Страшный 1941 год

Истринское водохранилище

Вплоть до 18 века, река Истра, левый приток Москвы-реки, служила единственной транспортной артерией, соединявшей Волгу и Москву-реку в единый путь. Канал начали строить в 1825 году, когда стало необходимо обеспечить доставку камня с Волги для строительства храма Христа-Спасителя.  Предполагалось построить 36 шлюзов, из которых было построено только 13. Во многих местах русла реки Истры и реки  Сестры были спрямлены. Работы шли до строительства Николаевской железной дороги, а потом были приостановлены.
В советское время в 1932 году был составлен новый подобный проект о прокладке канала Москва- Волга. Одна из трасс проекта водно-транспортной артерии «Волга — Москва»  должна была пройти через Истру.

Позже канал стали строить в другом месте, поэтому  Истринское водохранилище  стали использовать для водоснабжения Москвы и регулировки стока воды из бассейна реки Истры в Москву-реку.
 
 Пока инженеры высчитывали оптимальный путь канала из Волги в Москву, строители начали возведение плотины в среднем течении реки Истра. Так в 1935 году около села Раково возник гидроузел, а вместе с ним и водохранилище площадью 33 кв. км.

Плотина у села Раково, построена в 1935 году силами заключённых Беломор -Балтийского лагеря ОГПУ и Дмитровского лагеря ОГПУ. 
Весной 1935 года плотина была готова к приему паводковых вод и началось заполнение Истринского водохранилища. Перед этим переселили несколько деревень, среди которых были: Горки, старое Алехново, Бережки, Гравцово, Нечаево, Кутузово, Пятница-Берендеево, Лопотово, Васильки. В 1936 году была пущена первая очередь гидросооружений.

Из воспоминаний старожила Истры Людмилы Ивановны Каралюнец: "В начале 30-х годов выше города начали строить Истринскую плотину, местная газета была переименована из "Воскресенских известий" в "Истринскую стройку". При строительстве стали сносить деревни, которым грозило затопление, их жители стали переселяться в город. Истра стала расти, в ней появились новые улицы - Рябкина, Шнырева, 25-летия Октября.
Возводили плотину заключенные, много было среди них украинцев: они были неважные работники, продразверстку не выполняли. Лагерь с деревянными бараками, в котором находились тысячи зэков, был в Бужарово (я в это время работала там в сберкассе и выдавала рабочим деньги). Часто заключенные убегали, тогда охрана НКВД начинала прочесывать окрестные леса (один раз я сама нарвалась в лесу на военных с оружием)».

В приказе НКВД № 256 от 5 ноября 1934 года читаем: «ЦК ВКП(б) и СНК СССР поручили НКВД наряду со строительством канала Москва Волга построить водохранилище на реке Истре. За 18 месяцев работы гидротехнический узел закончен и сдан в срок технической приемной комиссии МК ВКП(б) и Моссовета. Законченная Истринская плотина является первым значительным вкладом строительства «Москва Волга» в дело водоснабжения Москвы».

В том же приказе есть и другие сведения: «307 лучших каналоармейцев  Истринского строительства были освобождены из заключения, 1817 заключённым срок был сокращён на 2-3 года, 2822 заключённым - на 1-2 года, 4273 заключённым - на полгода-год».
Истринское  водохранилище считается самым зеленым по сравнению с остальными. Лесопосадки 30-метровой ширины по периметру всего водохранилища это тоже дело рук заключенных, которые еще около двух лет после завершения строительства сажали на берегах деревья.

С 1937 года по настоящее время гидротехнический узел находится в постоянной эксплуатации. Он включает в себя земляную плотину, донный водоспуск, поверхностный водосброс, гидростанцию. Протяженность водохранилища 25 км, длина плотины по гребню 487 м, максимальная высота 25 м».

Только-только   построили канал «Москва- Волга» и  отгремели  победные марши, как  началась  Великая Отечественная война.
В конце 1941 года ситуация на фронте стала критической. Гитлеровцы рвались к Москве, рассчитывая на скорую победу. В ноябре вражеское кольцо начало сжиматься. Наступление разворачивалось сразу по трем направлениям: с севера – на города Клин и Дмитров; с юга – на Каширу и Серпухов; в центре этих «клещей» оказался Волоколамск. На западе были взяты Можайск, Наро-Фоминск, Малоярославец.

