Синий лис и Малыш Енот. Скандинавская сказка

В тех дремучих лесах, что стоят под свинцовым небом, где сосны носят снежные шубы, а воздух звенит от мороза, жил-был Малыш Енот. Не был он родом из этих суровых краев, но вырос здесь, среди хрустальных сосулек и тихого шепота хвои. Больше всего на свете он любил блестящие вещицы, что прятал в дупле старой ели.
Однажды Северное Сияние зажгло на небе свой немой хоровод, и старый Филин рассказал ему историю о Синей Лисе, духе лунного света на снегу.
— Говорят, тот, кто увидит её и не дрогнет сердцем, обретёт величайший клад — жемчужину из чистейшего льда, что не тает даже у самого жаркого очага.
Малыш Енот, охваченный жадным любопытством, в ночь полнолуния отправился на поиски. Он нашёл Лису на опушке. Она была прекрасна и пугающа, как сама зима.
— Чего ищешь, южный гость, в моих владениях? — голос её был тихим, как скольжение снежинок по льду.
— Я хочу твою ледяную жемчужину! — выпалил Енот.
— Сокровища не даются просто так. Что ты можешь предложить мне в обмен?
Енот вытряхнул перед ней все свои безделушки. Лиса грустно покачала головой.
— Ты принёс мне лишь отражения мира. У тебя нет ничего своего. Твоё сердце пусто, как ледяная пещера
Охваченный обидой, Малыш Енот бросился к Лисе, желая вырвать сокровище силой. Но в тот же миг Синяя Лиса исчезла, а на её место пришла ослепительная, колкая метель. Ветер бил его, снег слепил глаза. Он бежал, куда глядели глаза, пока не свалился в глубокий, тёмный овраг. Блестящие безделушки были потеряны. Он был один, замёрзший и напуганный.
И тут, среди рёва вьюги, он услышал слабый писк. Под корягой дрожал и замерзал птенец кардинала, его будущее алое оперение было тусклым и взъерошенным. Малыш Енот забыл о жемчужине, о своей обиде. Он забыл о себе. Вспомнив материнское тепло, он осторожно прижал птенца к своей груди, укрыл пушистым хвостом и стал согревать его своим дыханием. Всю долгую ночь он сидел так, отдавая своё тепло маленькой, чужой жизни.
На рассвете метель стихла. Птенец, согревшись, слабо клюнул его в щёку и взлетел на край оврага, пятнышком яркой надежды на фоне белого снега. И тогда Малыш Енот, усталый и печальный, опустил взгляд. Там, где он грел птенца, в следе от его лапы, лежал необычный предмет.
Это был цветок. Но не живой, а будто выточенный из самого света. Он был сделан из белого, молочного янтаря, прозрачного и тёплого на ощупь. В его сердцевине мягко пульсировал золотистый свет, словно туда заключили каплю самого первого утреннего солнца. Лепестки, тонкие и совершенные, казались сотканными из лунных лучей и инея, навеки остановленного в своём падении.
— Ты не получил то, что хотел, — раздался голос.
На краю оврага стояла Синяя Лиса. Теперь в её зелёных глазах не было насмешки.
— Но посмотри, что ты обрёл. Это Лунный Цветок. Он рождается не в земле, а в миге, когда чужое страдание становится важнее собственного. Янтарь — это слёзы древних сосен, застывшие на веки вечные. Белый янтарь — самый редкий. Это свет, пойманный и сохранённый. Ты отдал своё мимолётное тепло, а оно превратилось в вечный свет. Этот цветок никогда не увянет и не потускнеет. Он будет согревать тебя не жаром, а памятью о том, что в тебе живёт сила, способная растопить любой лёд.
Малыш Енот бережно поднял Лунный Цветок. Он был лёгким и излучал тихое, успокаивающее сияние, которого ему так не хватало в долгие ночи.
С тех пор в сумраке северного леса иногда можно увидеть тихий золотистый огонёк. Это Малыш Енот несёт своё сокровище — не для того, чтобы похвастаться, а чтобы освещать путь другим заблудившимся. А тому, кто, забыв о себе, поможет в беде, Синяя Лиса может оставить на опушке странный знак — золотую брошь из белого янтаря, чтобы напомнить: самое прочное и вечное чудо рождается не во льду жадности, а в тепле доброго сердца.