Дар Орла

(сочинение в семинарии)

В теологическом трактате выдающегося мистика-провидца М.Е. Салтыкова-Щедрина «Орел-меценат» раскрывается ряд животрепещущих и актуальных тем - отношения человека с Высшим и теодицея.  Будучи написан для мартовской книжки «Отечественных Записок» за 1884 год, трактат был изъят по цензурным соображениям, однако слово истины задушить нельзя – настало время ему прозвучать. В тексте мы видим, как автор последовательно раскрывает сакральные библейские Образы и символы, ведет страстный и напряженный, хотя и заочный, диалог с Господом.

«Поэты много об орлах в стихах пишут, и всегда с похвалой. И статьи у Орла красоты неописанной, и взгляд быстрый, и полет величественный. А иные даже наделяют Его сердце великодушием… Я сам очень долго этим панегирикам верил. Но однажды меня осенила мысль: С чего же, однако, Орел «простил» мышь? Бежала она по своему делу через дорогу, а он увидел, налетел, скомкал и… простил! Почему он «простил» мышь, а не мышь «простила» его? Во-первых, совсем не затем Орел мышей ловит, чтоб их прощать. Во-вторых, ежели и допустить, что Орел «простил» мышь, то, право, было бы гораздо лучше, если б Он совсем ей не интересовался».

Первое время автор увлекается и вдохновляется восторженными хвалебными речами прекраснодушных богословов – святых отцов. Однако он видит и реальность страдания, переполняющего этот мир. Как искренне ищущего человека, его одолевают сомнения о благости Творца и творения, которые много ценнее слепой догматической веры. К чему ведет встреча с Всевышним - лицом к Лицу? Где спасение? Начиная с гуманистических позиций, наш исследователь все глубже погружается в тайны и символы Писания.

«А живут орлы всегда в отчуждении, в неприступных местах, хлебосольством не занимаются, но разбойничают, а в свободное от разбоя время дремлют».

Откровение выводит за рамки двойственности добра и зла, - автор узнает о космогонических законах циклического развития мира. Он решает для себя проблемы трансцендентности и имманентности Б-га неведомого, узнает про периоды активного творения и паузы в нем - святые субботы. Далее идет развернутое описание священной истории.

«Выискался, однако ж, Орел, которому опостылело жить в отчуждении. Вот и говорит он однажды своей Орлице: Скучно сам-друг с глазу на глаз жить. И начал он задумываться. Думал-думал, да и решился».

Б-г, в образе Орла парящий над бездной – хтоническим хаосом, отдает часть своей силы, осуществляет великую жертву своего умаления, самоограничения – цимцум. Проходит совет с Софией-Премудростью в чертоге брачном, затем Он с ее помощью начинает миротворение и воспитание человечества – в очередной раз, из подручного кармического материала. В дело вступают и ангелы-помощники.

«Кликнул однажды ястреба, коршуна да сокола и говорит им: Соберите мне дворню, как в старину у помещиков бывало; она меня утешать будет, а я ее в страхе держать стану. Вот и все».

Нужны и главные действующие лица. Всевышний дает избранному Им еврейскому народу завет Торы на горе Синай - под угрозой раздавить его горой.

«Выслушали хищники этот приказ и полетели во все стороны. Закипело у них дело не на шутку. Прежде всего нагнали целую уйму ворон. Нагнали, записали в ревизские сказки и выдали окладные листы. Ворона — птица плодущая и на все согласная».

Судьи, цари и пророки мучают избранный народ множащимися установлениями Закона, грозят страшными карами, приводят их в исполнение – все для того, чтобы сплотить его ударами молота, сохранить и укрепить веру.

«Но не успели порядком дворовые штаты в действие ввести, как уже убедились, что есть в них какой-то пропуск. Думали-думали, что бы такое было, и наконец догадались: во всех дворнях полагаются науки и искусства, а у Орла нет ни тех, ни других. Три птицы, в особенности, считали этот пропуск для себя обидным: снегирь, дятел и соловей».

