде, чем реформировать государственные имущества, надо было разобраться, каково их текущее состояние. Поэтому Киселев провел ревизию государственных имений - сначала в четырех губерниях, а затем, учитывая важность полученных сведений, и во всех остальных, кроме Сибири и Грузии. В 1837 году была проведена ревизия казенных имений и в Витебской губернии.

Чиновники, которые должны были проводить ревизию, подбирались очень тщательно.

Киселев направлял в 3-е отделение СЕИВК, графу Бенкендорфу, запросы со списками чиновников, которых предлагалось задействовать при ревизии, и просьбой "почтить уведомлением: не имеется ли в 3 отделении Собственной Его Императорского Величества Канцелярии каких-либо сведений в отношении нравственных качеств сих чиновников, которые могли бы препятствовать употреблению их по ведомству государственных имуществ."

В одном из таких запросов (1589/1/332/136) встречается и фамилия камер-юнкера Рахманова, ранее в Управлении Московского Генерал-губернатора. Камер-юнкер Рахманов должен был принять участие в ревизии государственных имений по Витебской губернии. Но работать он должен был под началом надворного советника Пальчикова, а вот фамилии Пальчикова я в "запросах о благонадежности" не нашла. По всей видимости, господин Пальчиков был чиновником 5-го отделения СЕИВК, и был проверен раньше.

Для чиновников-ревизоров была составлена подробная инструкция, ее я привожу в приложении, а здесь кратко пересказываю.
Ревизор должен был явиться в Казенную Палату и потребовать сведений о состоянии госимуществ по заданным формам, которые были предварительно разосланы в Палаты, так что к приезду чиновника все сведения должны были быть готовы (должны были, но часто оказывались не готовы; более того, при подготовке ревизии Казенные Палаты зачастую не могли доставить в 5-е отделение сведения даже о количестве и наименовании казенных имений) (1589/1/33/42). Кроме того, ревизор должен был получить у землемеров карты казенных селений, земель и лесов (скажу сразу, что ревизору по Витебской губернии Пальчикову это не удалось; причиной было то, что все землемеры были заняты, и некому было изготавливать требуемые копии карт; да и карты оказались не совсем те, что надо). Затем ревизор должен был отправиться непосредственно в имения и на месте проверить правильность и полноту сведений.

Если обнаружатся какие-либо злоупотребления, а также если будут поданы жалобы от поселян, то ревизор должен сообщить об этом начальнику губернии, а также в 5-е отделение.

Ревизоры должны были выяснить, "каково хозяйственное положение государственных крестьян и в чем коренятся причины хорошего или дурного состояния их быта; обратить внимание на размеры крестьянских угодий и на распределение их между селениями и отдельными хозяевами, изучить качество и способы обработки этих угодий; установить степень развития и доходности промыслов; проследить, каковы размеры крестьянских податей и повинностей, насколько правильно они собираются и почему они связаны с недоимками; привести в известность натуральные повинности крестьян и проверить, равномерно ли они распределены между сословиями; удостовериться, существуют ли хлебные запасные магазины, богадельни, больницы, училища и в каком состоянии они содержатся; наконец, обревизовать местное крестьянское управление, ознакомиться с нравственным уровнем и способностями начальников, состоянием делопроизводства и степени законности их действий." (это цитата из Дружинина)

Все сведения должны были быть представлены в соответствии с прилагаемой к инструкции "анкетой" (эта анкета тоже приведена в приложении, там почти 300 пунктов, так что сведения требовались весьма подробные), а кроме того, внесены в ведомости по определенным формам.

Сразу скажу, что отчеты ревизоров "в текстовой форме" в РГИА имеются, а вот ведомостей нет. Насколько я поняла, когда казенные имения передавались из ведения Казенных Палат в ведение вновь образованных Палат Госимуществ, то заполненные в ходе ревизии ведомости были переданы на места - в Палаты Госимуществ.

Что же касается качества заполнения анкет, то хотелось бы, конечно, чтобы господин ревизор  указал больше подробностей, а не ограничивался общими словами. Желающие смогут сравнить отчет по Стайкам, приведенный в п.11.2, с вопросами анкеты. Впрочем, и так отчеты по каждому имению получались огромные, а казенных имений в Витебской губернии было несколько десятков, так что господина ревизора можно понять.

Вообще 5-е отделение считало достаточным назначить одного ревизора в расчете на 40 тысяч душ крестьян, а в тех губерниях, где число казенных крестьян было больше, добавить еще одного помощника (1589/1/333/50). В Витебской губернии было около 50 тысяч душ казенных крестьян, и ревизором туда был назначен надворный советник Владимир Петрович Пальчиков, а его помощником - камер-юнкер Рахманов. Правда, потом в западных губерниях, учитывая "раздробительность поселений и нередко отдаленность оных одно от другого, что поставит ревизоров в необходимость употреблять значительное время на переезды", ревизорам было разрешено дополнительно выбрать себе на месте еще по одному помощнику.

Надворный советник Пальчиков должен был отвечать еще за ревизию в Могилевской губернии, где ему также был назначен помощник. В данном Пальчикову предписании П.Д.Киселев предлагает ему обратить пристальное внимание на положение  "сих двух губерний, замечательных по особенному их расстроенному положению, составляющему с давнего времени предмет беспрерывных изысканий Правительства."
(это предписание, а также направленные П.Д.Киселевым отношения к Витебскому, Могилевскому и Смоленскому Генерал-губернатору Дьякову, а также Витебскому губернатору Жиркевичу я привожу в приложении)

В июне 1837 года господа Пальчиков и Рахманов, получив необходимые инструкции и документы, отправились в Витебскую губернию.

Осматривать имения ревизор должен был совместно с членом Казенной Палаты, и отчеты они должны были подписывать совместно. Так что описания имений скреплены двумя подписями: ревизора пятого отделения надворного советника Пальчикова и асессора Витебской Казенной Палаты титулярного советника Пальчевского, о котором я рассказывала в главе 9.
(Кстати, тогда как раз шло "следствие по делу о злоупотреблениях Пальчевского", так вот Витебская Казенная Палата обратилась к ревизору Пальчикову, чтобы тот высказал свое веское мнение. И Пальчиков, во время ревизии изучивший положение дел в Езерийском старостве, написал, что он считает, что злоупотреблений при раздаче хлеба там допущено не было, и что крестьяне о Пальчевском отзываются положительно (384/1/1119/23)

Составленное господином ревизором описание имения Стайки я приведу в следующем пункте.