Когда-то я его вёз

Когда ему было семь, мир держался на простых вещах: на летнем солнце, на обещании купить мороженое и на дедовом велосипеде.

Велосипед был крепкий, ухоженный, послушный — такой, на котором не думаешь о механике, просто едешь. Чёрная рама, удобный руль, всё подтянуто, всё по-хозяйски. Дед не любил, когда что-то «на авось» — ни в дороге, ни в жизни.

Внук устраивался впереди, на раме, серьёзный, как штурман. Держался за руль обеими руками и смотрел только вперёд. Ему доверяли направление — и от этого внутри разливалась важность, почти взрослая.

— Ну что, поехали, водитель? — спрашивал дед.
— Поехали! — отвечал он без колебаний.

Ехали не быстро — зато с разговорами. Про облака, которые никуда не падают. Про людей, которые иногда ошибаются и всё равно живут дальше. Про то, почему собака — это не просто собака, а член команды. Дед никогда не отмахивался — отвечал всерьёз, будто перед ним не ребёнок, а просто человек поменьше ростом.

Иногда они останавливались без причины. Просто постоять минуту.

— Это называется не спешить, — говорил дед. — Полезное умение. Потом пригодится.

И правда — в те минуты ничего не происходило, но почему-то именно они и запоминались.

Мальчик был уверен, что так будет всегда: дорога, руль, спокойный голос за спиной и чувство, что тебя держат — даже когда не держат руками.

Прошли годы — быстро, как умеет только время, когда за ним не следишь.

Теперь внук сам за рулём — уже автомобиля. Дед сидит рядом, смотрит вперёд и по старой привычке подсказывает:

— Мягче… вот так. Хорошо идёшь.

Улицы вроде те же, но будто стали короче. Деревья выше. Дома свежее. А ощущение маршрута — знакомое до мелочей.

— Помнишь, как мы на велосипеде ездили? — спрашивает дед.
— Конечно. Лучший транспорт был.
— Я тебя тогда вёз.
— Не совсем, — улыбается внук. — Мы просто ехали вместе.

И в этом, оказывается, вся правда.
Не кто кого вёз — а кто был рядом.
И продолжает быть.

Маршруты меняются.
Экипаж — остаётся.