Илина, глава 9

Я шёл от дома, где оставил ждать её, и не жалел ни о чем. Да, пожалуй сегодня началось противостояние между государством и этой невозможно организацией. Иногда нужно пренебречь несколькими десятками людей, чтобы спасти тысячи. Их методы просто не работают... Эти проклятья не нужно уничтожать. Достаточно научиться ими управлять, хоть сейчас это и кажется невозможным. Но это будет такая победа, о которой люди будут помнить тысячелетиями. А избавиться от даров можно только пока есть подходящий кандидат.

Разве Фрай не должен это понимать ещё лучше меня? О чём он думал, когда ушёл... Но это не так важно. Главное что я на нужной стороне. А кому я нужен? Человек с такой историей, как у меня... Тут я задумался о прошлом. Такие воспоминания приходили ко мне не часто, ведь не хотелось вспоминать это...

Я бегу, а дыхания уже не хватает. Меня схватят, я не смогу уйти далеко. Пусть этот лес я знаю как свои пять пальцев, я уже слышу погоню, и они на лошадях. Все что мне остаётся это спрятаться. Лай собак. Нет, и это не выйдет. Может залезть на дерево? Ничего не поможет, можно уже сдаться... Но тело словно против воли бежало дальше, а сам я пытался найти плюсы в своём положении. Как меня свяжут? У них не получится, даже если догонят, ничего не выйдет! Но эта мысль стремительно сменилась следующий. Значит меня убьют. Издалека. Тогда нужно самому сократить расстояние, чтобы и у меня были рычаги давления на них... Остаётся спрятаться. Я остановился, и сердце чуть не остановилось со мной, я почувствовал пульсацию крови в висках, а голова закружилась. Дыхание было напрочь сбито. Я огляделся. Все плыло перед глазами, и ничего подходящего я не находил. Лай собак становился громче, а тело становилось все слабее. В одну секунду я перестал видеть, слышал все хуже, и почва ушла из под ног. Тишина, пустота.

***

Я очнулся. На руках были наручники, а под ними перчатки. Вся одежда была не моя, и сшита так, чтобы ничего кроме лица не соприкасалось ни с чем другим, кроме ткани. Только лицо было открыто, и я свободно дышал. И вглядывался в камеру. Что произошло, почему я жив? Я упал в обморок? Кажется, да...

- Где я? - голос охрип. - какое-то время никто не отвечал. Но вот, послышалось шаги, и кто-то спустился по лестнице. Я видел только решётку, за которой был узкий проход и стена, так что не был уверен, быть может гость поднялся ко мне. Свет исходил от факела, который висел на стене.

- О, вы очнулись! Наконец. - я увидел мужчину. Ему было уже немало лет, а его лицо казалось каким-то знакомым - я рад вас видеть, юноша. Не волнуйтесь, наверняка у вас много вопросов, но я постараюсь на все ответить. Мы хотим, чтобы такого, как случилось с вами никогда не происходило. Мы хотим, чтобы дары больше никогда не существовали. Но это сложно исследовать, и у нас так мало тех, кто хочет с нами сотрудничать... И я, и дочь обладаем такими же как и у вас дарами. Разумеется, в меньшей степени. Я каждый день провожу в лаборатории, и исследую то, чем мы отличаемся. Чем отличается кровь, ткани, но что-то я упускаю... Мне нужен ты, как абсолютный носитель этого проклятья... Только вот... Столько человек уже погибло из-за тебя. Тебя будут судить. И если ты согласишься на то, чтобы мы исследовали тебя, быть может, таким образом я сохраню тебе жизнь. Мои исследования это просто хобби, я верховный судья. Мне очень важно, чтобы этот кошмар наконец кончился. Пожалуйста, доверься мне. -   Я все понимал, и не понимал одновременно с этим ничего.

- Но... Если все так, как ты... Вы говорите, зачем я здесь? Почему бы просто не забрать меня? Зачем вам моё одобрение?

- Если бы всё было так просто... Не от меня зависит, что с тобой будет. Совет судий все решит. - я вздрогнул. Совет судий... Куда я скатился. Это было собрание всех стран, включённых в союз справедливости. Самые ужасные военные преступления тайно или открыто обсуждались на нём. Что сделал я? Это не моя вина, что будучи проклятым, не зная о своём даре... В прочем, что было, того не изменить. Спасибо тем, кто воспитал меня там, где не знают, что такое реальная жизнь...

- Но...

- Сам все увидишь.

Дело не только в твоих преступлениях. Дело в тебе... - я  был ошарашен. Как так, что во мне особенного? Но эти вопросы явно не были уместны, разговор подошёл к концу.

