Чай, печенье ревность и кошачьи хвосты

На кухне у Ленки всегда пахло корицей и было очень уютно.
Зелёные шторы, зелёный чайник, зелёный холодильник – вагон зелени… Наверно, на Проза.ру пересидела…)

Юлька – подруга Ленки, разместившись на стуле, жевала печенье с видом мученицы.

— Всё. Я решила. Ревность — это порок. Как курение или привычка грызть чужие ручки. От неё надо избавляться, — объявила она, крошки летели на стол.

- С чего бы это такие умозаключения? – Лена, доморощенный психолог, поправила очки и вопросительно уставилась на Юльку.

- У меня такое чувство, что когда мы с Мишей в кафе, он официантке улыбается как-то... слишком патриотично. – Грустно ответила подруга.

- Ага, «флаг родины в глазах». Классика.- Лена усмехнулась.- Не согласна. Ревность -  это как кошачий хвост. Когда кот спокоен, хвост лежит смирно — милый, пушистый аксессуар. Но стоит появиться другой кошке (или подозрительному пакетику), хвост начинает дёргаться, распушаться и стучать по полу.

Это не порок. Это индикатор состояния нервной системы. Вопрос — что мы с этим индикатором делаем: гладим вдоль хребта или сами превращаемся в это дергающееся существо и несёмся сметать всё на своём пути.

— У меня нет кота, — мрачно сказала Катя.
 
- Какие твои годы, заведёшь ещё! Все наши коты ждут нас в светлом будущем. Помнишь нашу Лизавету? Та, что собиралась замуж за того самого фотографа - душнилу?

— Который все ей фотосессии устраивал? О, да!

— Так вот. У него была фирменная фишка. Он на каждом свидании «случайно» показывал ей переписку с клиентками: «Смотри, девушка Маша из Тюмени симпатичная пишет, какой я талантливый, аж три смайлика с сердечками поставила!». 
Лиза, бедная, постепенно комплексами застрадала.
 
То некрасивая, то толстая. Целый склад комплексов ей навязал. И на этом складе попутно бесплатную столовую для себя устроил и магазин по продаже себя, любимого, открыл.
 
Начал продавать ей уверенность в «любви» партиями: то появится, то исчезнет.  Сначала на сутки, потом на неделю, то похвалит стрижку подруги, призывая следовать примеру, то порнозведу приплетёт для образца... Звездец, короче.

И она бегала, доказывала свою ценность, как белка в колесе. Основательно заездил, всю психику с ног на голову перевернул. Жрал её нипадецки.

Юлька фыркнула, представляя картину.

— Грустно, но смешно. А что с ней стало?

— В интернете ответы искала, по форумам бродила. Нашла.
 
Однажды, когда он снова ныть начал про идеальную красавицу - «клиентку из Сочи», она посмотрела на него, на свои натруженные от бега в колесе лапки и сказала:-
 «Знаешь, а ведь Маша из Тюмени, судя по всему, тоже очень ценит твой талант. Держи кольцо. Может, вы сойдётесь характерами?». И ушла.
 
Все её комплексы: самая «некрасивая, толстая, злючая, нехозяйственная, незаботливая – тыща «не», наконец обернулись не страхом, что бросит, а здоровой злостью: «Я слишком уважаю себя, чтобы играть в подобные игры».
 
Теперь она замужем за скучным и милым инженером, который её селфи хвалит без трёхслойного психоанализа и официанткам улыбается только чтобы заказ уточнить.

— Сильно! Молодец! — Юля оживилась. — А вот Светка с её Данилой? Тот же цирк?

— О, это шедевр! — Лена улыбнулась глазами. — Данила – мастер «фантомных болей». Он создавал соперниц из воздуха! «Ой, сегодня в лифте соседка-блондинка на меня так посмотрела... Наверное, влюбилась. Ты не ревнуешь?». Это высший пилотаж! Он Светку напрочь задолбал! Вечный юноша - Puer aeternus, блин. Без слёз не глянешь.  Натирай его комплиментами ежеминутно, доказывай собственную любовь, борись за меня! Дедский сад.
А Светка, бедолага, ловила этих фантомов и планомерно душу себе изматывала.

— И чем кончилось?

— Она устала. Тоже подучилась. Сказала: «Дорогой, раз блондинка в лифте так к тебе неравнодушна, предлагаю тебе к ней подкатить. А я пойду поем. На нервах похудела». И перестала играть в его игру. Без зрителя спектакль заглох. Он теперь с той самой блондинкой, и, говорят, мучает её вопросами про курьера-грузина.

Подруги посмеялись. Чай остыл, заварили ещё, достали тортик.

— Так что же такое ревность, по-твоему, если не порок? — спросила Юля, уже без драмы.

— Это внутренний радар, — сказала Лена, наливая свежего чая. — Он пищит в двух случаях.
Первый: «Внимание! Обнаружена ваша незалеченная болячка! Страх брошенности на 12 часов!». И тут твоя работа — лечить болячку, а не ломать радар.

Второй случай: «Внимание! К вашей болячке кто-то целенаправленно тянется грязными руками!». И тут твоя работа — дать по рукам и сменить дислокацию. Ревность, как голод или усталость, — это сигнал. Главное — не начать питаться ядовитыми грибами только потому, что хочется есть, и не ложиться спать на обочине.

Юля задумчиво покрутила в руках чашку.

— То есть, если мой Мишка намеренно заставляет этот радар орать... Это уже не про мои комплексы?

— Это про то, что он, возможно, нашёл твою «кнопку» и танцует на ней чечётку, — резюмировала Лена. — Твои комплексы — лишь повод. Его действия — причина боли. Здоровая реакция — не гасить сигнал «мне больно», а спросить: «А нафига я рядом с тем, кто радостно причиняет мне боль?».

В кухне воцарилось тихое, спокойное молчание.

— Знаешь, — сказала Юля, вставая и собирая крошки на ладонь, чтобы выбросить. — Что-то в этом есть…  Сроду ревностью не страдала, верила. А потом как с цепи сорвалась. Самообладание – гудбай. Хорошо, что ещё никогда никому в волосы не вцепливалась и по башке тётям-соперницам шпильками туфель не колотила.


— А то! — Лена улыбнулась. —  Ты с Мишкой недавно. Присмотрись.
— Ладно, побегу. Начну с малого: с уважения к своему внутреннему коту, чтобы хвост дёргался только при виде настоящей опасности.

— Или при виде мыши, — добавила Лена, провожая подругу.

— Пока-пока! — Юля махнула рукой, чмокнула Лену в щёчку и скрылась в лифте.
- Не забывай кота гладить, кормить и лелеять, они это любят! Я про внутреннего, Мишку нефиг баловать!

Лена вернулась в квартиру, закрыла дверь, прислонилась к косяку и усмехнулась.
На кухне было тихо. Чайник остывал. Барсик по-прежнему дрых на своей лежанке, свернувшись в уютный клубочек.

Она посмотрела на пустую чашку и подумала, что внутренний кот — существо хитрое. Если его долго не гладить и не кормить, он начинает видеть мышей там, где их нет. А если кто-то нарочно дёргает его за хвост — это уже не про кота.
Это про того, кому нравится проверять, насколько больно можно дёрнуть.
Лена налила себе ещё чаю и сказала вслух, в пространство:

— Странно, что людям до сих пор не выдают инструкцию. Где заканчивается любовь и начинается дрессировка.

Барсик, услышав, лениво, но одобрительно махнул хвостом…