Деревянные звёзды поэта Юрия Воротнина

    «В детстве я быстро и много читал, и меня нача¬ла душить тайная страсть стать писателем. Этот труд казался мне простым и сладким, трудность виделась только в одном – тяжело и долго записывать свои сочи¬нения. Вот если бы был диктофон, наговорил разных историй, секретарь напечатал, и вперёд – в типогра¬фию. Я отчётливо видел корешки своих книг на полках всей страны, я уже выбирал себе звучный псевдоним, я выступал на октябрятских сборах! Живой классик!»
   Так начинается предисловие к книге поэта Юрия Воротнина «Деревянная звезда», вышедшей из печати в коломенском издательстве «Серебро слов» в 2023 году довольно приличным по нашим временам тиражом 300 экземпляров.
   Эта внушительная книга обобщила творчество автора за время с 1975 года. Большая часть глав в этом издании повторяет названия вышедших ранее книг небольшого формата или созвучны им. Это, стоит заметить, не первое обобщение творчества поэта: в 2006 году он выпустил сборник «Стихотворения 1973–2005».
    В том же году была издана поэтическая книга «Осень в райских садах», в 2010 году увидел свет сборник «На вечной дороге», затем в 2013 году читатели познакомились с книгой «Небесный щит», а в 2018 году была издана книга «Поздняя услада». Один из поэтических сборников переведён на болгарский язык. И вот новый итог творчества Юрия Воротнина – «Деревянная звезда».
    Нельзя не отметить, что поэт возвращается к своему творческому багажу, обобщает и переосмысливает написанное в различные периоды жизни, а это вовсе – не «кудреватые Митрейки, мудреватые Кудрейки», как выразился когда-то В.В. Маяковский. Поэзия Юрия Воротнина – отражение пережитого, перечувствованного на дорогах жизни – и в молодые годы, и в зрелые, и в более поздние. Поэтическое творчество проходит через всю его жизнь, при этом поэт всегда считал важным не только выразить свои чувства и переживания, любовь, грусть, беспокойство, заботу, – для него первостепенное значение имеет то, как его поэтическое слово отзывается в душах читателей, какое место оно занимает в их жизни. Ну кто ещё, скажите, предлагает читателям выслать книгу с автографом каждому, кто об этом попросит. Юрий Иванович предлагает и высылает.
    Не хочет поэт, как это нередко бывает, просто раздать по сколько-то экземпляров в библиотеки, где эти книги, весьма вероятно, будут лежать без движения. Нет, поэт хочет, чтобы его творчество нашло дорогу к сердцам именно тех, кому оно интересно и созвучно. «Поэт в России больше, чем поэт», – эти слова В.Г. Белинский произнёс ещё в 1847 году. В наше время истина по-прежнему жива, но очень непросто увидеть, рассмотреть настоящего поэта среди огромной толпы имитаторов и графоманов, заполонивших, благодаря современным технологиям, и физическое, и виртуальное пространство. Заплатите деньги – за вас напишут, оформят, издадут и продвинут в массы. Но это будет не более чем макулатура. Хорошо написал об этом в 1973-м году популярнейший в то время поэт Андрей Вознесенский.

Стихи не пишутся – случаются,
как чувства или же закат.
Душа – слепая соучастница.
Не написал – случилось так.

