Какая же свадьба без драки?! Хроника следствия. 11

       26 июня 1865 года заседатель, наконец, получил отзыв Диякона Щебуткина и другие не менее важные документы к делу.  Сотник Гр. Камышан призадумался над определением: Диа;кон (греч.) – служитель, первая степень священнослужителя в Церкви, роль помощников при совершении богослужения епископами и священниками стала их главной и основной функцией.

      Следователь начал читать отзыв Щебуткина: «На запросные пункты, изложенные в отзыве от 23-го сего июня за № 398 имею честь отозваться:
     В подтверждение личных моих выражений, высказанных в присутствии Г. Следователя - заседателя Камышана и депутата, Священника Василия Мирошниченка, относительно того, что дело имеет производиться престрастно к стороне урядника Стрихи, подтверждают следующие факты:
         1-е. Расследование дела началось производится в отсутствие мое.
         2-е. Некоторые женщины из приводимых к присяге, как - то вдовы казачки: Васса Безрукавая и Ульяна Шабельникова, были пьяны; в этом меня удостоверял мещанин Федор Тытенко и жена его Анна, казачка Милания Грызунова и вдова казачка Улиана Шабельникова. Сия последняя удостоверяла своим сознанием.
        В -третьих,  с пьяной вдовы казачки Шабельниковой снят был допрос;
        В - четвертых, напились до пьяна и пели песни означенные казачки - женщины /свидетели/ в квартире Г. следователя и депутата, почти при постоянном присутствии притом ответчика урядника Стрихи, в каковой компании между прочим отчасти принимали участие и Г.г. следователь и депутат, как говорит Шабельникова.
        в-пятых, что допросы от свидетелей отбирались не в тот день, когда была принята ими присяга, что воспрещают законы
        и наконец, в - шестых, что когда пономарь Покотилов, явившись к следователю подал на бумаге свое показание, написанное под влиянием данной клятвы, то он собственноручно перемарал и переписал, как заключает для того, чтобы кое - что выбросить и кое - что прибавить свое.  В этом сознался, высказывая претензию Роман Покотилов.
                Относительно 1, 2 и 3 пунктов имею честь пояснить:
                1. 18 января сего года в дом ейского мещанина Федора Тытенка пришел потому, что он, Тытенко, купил у меня несколько пудов сухарей и деньги за оные не отдавал, так я пришел за получением денег.  Время получения денег назначено было самым Тытенком.
  Еще одною побуждающею причиною посещения дома мещанина было и то, что Федор Тытенко просил у меня лишней лошади на поездку ему с 19 января в Черный Ерок. Я  так же 19 числа, с позволения местных священников собрался ехать за Протоку к зимовавшемуся там у меня скоту. Пришел спросить его: возьмет ли он просимую лошадь, в противном случае я намеревался отвести ее за Протоку.
     В доме Тытенка в то время были пономарь Роман Покотилов с женою его Ефросиньею, самого же хозяина не было дома, за которым жена Анна Захаровна не замедлила послать. Вскоре за  сим пришел Тытенко, приходят после и его гости, и в числе которых пришел и урядник Стриха. Я был прежде прихода гостей упрошен напиться вместе чаю, на что я, не предполагая никаких худых последствий, и даже не предвидя прихода компании гостей, согласился.
      Как по приходе лег, и для чего лег урядник Стриха в углу той же комнаты, я не заметил. Только придавать этому поступку вид уклонения от излишнего употребления хмельных напитков, как это выражено в 1-м пункте, неестественно;  потому что если бы он, Стриха, уклонялся от излишнего употребления водки, то он мог бы и не прийти в дом мещанина Тытенка; да при том, в доме Тытенка не было неотступной навязчивости употреблять хмельные напитки, что было замечено со многими лицами, воздерживавшими себя от излишества употребления напитков. Всего сообразнее предать сему поступку вид невежества, особенной надменности и призрения ко всей компании.
      По чувству, по всей вероятности, не приличного положения Стрихи, Милания Грызунова первоначально обрызгала его водою, с тем намерением может быть, чтобы заставить его встать; но как он после этого не встал, то она обратилась к нам, не послушает ли он меня и Покотилова. Я  сконфуженный этим наглым поступком урядника Стрихи, в то время еще бывшего станичного Атамана, тем более, что в компании находились лица и благородные, и понимающие правила вежливости, вознамерился кротко и смиренно вывести его из этого неприличного положения.
      Собираясь же исполнить свое безукоризненное намерение, как некоторые личности шутки ли , или для того, чтобы он и без моего увещевания встал, подают в мелкой тарелке немного воды и маленький одежный  веничек, но ни как ни такой веник, которым комнату подметают, как выражается Стриха. Подходя же к указанному месту, где лежал Стриха и, не имея в душе намерения обрызгать его, я вежливо и совершенно шутя, сказал ему, чтобы в большее побуждение встать: «Федор Захарович, вставайте, а то обрызгаем Вас водою».
       После этих слов он размахнулся палкою, выбил из рук пономаря Покотилова свечу и этим размахом палки захватывает меня по боку. Совершенно дружелюбно, во вразумление его, заметив ему и после того, к чему он такие глупости допускает, он на замечание мое отвечает ударами палки по лицу и голове.
      Видя же звериное обхождение со мною, я, для прекращения дальнейших побоев, вырвал из рук его палку. После чего он, схватив меня одною рукою за бороду, а другою за волосы, повергает меня на постель и здесь насев на меня, начал мне поворачивать голову противоестественному ее состоянию.
       Вообще бесчеловечие Стрихи в нанесении мне неприятностей не имело границ, как это впоследствии сам же Стриха высказал при судье Макаре Колесникове и вдовой сотничке Марии Чернобривцевой и города Ейска мещанке Ирине Тытенковой. Он, Стриха, прося у меня прощения за причиненную мне обиду, между прочим высказал, что если бы в то время при нем был кинжал или пистолет, то непременно бы заколол или застрелил бы меня.
2. Что урядник Стриха начал первоначально бить меня палкою, это видел пономарь Роман Покотилов, мещанин Федор Тытенко и работница его Ефросинья Кравченкова, темрюкская мещанка Анна Ковалева, вдова священника жена Екатерина Матлишевская, кроме того видели и последствия побоев, как все в то время находившиеся гости, так и судья урядник Колесников.
   Волосы же вырванные из бороды, урядник Стриха, как уверяли работница Тытенкова, сам Тытенко и мещанка Ковалева, спрятал в свой карман.
          3. Брал меня и мещанина Тытенка по повелению станичного Атамана урядника Стрихи, в холодную станичный судья урядник Макар Колесник с дежурными казаками, имена и прозвания которых мне неизвестны, равным образом мне неизвестны и фамилии тех казаков, которые держали караул.
1865 года июня 26 дня.
 К сему отзыву станицы Новотитаровской диакон Дионисий Щебуткин подписался".
№ 4. 26 июня 1865 г.
                (Продолжение следует).