Ксюша и Нюша

Однажды, много лет назад, в белоснежном северном июне, к нам приехала в гости моя подруга Наташа из Греции. В Греции было жарко, ослепительно и ароматно. Неспроста одноклассники называли мою подругу греческой смоковницей.
У нас шли дожди, шелестела черёмуха, графитовая краска туч перекликалась со свинцовыми волнами на заливе и выплескивалась в охру прибрежного балтийского песка. Главное - снега уже не было. Поэтому настроение изначально было приподнятое. Наташа привезла моей полуторагодовалой доченьке много подарков, среди которых больше всего тревожил огромный барабан и разноцветная погремушка, размером со средний арбуз. Но кое-что вызвало действительное, неподдельное и волнующее восхищение. Надо сказать, что я тогда была беременна снова, а потому чувствительность увеличивалась с каждым днём. Икс десять с утра, как сказали бы сейчас.
Итак, это была она! Мягкая, яркая, нежная кукла, ростом с моего ребёнка. Мы назвали её Нюшей. Бывает, имя многое объясняет. Это был как раз такой случай. В переводе - сладкая, приятная. К тому же, видевшая жаркое средиземноморское солнце, белоснежные храмы Салоников и, возможно, заросли кумквата. Любой бы превратился в Нюшу от такого начала.
Цикломеновые волосы можно было заплетать в косички, жёлтые башмачки резво выплясывали при всяком удобном случае то ли фрейлехс ( более известный, как семь сорок), то ли кадриль. Полосатые чулочки и озорная улыбка напоминали Пеппи, а задумчивые глаза - пуговки шептали :" Не расслабляйтесь, вы в городе трех Трезини и десяти Бенуа". Всё в ней было. С ней можно было прожить жизнь и встретить старость. ( Мы наивно полагали тогда, что до этого далеко).
Моя девочка была счастлива. Когда я прислонялась щекой к мягким пушистым волосам Ксюшечки, рядом непременно обнаруживались Нюшины хвостики. Яркие кофточки и платья я теперь покупала на двоих. Рост был одинаковый. Пришлось приобрести коляску, чтобы жёлтые ножки не испачкались на северных дорожках, а также шапку, платочки, одеяльце. Они были всегда вместе: Ксюша и Нюша. Ели, спали, гуляли, слушали песни в моём зажигательном исполнении. Соседи при этих концертах стучали в стену. А два чудесных зрителя были гораздо лояльнее. Я этим пользовалась.
Имя" Ксения " переводится, как странница. Это определённо повлияло и на судьбу Нюши. Она семь раз ездила с нами в Краснодарский край. Спала во многих гостевых домах на побережье: начиная от долины Сукко, заканчивая Нижнеимеретинской бухтой. Там тогда ещё не возвышался " Роза хутор ", лишь одинокие лодки рыбаков медленно раскачивались на зеленоватой воде. Но мы все любили эпичные картины и дали. Куда ж без далей.
Потом в этот мир пришёл ещё один важный человек: мальчик Савва.
Нюша оказалась старше. Её авторитет и положение были весьма прочными до того момента, пока братец вдруг не стал выше.
Когда через несколько лет мы купили дачу, то редкий летний день проходил без солнечных процедур на берегу озера в Сосново. Все трое очень любили загорать на берегу. Каждому я покупала леденец и сок...
Спустя 10 лет у ребят появилась ещё одна сестра. И моя Ксюшечка приняла волевое решение: Нюша должна переехать к маленькой девочке. Передать опыт любви, путешествий, праздников. Позаботиться, посмотреть, чтобы всё шло хорошо. Рассказать, как блестят в июле песчинки на Карельском перешейке, куда стремится по перекатам Вуокса, почему у барвинка возле храма Феодосия Кавказского четыре лепестка, и в каком дворе в Кучугурах самая вкусная черешня. Может, даже удастся вспомнить, где на Таманском полуострове закопан мамин белый тапок.
Теперь, когда я прихожу в жаркий день к тихим северным озёрам и слышу детский смех, мне кажется, что где-то у кромки воды сидят маленькие Ксюша, Нюша и Савва. Пьют яблочный сок и бросают гладкие камушки в воду.

Юлия Хаперская