    Я всегда пишу отзыв на подаренные книги с автографом автора. На моём экземпляре Юрий Иванович начертал не то, что обычно пишут в таких случаях, – «на добрую память», «с добрыми чувствами», «с уважением» и т.п. Нет, его автограф лаконичен, конкретен и полон содержания: «Владимиру Ляху с надеждой на прочтение». Какие тут ещё нужны комментарии! Прочтение – вот что важно! Не показная учтивость, не шаблонный пиетет, а прочтение и осмысление. Именно так поэт определяет к.п.д. своего творчества, и мне это понятно и близко.
    Книгу я прочитал, и не один раз, поэтому и отзыв пишу с заметной задержкой. Перечитывал, обдумывал, возвращался, сравнивал и сопоставлял, набирал, как говорится, фактуру, чтобы отзыв не был формальной отпиской, ибо на такую поэзию грешно писать формальную чепуху насчёт «глубокого проникновения», «тонкого осмысления» и «зрелого мастерства». Всё это здесь есть, но не в этом главное.
    В книге большинство стихотворений Ю.И. Воротнина не имеет названий (на портале «Стихи.ру» названия есть, но там это технологически обусловлено) и это, как мне кажется, не простая особенность, это о многом говорит.
    Как обычно бывает: выдастся время для раздумий – где-нибудь в дороге, на отдыхе, или в часы бессонницы, и закружатся в сознании слова, и родится вдруг рифма, другая, а потом обрастёт этот остов смыслом, содержанием. Является это всё не из бестелесных фантазий, не со стороны, а из жизни, из пережитого и наболевшего, и высветит это произведение, как яркое пятно от фонарика, кусочек бытия. Такое стихотворение не нуждается в красивом названии и в украшательской мишуре, как не нуждается в них солнечный зайчик, а вкупе творчество такого уровня может служить энциклопедией мировоззренческих и нравственных позиций автора. Так в общем и целом я понимаю творчество Юрия Воротнина.
    Сказать, что оно мне близко – это ничего не сказать. Иногда, как говаривал прекрасный современный русский поэт Владимир Бояринов, «прошибает до пяток». Ну, вот хотя бы это.

«Хорошо я сегодня помолилась…»
                Бабушка Паня.
Я себя почувствовал героем,
Ночь прошла, и с ней прошёл испуг,
И моим усердьем за горою
Встало солнце и взошло на круг.

Как душа моя потом светилась,
Как она молилась хорошо,
Чтобы солнце по небу катилось,
Чтоб опять за гору не зашло.

     «Бабушка Паня» – так мою маму называли внуки, наши сыновья. Как Поэт узнал об этом, как он догадался?! – в этом и есть извечная загадка поэзии.
Да и не догадался он каким-то особенным усилием, озарение пришло к нему само, как бы извне, как следствие пережитого и передуманного. Не зря же на форзаце книги «Деревянная звезда» приведены слова её автора: «О себе ничего не могу рассказать, потому что стихи для меня – другая жизнь, которая для меня неизвестна». Ну как тут не вспомнить снова слова Андрея Вознесенского: «Стихи не пишутся – случаются…»
      В каком-то из отзывов я прочитал, что Воротнин, якобы, «продолжает традиции Тютчева, Блока, Фета и, безусловно, созвучен поэзии Р. Рождественского». Нет, я так не думаю, да и как можно запрячь в одну телегу «коня и трепетную лань» – совместить, к примеру, таких разных Блока и Фета, да ещё из другого века припрячь к ним Рождественского.
    В поэзии существует особый жанр, суть которого состоит в целенаправленном подражании известным стихотворцам. Теперь он не так популярен, а в прошлом можно найти немало таких примеров.
   В творчестве К. Н. Батюшкова есть целый цикл «Подражания древним» (1821); перу А. С. Пушкина принадлежат «Подражания Корану» (1824), стихотворения «Подражание французскому» («Супругою твоей я так пленился»), «Подражание итальянскому» («Как с древа сорвался предатель-ученик»), «Подражание арабскому»; в творческом наследии М. Ю. Лермонтова содержится «Подражание Байрону» (1830). Даже признанный мэтр Г. Р. Державин замечал, что в выражении и стиле старался подражать Ломоносову, ну, а древнегреческому «певцу любви» Анакреону подражали очень многие, в том числе и А.С. Пушкин.
     Примеров можно привести немало, но какие-либо подражания, ни тайные, ни явные, совершенно не характерны для творчества Ю.И. Воротнина.
     Влияние литературных авторитетов необходимо и неизбежно не только в процессе становления поэта, но и потом, когда голос его зазвучит в полную силу.
    И даже значительный поэт может восприниматься тем или иным вдумчивым читателем созвучным другому известному ему стихотворцу, если не по внешним признакам стихосложения, то по тематике, трактовкам, содержанию и глубине. Наверное, не избежал этой участи и Юрий Воротнин.
    Мне, признаюсь, видится в его творчестве влияние крупного российского поэта Льва Константиновича Котюкова. Есть у него стихотворение «Поединок».

