Три письма

Три письма.
Метамонах Ангелблазер,
остров Буян в царстве славного царя Салтана,
2026-02-07

Это не история. Это два письма в которых столько «мяса» жизни, что она кажется гораздо более реальной, чем любые философские трактаты. Это диалог двух душ, застрявших между «ля-минором» повседневности и «диезами» беспокойного духа. Переписка - шедевр экзистенциального пофигизма. Эта история — живая иллюстрация к нашему разговору об Ордене Чувственнного созерцания (http://proza.ru/2026/02/06/838) Наша жизнь сейчас — это борьба между ля-минором Александра и диезами Владимира. Но, может быть, именно этот «по*издизм» с другом сегодня утром и был тем самым «диезом», который помог дожить до половины девятого?

Александр:

«Трижды в день кормлю птиц - зима морозная, снежная.. Собачек, кота-обормота... Гуляю с ними. Конечно, в зависимости от обстоятельств, жизнь у каждого по-своему протекает. Когда ты жил в доме, гулял с Радой, ты мне был понятен. Сейчас... Может, это зима? О чем ты пишешь, зачем? Не понимаю я этого.. Не скажу, что это чушь какая-то, нет... Но в твою тональность, со множеством диезов, никак не встроюсь... Все модулирую в ля-минор, нарушая все правила той же модуляции, степени родства. Как сам, философ? Как спина?»

Владимир:

«Больна не спина, а жопа от долгого сидения за компом. Раньше Рада не давала засиживаться за своими идеями, требуя прогулок в тайге или вдоль океана. А теперь выбираюсь из дома только по принуждению своего храктера, сформированного в кадетке - иначе бы ишиас меня мортализировал бы. Сейчас чувствую себя лучше - лечение не проходит даром. Меньше сижу за компом. Но лежа с больной ногой просто заебался от негативных новостей - спасаюсь только сериалами... Думаю, что 21 февраля поеду казаковать в моей кибитке, сначала на празднование Масленицы с местными русскими аборигенами. В одиночестве часто приходят минорные мысли, но я их стараюсь загонять в диезы.

Мальчишки мои выросли - у них своя жизнь и свои проблемы, которые я разрешить не могу. Мои проблемы только дорога, дорога, извилистая дорога в старость, одиночество, хандру, похуизм и по****изм. По****изма не хватает - Платона или Марка Аврелия наших дней. Нахожу его (п***здизм) в написании коротких эссе - будто это теперь моя главная работа от скукоты и окончательного расстройства внутреннего пианино.

Сегодня проснулся в четыре утра. Сначала смотрел тупо новости, а потом побрёл в ванную комнату отмокать. Пролежал там два часа, также смотрел какой то сериал, облился ледяным душем, съёл овсяную кашу, которую заварил перед уходом в ванную. Сейчас половина девятого утра. Прочитал твоё письмо. Ответил. Думаю что делать дальше? Целый день впереди. И вся жизнь также впереди, потому, что сзади ничего не осталось, кроме памяти, которую также выборочно просматриваю как в старом кинотеатре только любимые фильмы.

Вот такие, брат, дела... Мне в этом году будет 64, а я столько уже прожил, что хватило бы и на 300 лет жизни. Спрашивается, нахуя всё это было?»

Александр молчит. Птицы клюют зерно. Кот спит. А я иду к океану, потому что прибрежная галька сегодня — мой единственный свидетель.

Если бы вы знали, как быстро Вас забудут люди после Вашей смерти, вы ни за что бы не прожили свою жизнь для довольства кого-либо, кроме Бога.

Постскриптум Александр догнал Владимира третьим письмом уже на берегу Хуан де Фука, оным мы и закончим...

«Братан, вот на *уя тебе истинное напряжение бытия? Может, хорош уже напрягаться, а не пора ли расслабиться? Перейди из до-мажора, в ля-минор... Модуляция 1й степени родства. И поменьше диезов - можешь плохо кончить. Тебе бы сейчас к нам в Тамбовскую деревеньку... Там ожил бы. А дети... Да на хера мы им ... Не чахни. Скоро весна и п*здуй-ка ты в леса... Не представляю свою жизнь сейчас в городе.

Как-то, остался ночевать в Самаре, у дочери... В рот того мента... Ё*аный Экибастуз... Сказал ей - « Я лучше 15 суток отсижу. Сверху бегают, снизу орут...» К себе приехал - РАЙ!!!  Летом зарядись, как следует, а зимой... Накатил полтишок и ... Нет никакого одиночества. Это хандра у тебя. Будь  здоров...»