Телохранительница

     В нашем подъезде прижились две собаки, рыжий долговязый кобель и черная коротконогая сука. Жильцы их не трогают, поскольку они не гадят, ведут себя вполне культурно и даже облаивают и выгонят посторонних, если таковые забредают в наш подъезд. Обе собаки меченые с бирками в ушах, так что щенячье потомство от них не грозит.   Летом они  во дворе, но спать приходят на лестничную площадку, зимой чаще находятся в подъезде. Рыжий кобель трус, как-то раз проходя мимо я случайно зацепил его ногой, не пнул, просто несильно зацепил вскользь. Он взвизгнув, выскочил на улицу, и потом еще несколько дней при моем появлении убегал. 

     Сука меланхолична и спокойна, она ложится в закутке между дверьми, моей и соседей напротив. Я иногда подталкиваю ее ногой, если мешает открыть дверь, она не пугается, а лениво отодвигается.
 Теперь почему она выбрала наш закуток. Соседи напротив – многодетная семья, у них две  девочки-старшеклассницы и пятеро пацанов от пяти до десяти лет, двое пацанов – близнецы. Собаки безымянны, пацаны их никак не называют, а я для себя  кобеля называю Рыжим, а собаку просто Собака.

     Собака умна, она умеет самостоятельно открывать дверь в подъезд. Дверь с пружиной, сука зубами цепляет накладную планку, приоткрывает дверь, в щель просовывает лапу, потом лапой и мордой расширяет проем и заходит. Рыжий открывать дверь не научился невзирая на пример подруги. Иногда он, когда та открывает дверь, пытается проскочить вперед нее, этого она не позволяет рычит, взлаивает и даже кусает кобеля.

     Пацаны отчаянные сорванцы и немного хулиганы, в своем дворе они не бедокурят, только часто дерутся. Самое странное, что чаще всего дерутся близнецы, друг с другом, и с переменным успехом. Старший десятилетний Толя неоспоримый вожак, братьев воспитывает подзатыльниками.  Близнецы, а им по семь лет, порою возмущаются и сообща выступают против Толи, иногда даже успешно, но это не нарушает устоявшуюся иерархию. Младшие братья шести и пяти лет держатся вместе и играют отдельно от старших. Но когда покидают двор, идут все вместе.
 Когда мать или отец дают им деньги, кучей идут в магазин, там шумно спорят, что купить. Порою уходят гулять по соседним улицам и проулкам, там стучат палками по заборам - дразнят собак, иногда брызгают из баллончиков краской, если такие попадутся им на помойке, еще   обрывают неспелую черемуху и ранетки, свисающие за забор. Ходят гулять на речку, там выламывают прутья и хлещут ими по воде, в воду не лезут – плавать не умеют.  Редко поднимаются на горку, по дороге на речку есть скала, довольно высокая, метров пятьдесят. Забравшись наверх и отдышавшись, кидают вниз камни. Камней на вершине мало, любителей бросаться камнями хватает и без них, поэтому камнями запасаются внизу. И во всех путешествиях братьев сопровождает коротконогая черная сука.

     Поначалу думал, что просто прогуливается со своими почти хозяевами, но потом заметил,  если по пути встречаются другие собаки, она вздыбливает шерсть на загривке, скалит зубы и рычит. А однажды наблюдал, как по дороге в магазин самый младший замешкался, вместе со всеми не успел перейти дорогу и кинулся наперерез грузовику, она с визгом ухватила его за штанину и утянула обратно. Оказывается, она опекала и даже охраняла человеческих детей, поскольку  не имела  возможности иметь детей собственных.

     Наш двор проходной, в самом начале заселения 18-тиквартирного дома - он такой один на околоток, вокруг была пустошь. Постепенно жильцы начали ставить гаражи, потом загородили участки под грядки, в итоге перекрыли проезд на параллельную улицу, остался только проход, по нему и ходят жители параллельной улицы. Таких немного, около десятка, да еще изредка забредают незнакомые с околотком пешеходы. Таких пешеходов собаки облаивают, иногда агрессивно. Это уже зависит от человека, если он не обращает на собак внимания, они быстро умолкают; если  трусит, покрикивает на собак, они облаивают его, пока не покинет двор; а если ко всему прочему ищет палку или бросает в собак камнями, тут уж они, вернее она, сука, агрессивно лает и даже наскакивает с намерением цапнуть, рыжий кобель при виде палки отбегает подальше и лает только за компанию.

     А вот однажды утром захожу в подъезд и вижу на том месте, где обычно лежит сука, лужа крови, неподалеку валяется перчатка, а собаки нет. Не заходя в квартиру, решил убрать кровь, пока окончательно не свернулась. Пошел обратно на улицу, чтобы найти какие-нибудь, щепки-дощечки, соскрести кровь, и тут внизу в тамбуре увидел собаку, у нее была рассечена верхняя губа с левой стороны, и глаз тоже задет, вид ужасный. При этом в ее страдальческих глазах немой укор: за что меня так, я ведь даже никого не кусала?  Вернулся, зашел в квартиру, набрал ковш воды и поставил перед собакой, она начала жадно лакать,  о том, что раненые прежде всего хотят пить, знаю по собственному опыту. Потом перенес собаку на среднюю площадку и постелил тряпку, чтобы не на голом цементе. После этого занялся уборкой. Обратил внимание, что на стене, под которой обычно лежала собака, глубокая царапина, не иначе, как след топора. Сразу все убрать не удалось, потом уже помогала жена с тазиком теплой воды и порошком.

     В ту ночь, когда это случилось, я ночевал на даче, поэтому утром спросил у жены, не слыхала ли она шум и собачьи визги под нашей дверью, ответила, что не слыхала. О том же спросил и многодетную соседку, ответила то же самое, хотя после моего вопроса показалась несколько испуганной. Потом, уже вечером, к нам зашла соседка с первого этажа, утром она, уходя на работу, видела раненую собаку, но не задержалась, опаздывала. Она рассказала, что поздним вечером уже ближе к полуночи слышала собачий лай, потом визг и что-то громыхнуло наверху, на нашем этаже. Соседка предлагала позвонить в милицию и заявить об издевательстве над животным. Но не позвонили, поскольку подозреваемого в злодействе не знали. Потом еще несколько дней обсуждали с соседями это злодеяние, заподозрили какого-то Миху с параллельной улицы, но прямых доказательств не было.

     Для собаки же кто-то подстелил далеко не старую зимнюю куртку, мы с женой поставили миски для еды и воды, кормили и поили, и не только мы. На третий день собака стала выходить на улицу по нужде, через неделю уже ходила за детьми, но не далеко, а через две недели рана зажила и стала почти незаметна, глаз не пострадал. В общем, зажило как на собаке.
 
     Собака, как и прежде лежит у дверей на нашей площадке, ходит с детьми, облаивает незнакомых пешеходов во дворе, все, как и раньше. Только мы ее теперь жалеем, как невинно пострадавшую, и помним, что есть еще неадекватные дикие люди, способные по злобе убить беззащитное животное.
Вот такая история.
 
     На снимке героиня рассказа. Сверху на стене след от удара.