Чёрный снайпер бьёт на шорох,
Я лежу, к земле прижат.
Чёрный снайпер бьёт на шёпот,
Чёртов снайпер бьёт на взгляд.

Головы поднять не смея,
«Сохрани, земля!» – молю.
Чёрный снайпер, сатанея,
Выжидает жизнь мою.

В землю тёплую вжимаюсь,
Онемевший и слепой,
В землю чёрную вживаюсь,
Становлюсь землёй самой.

Вглубь системой корневою
Кровь пульсирует моя,
Рот забит землёй сырою,
в сердце – гулкая земля.

Я встаю над горизонтом,
Вся земля со мной встаёт.
Где ты, где ты, снайпер чёртов?!
Ну, посмотрим, чья возьмет?!

А вот как тему поединка, весьма популярную в поэзии, как и в жизни, раскрывает Юрий Воротнин.

Сбереги меня, мой Ангел,
В чистом поле да в грозу,
Пулемёт на левом фланге,
Доползу – не доползу.

Я взвалил войну на спину,
Чтоб от дома унести,
Я здоровый, я не сгину,
Только б поле проползти.

Станьте кочки крепостями,
Превратись трава в броню,
Я коленками, локтями
Шибко землю бороню.

Пулемёт не держит стрелку,
Недолёт да перелёт,
Добрый Ангел смотрит сверху,
Выжидает, чья возьмёт.

Приведу ещё одно довольно известное стихотворение Л.К Котюкова из его ранней лирики.

РУБАХА

Всю ночь одна, без страха,
В безумном ноябре
Висит моя рубаха
За домом, во дворе.

Висит моя рубаха
В ночи вниз головой,
И бьёт её с размаха
Ветрище ледяной.

Верёвка бельевая
В безумной вышине,
Рубаха ледяная –
Мерещатся во сне.

И, позабыв о страхе,
Один в чужом краю,
Я в ледяной рубахе
Пред Господом стою.
И примерно на ту же тему стихотворение Юрия Воротнина с эпиграфом из приведённого выше стихотворения Л.К. Котюкова.
 «Я в ледяной рубахе пред Господом стою…»
                Л.К. Котюков
Рыщет молния во мраке,
Потеряла жизнь мою,
Я в берёзовой рубахе
Перед бездною стою.

То ли истина виною,
То ли истина в вине?
Плачет ангел надо мною,
Но душа жива во мне.

Берег скалится отвесно,
Ни двора и ни кола!
Но несут меня над бездной
Два берёзовых крыла.

И под сердце безутешно
Пробирается испуг –
Я не Божий сын, конечно,
Но быть может, Божий внук.
     Влияние можно предположить, но о каком-либо «продолжении традиций» рассуждать не приходится. Уместно говорить разве что, о традиции писать хорошие, глубокие стихи. И с этим не поспоришь.
    Главное в поэзии Юрия Воротнина не похожесть на кого-либо, не вторичность, а оригинальность, свежесть, искренность и самобытность. Нет в ней никакой фальши, подражательности, выпендрёжа и лакировки. Стихи Воротнина – это как живительное деревенское молоко, в которое никто ничего не добавил.
     Он узнаваемо особенный – уважительный собеседник, философ – не заумный, а простой и понятный, задушевный певец русской деревни, русской жизни, родной природы – пусть неброской, но такой близкой и любимой со всеми её снегами, морозами да вьюгами, пустырями и бесконечными дорогами. Чаще всего поэт ничего прямолинейно не декларирует, не осуждает и не воспевает, а только доверительно беседует по душам, но его мелодичные строчки – эх, к ним бы сказителя – Бояна нашего времени, да гусли звончатые, – рождают ощущение своего, близкого, родного, русского, не сразу и разберёшь чего именно. То ли широкого раздолья, то ли неустроенности и извечной стеснённости, то ли раздумий и светлой печали, то ли веры в добро и надежды, дающей силы созидать лучшее будущее. Всё это вместе, одновременно и неразделимо присутствует в стихах, как и в жизни. И вполне закономерно, что на стихи Юрия Воротнина написаны несколько песен.

