Няня с зонтиком...

- Вы с ними или с нами?
- Я с детьми, сэр...

По приходу домой из детсада я включил телевизор. А там мистер Эй уже допел финальную песню, прохаживаясь с гитарой по Вишнёвой улице. Думал это начало, а оказалось, что конец. Было обидно, ведь когда кино покажут ещё раз, неизвестно. Впоследствии я видел этот фильм неоднократно и читал саму книгу. Таким оказалось моё первое знакомство с «Мэри Поппинс, до свидания».

Советская экранизация и сейчас выглядит самой удачной: ноль спецэффектов (если не считать меховую голову кота), отличные песни, полно примет современного общества: "дорогая, у меня стресс", адмирал, живущий в бункере, бунтарь-хиппи и светлая грусть в финале. Многими любимый мистер Эй в исполнении Лембита Ульфсака, поющий голосом Смеяна, чистый вымысел уже наших киношников, в книге под этим именем упоминается нерасторопный садовник.

Сценарист Владимир Валуцкий и режиссер Леонид Квинихидзе ввели его по нескольким причинам: Во-первых, в книге нет четкого единого сюжета, это сборник новелл, а для кино требовался конфликт. Мистер Эй стал антагонистом мисс Эндрю и «голосом свободы» Вишнёвой улицы. Во-вторых, фильм задумывался как мюзикл. Нужен был персонаж, который мог бы органично исполнять песни Максима Дунаевского.

После сиропного диснеевского варианта Памела десятилетиями блокировала любые экранизации. А в СССР железный занавес парадоксальным образом сработал, как защита. Советские кинематографисты получили то, чего не смогли их коллеги на Западе — свободу от автора.

Не всё было просто и с исполнительницей главной роли. Леонид Квинихидзе очень хотел на роль Мэри Поппинс Анастасию Вертинскую  и не без труда её пробил. Она  даже начала сниматься. Между сцен ей дали послушать музыку и песни (киномюзикл ведь). Она послушала и на глазах помрачнела:" - Это не то, что я ожидала..." А поскольку режиссёр считал музыку лучшим из того, что было на тот момент, то с Вертинской он попрощался без "Подумай". Так появилась Андрейченко, которая тоже очень хотела эту роль.

Смотрела ли Памела Трэверс впоследствии советскую «Мэри Поппинс, до свидания»? Она умерла в 1996 году, и в её биографии или письмах об этом нет никаких упоминаний. Но можно пофантазировать...

Черновик письма, найденный в папке «Pop.»:

Господа,
До моего сведения дошло, что в вашей стране была предпринята попытка перенести мою историю на экран. Я ожидала увидеть очередное нагромождение розовой ваты, которым меня когда-то до глубины души оскорбил мистер Дисней, но должна признать: ваша версия вызвала у меня противоречивые чувства.

Что я нахожу приемлемым:
• Ваша леди: Миссис Андрейченко — первая актриса, которая поняла, что Мэри Поппинс не должна постоянно улыбаться, как фарфоровая кукла. В её глазах я увидела необходимую дозу высокомерия и той «ледяной дисциплины», которую я вкладывала в героиню. Она выглядит так, будто знает тайны, которые простым смертным, никогда не постичь. Это похвально.
• Тень печали: Вы уловили, что Мэри Поппинс — это не только про волшебство. Ваша музыка (хотя местами неуместная) передает меланхолию прощания.
Что вызывает моё негодование:
• Мистер Эй: Кто этот молодой человек с гитарой, живущий в палатке? В моей книге не было места для подобных хиппующих элементов. Вишнёвый переулок — это место порядка (пусть и магического), а не хаоса и легкомыслия.
• Мисс Эндрю: Хотя воплощение этой фурии мужчиной (мистер Табаков) — ход дерзкий и почти в духе древних ритуалов переодевания, это всё же граничит с фарсом.
В заключение:
Вы не спрашивали моего разрешения, что само по себе является верхом грубости. Но, в отличие от американцев, вы хотя бы не превратили мою Мэри в поющую няню из кондитерской лавки. Она у вас получилась… опасной. И в этом есть крупица истины.
Оставляю это письмо в столе, ибо диалог с вами так же бесполезен, как попытка остановить восточный ветер.

П. Л. Трэверс

P.S. – Передайте, если сочтёте нужным, мой сдержанный, но искренний привет мистеру Заходеру. Надеюсь увидев ваш фильм, он не будет страдать так же сильно, как и я.