Три религии Авраама дают мощный импульс развитию человеческой культуры и науки, создавая видимость благополучия, но порой пренебрегая божественными указаниями, стремясь дополнить их ради людских интересов преданиями ученых мудрецов.

«Сокол и сова, принявшие на себя руководительство в просветительном деле, допустили большую ошибку: они задумали обучить грамоте самого Орла. Учили его по звуковому методу, легко и занятно, но, как ни бились, он и через год, вместо «Орел», подписывался «Арер», так что ни один солидный заимодавец векселей с такою подписью не принимал. Но еще большая ошибка заключалась в том, что, подобно всем вообще педагогам, ни сова, ни сокол не давали Орлу ни отдыха, ни срока. Каждоминутно следовала сова по его пятам, выкрикивая: «Бб… зз… хх…», а сокол тоже ежеминутно внушал, что без первых четырех правил арифметики награбленную добычу разделить нельзя. Орел не мог разрешить и молчал, но зло против сокола накоплялось в его сердце с каждым днем больше и больше.
Произошла натянутость отношений, которою поспешила воспользоваться интрига. Во главе заговора явился коршун и увлек за собой кукушку. Последняя стала нашептывать Орлице: «Изведут они кормильца нашего, заучат!», а Орлица начала Орла дразнить: «Ученый! ученый!», затем общими силами возбудили «дурные страсти» в ястребе».

Низы наносят небесам ответный удар. Предания человеческие замещают откровение, опутывают Б-га сетью людских установлений, каббалистическими конструкциями. На место небесной Премудрости становится земная церковь, которая пытается присвоить себе накопленные духовные богатства. А ведь они предназначены не для счастья людей – Он должен забрать их себе целиком для построения будущего мира после очередного перехода.

«Воротился с утренней охоты сокол. — Вот тебе задача, — сказал он, — награблено нынче за ночь два пуда дичины; ежели на две равные части эту добычу разделить, одну — тебе, другую — всем прочим челядинцам, — сколько на твою долю достанется? — Все, — отвечал Орел».

Религиозные вожди, много возомнившие о себе, ставят свои цели, создают новые учения, пытаются сделать Всевышнего ручным, предсказуемым, подчинить своей логике и воле. Так они обесценивают откровение св. Писания. Но все они просчитались: покончено и с совой, и с верным соколом -прекраснейшим, но падшим ангелом-денницей, пытавшимся вступиться за человечество. Пробуждается Гнев Б-жий. «Вот Я на вас – лжепророков и лжепастырей!»
…
«— Шабаш! — вдруг раздалось в вышине. Это крикнул Орел. Просвещение прекратило течение свое. История ускорила свое течение, чтоб положить конец этой сумятице. Произошло нечто необыкновенное. Увидев, что они остались без призора, вороны вдруг спохватились: «А что бишь на этот счет в Азбуке-копейке сказано?» И не успели порядком припомнить, как тут же инстинктивно снялись всем стадом с места и полетели».

Грядет космическая катастрофа – вначале лишь в духе, но физические последствия не заставят себя ждать. Происходит Сокрытие Лица. Случается ранее невиданное в мировой истории – люди остаются одни, без Б-га. Наступают глухие времена, когда есть лишь одна опора – ложные материалистические воззрения. Все внешние успехи – хоть покорение космоса – в отрыве от Высшего суть лишь иллюзия, путь в никуда. Близится Апокалипсис, всеобщее запустение. Небеса свернутся в свиток. Впрочем, пожелаем удачи и воронам – они сами построят себе дом, совьют гнезда в другом месте. Вдруг и найдут свободу и счастье в своем мирке.

«Дворня опустела. Остались Орел с Орлицею, и при них ястреб да коршун.
Тогда Он повернулся к Орлице и возгласил:
— Сие да послужит орлам уроком!
Но что означало в данном случае слово «урок»: то ли, что просвещение для орлов вредно, или то, что орлы для просвещения вредны, или, наконец, и то и другое вместе — об этом Он умолчал».

Важнейшие вопросы о верном духовном пути, роли религии в спасении и просветлении – автором поставлены, но не получили окончательного разрешения.