Наши песни, как реки тягучие,
Наши сказки, как солнце в мороз,
Почему ж лишь от случая к случаю
Мы поём, замирая от слёз.

Так запеть, чтобы песня, как благовест,
Поднимала с земли окоём,
Чтобы верить, что живы покамест мы,
И уже никогда не умрём.

     Деревянная звезда в названии книги вовсе не случайна. Образ всего деревянного нередко органично принимает под своё крыло основную идею стихотворения, олицетворяет глубинную, настоящую Россию. Вот один из ярких примеров.
 
Край родной! Прозрей и внемли.
Паром тянет от земли.
Деревянные деревни –
Вот где крепости твои.

Было худо, будет хуже,
Станет лютая зима,
Но спасут тебя от стужи
Деревянные дома.

Горечь споров и раздумий,
Ледяные голоса
Растворят в зелёном шуме
Деревянные леса.

Путь наш после вознесенья
В чернозёмные пласты,
Но как память и спасенье –
Деревянные кресты.

И в веках над снежным краем,
Над чертогом изо льда
Всё горит, не догорает
Деревянная звезда.

      Или вот ещё, я просто не могу не процитировать эти строки, на которые читателями написано множество доброжелательных и благодарственных отзывов на портале «Стихи. ру».

И  пока  я  живой,  посажу-ка  я  дуб,
По  весне,  при  прохладе, при  ветре,
Улетит  моя  жизнь,  как  дыхание  с  губ,
А  он  памятник мне после смерти.

Мне  не  станет  могила  моя  западнёй,
И душа не заметит урона,
Будут  корни  рассказывать  мне  под  землёй,
Что  с  макушки  увидела  крона.

Так  вперёд  я  на тысячу  лет  загляну,
Породнюсь  с  каждым  прутиком-веткой,
Зеленея   весною  в  зелёном  дыму,
А  зимой  индевея   под  ветром.

И не горько мне знать, и не тяжко смотреть,
Как в пределах заветного круга
Бесконечная жизнь, бесконечная смерть
Каждый раз переходят друг в друга.
 
    Где черпает вдохновение Юрий Воротнин, ведь из ничего настоящие стихи, как известно, не растут. Вспомним стихотворение Анны Ахматовой, написанное в начале 1940-го года:

Когда б вы знали, из какого сора
Растут стихи, не ведая стыда,
Как жёлтый одуванчик у забора,
Как лопухи и лебеда.

