Крот

Юрий Захаренко - http://proza.ru/avtor/zaharenckoyury

Секретики, это одно из чудес детства. Это и ощущение тайны, и картинная галерея в одном лице.
Наташка возле клубничной грядки выкопала неглубокую аккуратную ямочку. Дно выстелила заботливо выглаженным золотцем (фольгой, которую добывают из шоколадок), сверху живописно разложила несколько разноцветных стёклышек (из разбитого калейдоскопа) и цветочков садовой фиалки. Все это накрыла куском стекла и стала любоваться.
Получилось очень здорово: золотистая фольга поблёскивала в лучах заходящего солнца, освещая цветочки и стёклышки в таинственном полумраке ямочки. Наташке очень захотелось позвать друзей, чтобы и они оценили её произведение искусства. Но...
– Наташка! Юрка! – донёсся до неё голос бабушки.
Девочка присыпала ямку землёй, сделала аккуратный холмик, воткнула в него веточку и побежала ужинать.
А уже утром, она привела к заветному месту брата и домового Иннокентия.
С загадочным видом Наташка расчистила землю и торжественно указала пальчиком:
– Вот!
Домовой и Юрка склонились над ямкой и несколько секунд разглядывали то, что находилось внутри. Потом Иннокентий хмыкнул и спросил:
– Что вот?
– Секретик! – Наташка мило улыбнулась. – Правда красиво?
Юрка смущённо отвёл взгляд. А домовой уселся прямо на траву и достал из кармана трубку.
– Видишь ли, малышка, – Иннокентий выдохнул облако пахнущего яблоками дыма. – Если считать красивым квадрат Малевича, тогда да, твой секретик - выше всяческих похвал. Но я очень сдержанно отношусь к авангарду.
– Что? – Наташка от изумления открыла рот.
– Нет там ничего, – домовой не мигая смотрел на девочку.
– Юрка? – та перевела взгляд на брата.
Тот лишь молча кивнул.
Наташка подошла к секретику и заглянула внутрь. Увиденное привело её в ужас: на дне ямки, под стеклом не было ничего. Абсолютно ничего – исчезли разноцветные стёклышки, цветочки фиалки, исчезла сама фольга. Была лишь зияющая тёмная дыра, ведущая в глубокие недра.
На глазах у девочки появились слёзы, губы задрожали – она вот-вот была готова разреветься.
Юрка обнял сестрёнку.
– Ничего страшного, – начал утешать он. – Подумаешь, секретик пропал. Новый сделаем.
– Тебе легко говорить, – голос у Наташки дрожал. – А я... Вчера... Весь вечер...
– Не реви! – подал голос Иннокентий. – В дело вступает знаменитый сыщик – мистер Кешлок Домс. И его верный помощник, – домовой перевёл взгляд на Юрку. – Доктор Юрсон.
На днях, по центральному телевидению показывали художественный фильм «Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона». И теперь неугомонный Иннокентий во всем подражал знаменитому сыщику.
Под взглядами изумлённых детей, мистер Домс, придал своей мухоморчатой шапочке вид кепи с двумя козырьками, сунул в зубы трубку и достал из кармана лупу вдвое больше его самого. Затем с умным видом, разглядывая землю в увеличительное стекло, обошёл бывший секретик, заглянул внутрь, потянул крючковатым носом воздух и важно изрёк:
– Всё понятно. Совершено ужасное злодеяние – кража со взломом. И совершил её крот.
– Скажите пожалуйста, Домс, а откуда вы узнали? – Юрка оправился от изумления.
– Это элементарно, Юрсон, – прохрипел домовой, подражая голосу Василия Ливанова. – Под секретиком дыра. А дыра есть нора. И выкопать её мог только крот.
– Гениально, Кешлок, – воскликнул Юрка.
Домовой покосился на него ожидая подвоха, но ничего не заметил: в глазах детворы светилось искреннее восхищение.
– Нам нужно схватить преступника, – Кешлок многозначительно поднял палец. – Все в нору!
Дети с сомнением посмотрели на узкое отверстие в земле.
– Но мы туда не влезем, уважаемый Домс, – Наташка убрала стекло прикрывающее дыру и попыталась просунуть туда руку.
– Нет ничего проще, – домовой махнул рукой и произнёс. – Типати-тапити-ых!
В тот же миг дети стали уменьшаться в размерах и скоро стали маленькими – ростом с мышонка.
– Ух ты! – воскликнула Наташка с интересом разглядывая ставшие такими огромными листья клубники.
– Здорово! – завопил Юрка, уклоняясь от летящей прямо на него бабочки.