Несмотря на героическое сопротивление Красной армии, Москва практически оказалась в окружении. Началась эвакуация правительства в Куйбышев (Самару). Обсуждался вопрос об отъезде из осажденной столицы И. В. Сталина. Ситуация осложнялась и тем, что на помощь гитлеровцам с северо-запада направлялись танковые и пехотные части 52 армии вермахта. Сильные морозы сковали подмосковные реки, и казалось, что продвижению немецкой бронетехники уже ничто не помешает. Но это наступление захлебнулось.

Известный историк Искандер Кузеев в статье «Потоп московский», которая была опубликована в газете «Совершенно секретно» 29 июля 2008 года, написал о секретной операции, позволившей остановить войска вермахта, двигавшиеся на столицу с северо-запада.
Верховный главнокомандующий приказал сбросить воду с Иваньковского и Истринского водохранилищ. Причем об этой секретной операции население не было оповещено, так что многие жители сел, находившихся на берегах Истры, Яхромы и Сестры, погибли.
Потоки воды из Истринского водохранилища, смывшие не только наступавшие танки и пехоту 52-й армии вермахта, но и многочисленные деревни вдоль реки Истры. На бревнышки разлетались хрупкие крестьянские избушки, унося с потоком стариков, женщин и младенцев. Разлетались в щепки рабочие бараки в Павловской Слободе. Чудом уцелевшие домики оказались затопленными водой с густой ледяной крошкой и осколками больших льдин.

Подробности остались лишь в единственном секретном издании «Разгром немецких войск под Москвой» под общей редакцией маршала Шапошникова, подготовленного Генштабом Красной армии и выпущенный Воениздатом НКО СССР в 1943 году. Под грифом «для служебного пользования» это издание пролежало в архивах Министерства обороны до 2006 года.

Маршал Шапошников пишет: «24 ноября немцы вплотную подошли к рубежу Истринское водохранилище - река Истра. С приближением немцев к этому рубежу водоспуски плотины имени Куйбышева Истринского водохранилища были взорваны (по окончании переправы наших войск), в результате чего образовался водяной поток высотой до 2,5 м на протяжении до 50 км к югу от водохранилища. Этот поток смыл танки и пехоту 52-й немецкой армии.  Это произошло 24 ноября 1941 года.  Попытки немцев закрыть водоспуски успехом не увенчались».  Их наступление остановилось.

Воспоминания Людмилы Малявиной, жительницы деревни Бабенки (сведений об этой деревне  нигде  нет) из статьи «Водяной щит Кремля», А. Добровольский. «МК».
«Вдруг послышался какой-то непонятный гул. Гляжу — а по Истре волна идет, высоченная... Лед на реке ломает, деревья на своем пути выдирает с корнем и тащит вниз... Как до деревни дошла, тут и началось! Хорошо, наш дом повыше стоял, а те, что ближе к берегу, враз затопило, ломать начало — только бревна трещат. Из людей кто-то смог зацепиться за надежную опору, кто-то успел в сторону убежать, но некоторых вода с собой забрала. Нашлись потом несколько человек — сумели выбраться из потока ниже по течению, где вода по луговине растекаться начала, но были и утонувшие. Человек пять наших деревенских сгинуло бесследно в этом потопе...».

В январе 1942 года начались восстановительные работы. В основном работали женщины и молодежь. Москве нужна была вода, и люди понимали это, потому трудились по полторы-две смены, без выходных. Орудиями производства служили тачки, носилки, кирка, лопата. Турбину и другие агрегаты перед приходом фашистов работники Гидроузла спрятали в лесу. За дело взялись специалисты высокого класса, поэтому оборудование удалось быстро установить ввести в эксплуатацию. Свет с гидроэлектростанции начали подавать в Истру на хлебопекарню и на другие важные предприятия, а также в Бужарово, Алехново. К весне 1943 года Истринское водохранилище было подготовлено к приему паводковых вод. За возрождение плотины истринцы были отмечены государственными наградами.

Вода из Истринского водохранилища используется для водоснабжения Москвы. По словам генерального директора ГУП "Мосводоканал", водохранилище содержит стратегический запас воды (183 млн. куб. метров) для Москвы и МО, которая отличается отменным качеством.

Дмитров и Яхрома

Годы войны стали суровым испытанием и для самого гигантского сооружения, и для москвичей, которые продолжали эксплуатировать канал и защищать его.
Поначалу война казалась Дмитровчанам чем-то далеким. Потом началась эвакуация предприятий учреждений, а на улицах города появились патрули истребительного батальона. Население рыло оборонительные сооружения, а над Дмитровом уже кружили немецкие самолеты. Плывущие по каналу баржи они не бомбили: канал фашисты берегли, хотели затопить Москву. Враг был близко, частей Красной армии, идущих на встречу врагу, не было, но канал продолжал работать.