- Постарайся вести себя максимально благоразумно, хорошо? - я кивнул. Другого ответа и быть не могло.

***

Меня вели, точнее направляли несколько солдат, как и я одетых почти полностью. С меня сняли цепи, но нож у горла не давал расслабиться. На руке не было ни одного участка открытой ткани. Дерись я, или попытайся что-то сделать, и мне конец.
В этой комнате было так много людей. И все по-разному одеты, внешность тоже будто подчеркивала индивидуальность страны, из которой прибыл судья. А в центре стоял тот человек, который разговаривал со мной в камере.

- Скрепив контрактом договор, мы минимизируем риски, а польза уверяю вас, просто колоссальная! Разве не этого добивается часть медицины? Разгадать то, что до сих пор так и остаётся неизведанным - на эти слова  собрание зашумело, но судья из южных стран поднялся, и лопнул в ладоши.

- Друзья! Давайте не будем забывать. В нашей власти отказаться от предложения достопочтенного Зенона, но не забывайте поделиться, почему это кажется вам неразумным. Я пожалуй выскажусь первым. Какие гарантии, что мы найдём того, кто сможет скрепить с ним этот договор? На какие условия он будет? Потому что если мы не дадим этому юноше больше убивать, то на вряд-ли он проживёт больше, чем сто лет. А пойдя на такие риски было бы ой как славно иметь при себе абсолютное, честное оружие, и материал для исследований в одном флаконе. Наверно вы думаете, друзья, что это не будет искуплением его грехов, но вечная жизнь без права решать свои действия, вечная жизнь, где твоя цель - убивать... Кажется, никому бы я такого не пожелал. -  теперь возражений почти не было вовсе.

- Да, вы абсолютно правы. Контракт могут подписывать только равные по силе. Но прав ли я, говоря что у многих из присутствующих есть какая-то степень дара? - все неуверенно кивнули - Я предлагаю заключить договор между советом судий и этим юношей. А в качестве условия поставить беспрекословное подчинение любым приказам. Если он нарушит его, то во снах будет проживать худшие свои кошмары...

- Что? О чем вы говорите? - заговорил совсем ещё молодой судья, правда по меркам собрания. У него были белые волосы, и очень светлая кожа. На фоне тёмного и мрачного помещения он казался словно духом. - Разве можно повлиять на условия магического договора?

- Да, вполне. Я не знаю точно, какое условие может ставить каждая сторона, но... Я исследовал этот вопрос. И при особой форме руны, похожей на луну, на того, кто не выполнил условия накладывается как раз такое проклятье.

- Это многое объясняет. - снова высказался южанин - Ведь именно ночь дарует сей дар разрушать все, до чего докоснешься. Кроме того, теперь мы можем быть уверенными, исследования достопочтенного Зенона точно не напрасны. Но не кажется ли вам, что нарушив дважды этот контракт, сей юноша ничего не потеряет?

- Нет... На второй раз человек просто умирает. Я уверен в этом. Луна безжалостна. И она знает, что может почти всё. Я уже подготовил нужный контракт. Нет ли у кого-то возражений? - какое-то время все молчали

- Стойте! - вдруг вскрикнул молодой судья. А как же мнение мальчика? - и тут наконец для них для всех я словно снова начал существовать. Несколько десятков пар глаз с интересном, презрением и даже каким-то страхом смотрели на меня.

- Я... - в горле все ещё было очень сухо, а все ждали от меня ответа. Разве у меня был выбор? Конечно я хочу жить... Это и вырвалось из моих губ - Не убивайте... - голос дрогнул, а мне стало тошно от самого себя - я согласен

- Отлично, что же, теперь сомнений нет ни у кого? - Зенон подмигнул мне - Если нет возражений, то контракт может взять под контроль моя дочь. Они примерно ровесники, а дело в том, что производя контракт на такое большое количество человек нужен какой-то катализатор силы, через который будет дано согласие стороны. Она словно призма отразит все наши силы, и будет контролировать контракт.
Но не переживайте, сама она так же будет его заложником, и не сможет делать выбор без одобрения совета. Сейчас, или потом.

- А кто будет после неё?

- Её дети, внуки, и так далее... Но я надеюсь, нам удастся создать лекарство. Я верю в нас - Зенон сиял от радости. Контракт был подписан.

Если бы тогда он знал, во что превратится его гениальная идея... Его пылкое желание принести добро в этот мир... Я до сих пор считаю, что именно его ценности меня сформировали, и по его стопам хочу я идти. Но кто же знал, что это требует таких же жертв. Мой голос веса не имеет, а его собственная дочь теперь хочет не того, чему отец посвятил всю жизнь.