     Так где же заветная «ромашковая поляна» Юрия Воротнина, дающая ему вдохновение и творческую силу?
    Важность этой «заземлённости» я познал на своём примере. Работая в школе, много лет публиковал материалы в журнале «Физика в школе», и темы появлялись без особых усилий, просто по ходу дела. Редакция меня, провинциального учителя, пригласила на Учредительную конференцию Физического общества СССР, проходившую в МГУ. Но стоило после 43-х лет работы мне уйти из школы, и всё. Ничего практически полезного для коллег-учителей я написать уже не мог. Нет почвы, нет корней, а значит нет и всходов…
    Юрий Иванович Воротнин – известный в Подмосковье строитель. Родился он в 1956 году в посёлке Пирово Тульской области. Ему прочили Литинститут, но он окончил строительный факультет Тульского политехнического института и получил направление в Московскую область. Сейчас Воротнин – генеральный директор ОАО «ПСО-13», Заслуженный строитель России, живёт в городе Дедовске Истринского района.
    Не хлебом единым озабочен Юрий Иванович, он – президент футбольного клуба «Истра», его имя стоит вторым после имени главного редактора в поэтических изданиях Московской областной организации Союза писателей России в качестве Генерального директора проекта. Воротнин входит также в редакционный совет газеты «Писатели Подмосковья». А ещё Юрий Воротнин называет себя «бумажным романтиком» – он собрал внушительную библиотеку, насчитывающую более 10-ти тысяч томов.
    И призвание строителя, и юдоль поэта устремлены в будущее, хотя корни их крепко держатся в быстротекущей современности. Какая из этих ипостасей главная, а какая второстепенная для Юрия Воротнина определить невозможно, да и не надо. Это равновеликие и неразделимые части цельной творческой личности, согревающей своим заботливым дыханием Родину малую и большую.

Живу, никому не мешая,
Но вдруг позову звонарей,
Чтоб Родина знала большая
О родине малой моей.

Пусть мощные воды в усердье
Несутся по руслу реки,
Но их глубину и бессмертье
Питают мои родники.

Заходится дух от просторов,
Блестят чернозёмом поля,
Но глина моих косогоров
Хоть глина, но тоже – земля.

И ставлю я, пусть запоздало,
Две свечки, душа за душой,
Во здравие родины малой,
Во славу и силу большой.

     Никакой выспренности, никакого надрыва и фальшивого пафоса, которыми часто грешат псевдопатриотические сочинители, – простые слова, незамысловатые интонации, а проникает сказанное прямо в душу, не нуждаясь в толкованиях и интерпретациях. Это и есть истинный, непоказной патриотизм, силу и искренность которого в современных поэтических залежах встретишь не так уж часто.
     В наше время, когда независимая литературная критика практически убита, большинство авторов не избалованы откликами на своё творчество. А Ю.И. Воротнин на невнимание жаловаться не имеет оснований. Среди его благожелательных критиков – и на поэтических ресурсах, и в соцсетях – отсутствия откликов не наблюдается. Есть ценители, имеющие отношение к литературному цеху, но в большинстве – это обычные читатели, затронутые за живое. И что же это, как не народное признание?! Вот несколько комментариев с портала «Стихи.ру».
    «Юрий, спасибо Вам за Ваше творчество, за талант, за природный дар писать так, что хочется читать ещё и ещё. Строки затронули потаённые струны души, всколыхнули столько чувств и эмоций. Так высказать и выразить свои мысли может только настоящий поэт. С уважением и наилучшими пожеланиями Валентина Иконникова».
    «Юрий, как же я люблю Ваши стихи, настоящие стихи... После каждого душа замирает, будто приноравливается жить по-иному, – высоко и чисто. Благодарю Вас за это чудо. С уважением, Евленья Виноградова».
     «Ну, удовольствие – не то слово. Нет у меня удовольствия – просто благодарность за то, что русская поэзия жива, и пардон за окуджавскую цитату: «Не оставляйте стараний, маэстро! Не убирайте ладони со лба!» Дай Вам Бог, Юрий, многая лета в добром здравии, и чтобы луч поэтической Благодати не оставил Вас! Ваша читательница и почитательница, Людмила Антипова»
    Ю.И. Воротнин много печатался в журналах «Поэзия. Двадцать первый век Новой эры», «Наш современник», «Молодая гвардия», «Сибирские огни», «Дети Ра», «Дальний Восток», «Алтай», в альманахе «Поэзия», в «Литературной газете», в Антологии одного стихотворения «Золотая строка Московии», в газетах «Поэтоград» и «Московия литературная».
    Член Союза писателей России Ю.И. Воротнин – кавалер Золотой Есенинской медали, лауреат премий имени Роберта Рождественского, имени Ярослава Смелякова, Литературной премии «Наследие» (Поэзия) за 2016 г.
    Творчество Юрия Воротнина необычайно многопланово. Есть в нём место и судьбоносным событиям российской истории.