Речным транспортом перевозились военная техника, снаряжение и топливо, эвакуировались население и предприятия. При этом персонал канала оставался преимущественно женским, так как большинство мужчин ушло на фронт. Фашисты приближались к Москве, и уже было принято страшное решение - взорвать все шлюзы на канале Москва-Волга, чтобы врагу ничего не досталось.
Шлюзы подготовили к взрыву, однако оставшиеся специалисты утверждали, что еще можно успеть сделать так, чтобы враг не мог воспользоваться шлюзами. Для этого часть оборудования было необходимо демонтировать и отправить в тыл.

В 20-х числах ноября 1941 года  гитлеровцы начали переправляться по льду Иваньковского водохранилища, направляясь на Большую Волгу.
Командующий Западным фронтом Г. К. Жуков приказал срочно нарушить прочность ледовых дорог на водохранилище. За проведение этой операции отвечали начальник Иваньковской ГЭС Г. Федоров и А. Ярустовский.
 «Мы быстро сбросили воду через Иваньковскую плотину, - вспоминает А. Ярустовский, - уровень воды понизился на 2 метра, лед стал оседать и трескаться. Фашисты были вынуждены прекратить переправу и искать обходные пути».

23 ноября немцы уже наступали на Клин, Рогачево и Дмитров. И тогда Г. К. Жуков отдал распоряжение приступить к затоплению поймы Сестры и долины Яхромы.
Поскольку около Волги Сестра течет под каналом, в этом месте были открыты донные отверстия, и вода из Иваньковского водохранилища пошла вниз в реку Сестру. Уровень воды стал быстро подниматься.  Затем на канале открыли водосброс. К утру 24 ноября вода стала выходить из берегов.  Через три дня вода поднялась на 6 метров и затопила обширную долину.

26 ноября приступили к затоплению поймы Яхромы. Для увеличения сброса воды в реку на трех шлюзах дополнительно включили насосные станции, и вода из Икшинского водохранилища стала поступать в Яхрому. Уровень воды в реке поднялся до 3,5 метра, под водой оказалась долины Сестры и Яхромы от города Яхрома до Иваньковского водохранилища, протяженностью более 60 километров. Образовался гигантский ров, форсировать который было невозможно: танки проваливались под лед, под которым не было воды.
Встретив на своем пути неожиданную непреодолимую преграду, части немецко-фашистской армии были вынуждены отступить.
28 ноября  враг переодел своих солдат в красноармейскую форму, с их помощью снял часовых на мосту в Яхроме, и немногочисленному подразделению противника удалось прорваться за канал.
Тяжелая техника двинулась в сторону Дмитрова. Оказавшийся на станции бронепоезд, это устаревшее чудо гражданской войны, сумел задержать захватчиков и не допустить их в Дмитров. 
В телефонном разговоре с командующим Первой ударной армии В. Кузнецовым Верховный Главнокомандующий И. Сталин потребовал "отбросить захватчиков за канал". И тогда присланные в Дмитров "Катюши" дали залп по расположению врага. В тот же день командарм Василий Кузнецов отдал приказ перейти в наступление, но сил еще не хватало, и красноармейцы отошли. Немцы успокоились, а наутро, дождавшись подкрепления, наши части начали новую атаку. Немцев заставили отступить...»

Стало очевидно, что нужно как можно быстрее разрушить мосты через канал. В тот же день наши саперы подорвали двухпутный железнодорожный мост между станциями Яхрома и Турист, затем были взорваны Рогачевский и Яхромский мосты. После взрывов обломки всех мостов упали в канал, перегородив его в трех местах. К 1 декабря все работы по перекрытию канала и рек были завершены.
Нескольких дней, выигранных советским командованием за счет использования водных рубежей канала и рек, оказалось достаточно, чтобы войска 1-й ударной армии перешли в наступление.

Краевед Игорь Кувырков в статье «"Яхромский ключ" полковника Савелова», опубликованной на портале, посвященном каналу имени Москвы, привел воспоминания непосредственного участника тех событий, предоставленные его внуком.

Федор Михайлович Савелов был полковником инженерных войск Западного фронта. Он написал: «Громадная лавина воды — около двух млн м3, — подняв лед, затопила пойму рек Яхромы и Сестры площадью около 300 га. Образовалось искусственное море. Создалась непроходимая преграда для танков и мотопехоты. Гитлеровцы не ожидали таких препятствий. Затопление местности произвело на них большое моральное воздействие. Командование гитлеровцев не представляло себе, на сколько будет поднят уровень разлившихся вод. Наступление фашистских войск было приостановлено».
Чтобы гитлеровцы ничего не заподозрили, операция была подготовлена и осуществлена в режиме глубокой секретности. Жителей окрестных сел никто не предупредил и многие из них погибли.