– Чего встали? За мной! – скомандовал Кешлок Домс, и первый сиганул в нору. Дети последовали за ним не раздумывая. Они не ушиблись: нора была не очень глубока, а они были маленькими и совсем невесомыми.
От отвесной норы шёл широкий коридор. Вопреки опасениям Наташки, он не был темным: повсюду со стен и потолка тоненькими ниточками свисали светящиеся корни. Было на удивление сухо и тепло, лёгкий сквознячок гулял под сводами коридора.
Группа сыщиков во главе с Кешлоком Домсом, шагающим с лупой наперевес, не спеша продвигалась вперёд.
Внезапно Домс остановился и поднял руку.
– Вот он. Злодей! – великий сыщик указал пальцем в тёмное ответвление коридора. И заорал что было мочи. – Именем закона! Крот, выходи! Ты арестован!
Эхо несколько раз повторило его слова под высокими сводами.
Из темноты вылез маленький чёрный зверёк.
– Не кричите, пожалуйста, – чуть шепелявя сказал он. – Я вас хорошо слышу.
Крот подслеповато щурился и шевелил длинным розовым носиком.
– Вы, наверное, пришли за своими вещами? Не беспокойтесь, все в целости и сохранности, – он лапкой с огромными когтями указал в сторону лаза.
– Ага! Вот и улики! – Кешлок Домс торжествующе потёр руки. – Состав преступления налицо: и вещественные доказательства, и подозреваемый сознался.
– Преступления? – от удивления у крота задёргался кончик носа. – Вы, наверное, ошиблись…
Кешлок не дал ему договорить, он выдохнул тонкую струйку дыма в мордочку зверушки.
– Вы имеете право хранить молчание, – начал он.
Но в этот момент вперёд выступила Наташка.
– Погоди, Кеша! – сказала она. – Давай его выслушаем.
– Чудесно! – воскликнул домовой. – Но учтите, все сказанное может быть использовано против вас в суде.
– Кеша, – Наташка укоризненно посмотрела на Иннокентия. – Дай же ему сказать. Ты, что не видишь – он и так напуган.
Девочка повернулась к кроту:
– Говорите. Мы вас внимательно слушаем.
Домовой пробурчал, что-то себе под нос, однако спорить с Наташкой не стал.
Крот подслеповато посмотрел на девочку, пошевелил носом и благодарно кивнул.
– Видите-ли, уважаемая Наташка, почтенный Кеша и юноша, не имею чести знать, как вас величают.
– Юрка.
– И достопочтимый Юрка, – крот по очереди поклонился им. – Произошло досадное недоразумение.
– Недоразумение!? – воскликнул Иннокентий.
– Кеша, – Наташка нахмурила бровки.
– Все. Молчу-молчу, – домовой прижал палец к губам.
Крот немного помолчал, собираясь с мыслями, а затем продолжил:
– Гуляя вчера ночью по свежему воздуху, я обнаружил удивительную вещь: прямо над моей южной галереей образовалась красивейшая картина. Чудные цветы, разноцветные звёзды, и все это в обрамлении золотого сияния, – он причмокнул от удовольствия. – Вначале я подумал, что это Мать-природа сотворила такое чудо. Но присмотревшись, понял – это дело рук человеческих. Я долго, как мог, любовался этим творением. Но очень скоро стало светать, а свет Солнца очень неприятен для меня. И я решил, что не будет большой беды, если перетащу эти сокровища себе в квартирку, и буду наслаждаться их видом в приемлемом для меня мраке.
И крот опять указал лапой-лопатой на Наташкины сокровища.
– Но увы, – он горестно вздохнул. – У меня не вышло повторить то дивное сочетание цветов и красок, какое сделали вы – уважаемая Наташка. И если я вас огорчил, то покорнейше прошу простить меня.
Крот склонил голову ожидая ответа.
Вокруг на несколько минут воцарилось молчание. Первым его нарушил Иннокентий, он шумно высморкался и произнёс:
– Да-а. Ценитель прекрасного, понимаешь-ли выискался. Что будем делать с этим эстетом? – домовой обратился к притихшим Юрке и Наташке.
– Простим его, – тихо сказал Юрка. – Он же не со зла.
А Наташка подошла к грустному зверьку, погладила его по бархатистой шёрстке и сказала:
– Я придумала, как вы тоже сможете любоваться моими секретиками, не выходя наружу.
Крот поднял голову и посмотрел на девочку. Она ласково улыбнулась ему.
С тех пор Наташка стала делать двойные секретики: сначала в ямку укладывала стекло, затем делала узор из камушков, стёклышек и цветочков, укрывала золотцем, поверх которого выкладывала точно такой-же узор, и опять накрывала стеклом.
Сложно?
Да.
Но это все для того, чтобы их новый друг мог наслаждаться прекрасным.

Изображение из Шедеврума