Убежали из Рязани,
Укатили из Твери,
Вслед за нами, как цыгане,
Потянулись пустыри.

Мы сбежали из Смоленска,
Из Калуги и Орла,
Нас в чужое тягло с треском
Смута горькая впрягла.

Вольность тёмного разгула,
Обращая нас в рабов,
Своротила Туле дуло,
Загнала в леса Тамбов.

А увенчанный расстрига
С беглым чёртом за плечом
Откровенья в Божьих книгах
Правил масляным квачом.

В эти дни я жил и не жил,
Небо попусту коптил,
И слезился  глаз медвежий,
И за мной из тьмы следил.

И одно меня держало,
Всем законам вопреки,
Знал я – Минин на державу
Собирает медяки.

И сегодняшней реальности тоже посвящены доверительные поэтические строчки.

Дорога старая ямская,
Полынь, крапива и репей...
Всё глуше в сердце боль людская,
Всё ближе горе пустырей.

И страшно мне в местах бездонных
С совой когтистой на плечах
Смотреть в глаза домов бездомных,
Где стынет  изморозь в печах.

Или вот такие.

Под утро сдавит грудь,
Как будто ободами,
И не могу уснуть,
И сон избыть – беда мне.

Не то, чтоб ночь до дна
Не вычерпал к рассвету,
А просто явь темна,
И объясненья нету.

    Я пишу эти заметки не только потому, что к этому обязывает книга с автографом. И в творчестве Юрия Воротнина, безусловно заметного современного русского поэта, и в обстоятельствах его биографии многое мне близко.
    Я тоже в школьные годы экспромтом рассказывал друзьям байки собственного сочинения, объединяя в них реальное, вычитанное и придуманное, и они просили меня дорассказать, чем же всё закончилось. И я придумывал и придумывал продолжение.
    Тоже посылал первые стихи в «Пионерскую правду» и обижался, когда мне литсотрудник посоветовал больше читать стихов известных поэтов. Когда обида улеглась, понял, что именно таким и должен быть ответ, что в меня поверили, и стал читать стихи, увлёкся. И был несказанно рад, когда крошечный мой поэтический опыт впервые мелькнул в каком-то обзоре.
    Я тоже отмечаю День строителя, поскольку работал в студенческих стройотрядах, а потом много строил на собственном подворье, приобщив к этому сыновей. Они тоже считают себя строителями.
    И я со школьных лет интересовался историей, бывал призёром и победителем районных олимпиад, ездил на областную олимпиаду в Донецк.
   Думаю, что книга «Деревянная звезда», которую можно читать от корки до корки, как цельную поэму, может служить прекрасным пособием для растущих поэтов, ибо это настоящая поэзия незамутнённой родниковой свежести.
   Вот что говорит автор книги о своём творчестве, лишний раз подтверждая слова Андрея Вознесенского, приведённые выше: «Сложение стихов для меня –
Случайность». Приходят вдруг из ниоткуда одна-две фразы, которые потом начинают обрастать словами. Я никак не могу назвать себя профессиональным поэтом. И не могу сказать, что стихи для меня – хобби. Любовь – да, блаженство – да, мука – да, надежда – да, другая жизнь, не зависящая от меня – да».
     Начав свои рассуждения о книге Юрия Воротнина с авторского предисловия, полагаю, что завершить их логично будет послесловием из этой же книги.
    «В раннем детстве, едва начав осмысливать предметы и действия, я вдруг решил, что, когда вырасту, буду волшебником». Думаю, что это желание, пусть не совсем так, как предполагалось в детстве, но всё же сбылось. Юрий Иванович Воротнин – настоящий волшебник. Волшебник слова, и многочисленная общность ценителей поэтического творчества с нетерпением ожидает от него нового и нового волшебства.