В декабре 1941 года начался разгром немцев под Москвой, а уже в январе 42-го начали восстанавливать все гидротехнические сооружения на канале, чтобы успеть  к началу навигации. Нужно было расчистить канал от обломков разрушенных мостов, снарядов и военной техники. Для того чтобы восстановить шлюзы, необходимо было разыскать эвакуированное в тыл оборудование. В неразберихе и спешке эшелоны направляли «просто на восток», но никто точно не знал, куда именно и какой груз был отправлен. И где-то под Свердловском на заснеженном полустанке были обнаружены брошенные ящики с тем самым гидротехническим оборудованием.

Сегодня в это трудно поверить, но канал и шлюзы были восстановлены за считанные месяцы. Как и в мирное время, первый пароход в 1942 году пошел по каналу Москва - Волга 6 мая. И это тоже было частью великой Победы.

В 1966 году к 25-летию победы под Москвой на Перемиловской высоте у Яхромы создан памятный ансамбль в честь героических воинов 1-й ударной армии.
 С вершины Перемиловской высоты видны шоссе, канал, мост, городские улицы. Наименование высоты это место получило осенью 41-го.  Здесь  после  ожесточенных боев  воины 1-й ударной армии генерала В. И. Кузнецова, не дожидаясь подхода всех своих частей, 2 декабря отбросили фашистов за канал и атаковали их с юга. Об этом напоминает бронзовый солдат с автоматом в руке. Вперед! На запад!

Бронзовую фигуру отливали в Ленинграде, на Заводе монументальной скульптуры, барельефы изготавливали в Мытищах, гранит поставила Украина. Фигура прибыла в разобранном виде, и ее монтировали на месте. Техника с трудом пробиралась по косогору. Были сомнения: не опрокинется ли фигура? Но аэродинамические испытания подтвердили: ветру с бойцом бороться бесполезно.

Выполняя просьбу Дмитровчан, поэт Роберт Рождественский написал строки, которые теперь высечены на граните:
От этого порога
В лавине дыма, крови и невзгод
Здесь в сорок первом началась дорога
 В победоносный
 Сорок пятый год.


Химкинская плотина

Искандер Кузеев вместе с другими историками считает, что подобная участь могла постигнуть и москвичей. Исследователь утверждает, что в случае провала обороны столицы И. В. Сталин и ставка верховного главнокомандующего эвакуировались бы в Самару. После чего сотрудники НКВД должны были взорвать плотину на Химкинском водохранилище.

Это был бы самый крайний случай. Но плотину во время войны необходимо   было спрятать от бомб, как самую большую и самую уязвимую из столичных плотин. Чтобы дезориентировать врага, на самой плотине были поставлены избы; некоторое количество изб на плотах было спущено на воду (затем плоты вмерзли в лед). В сумме эти действия исказили очертания водохранилища, что сказалось на точности бомбометания – и плотина выстояла, как и остальные.
Если бы не наши маскировщики и зенитчики,  то при попадании бомб противника на плотину, столицу затопило бы полностью. Поскольку уровень Химкинского водохранилища в 1941 году составлял 162 метра, а уровень Москвы-реки — около 120 метров, то сорокаметровый вал ледяной воды смел бы на своем пути практически все строения, в том числе и Кремль.

Бывший инженер ФГУП «Канал имени Москвы» Валентин Барковский написал сборник документальных рассказов «Тайны Москва-Волгостроя» (Москва, 2007 год издания), в котором упомянул о роли канала при обороне столицы.
 Автор сообщил читателям: «Когда в восьмидесятые годы разбирали старый мост на Дмитровском шоссе, в его основании нашли десятки тонн взрывчатки, пролежавшей в насыпи еще с войны».  В.С. Барковский предположил, что и в насыпи Химкинской плотины с 1941 года находится не меньше взрывоопасных веществ.

Как бы не страшны эти новости, но каналы Дмитровский и Истринский в трудные дни смогли остановить наступление фашистов на столицу.
Победа в той войне досталась нам очень дорогой ценой, и мы должны приложить все силы и знания, чтобы погибшие деды, отцы, их дети знали, что они не зря отдали свои жизни за мирное небо над нашей страной.