Руны Одина продолжение

Глава III Пирамиды

      Они приехали в Каир рано утром: было прохладно, и жадные лучи солнца ещё не испепеляли и без того жёлтые бесконечные пески пустыни. Подъехав к местному музею фараонов, где хранилось множество всевозможных саркофагов, они посмотрели золотую маску фараона, бесчисленные сувениры и различные по размеру картины. Остановились перед лавкой с папирусами и пошли дальше. Всё было необычно, но Анна лишь отрешённо скользила взглядом по экспонатам. Ей почему-то было тревожно, и ощущение опасности нарастало.
      «Хорошо, что я не одна», – подумала она, глядя на влюблённую парочку. Хельга и Николас шагали по помещениям музея, держась за руки, и, казалось, окружающее их совсем не интересовало. Анна несколько раз оглянулась, но ничего подозрительного не заметила. Выйдя из душного помещения музея, она облегчённо вздохнула. После музея их подвезли к пирамидам, величественная красота которых захватывала дух. Анна, достав из рюкзака фотоаппарат, сделала несколько снимков пирамид и незаметно сфотографировала толпу туристов, которые рвались потрогать руками заветные камни. Площадь перед пирамидами была вымощена плоскими плитами, а за преде-
лами её лежали кучи камней и бесконечный жёлтый песок. Палящее солнце поднималось над головой, становилось жарко. Анна была одета в белые длинные хлопковые брюки и белую хлопковую рубашку с длинными рукавами. Солнцезащитные очки закрывали пол-лица, но Анна попросила Андреаса сфотографировать её на фоне пирамид.
     – Сними очки! – крикнул он ей, но она лишь покачала головой, увидев недалеко вчерашнего немца, который пялился на неё. Заметив, что развязался шнурок на кроссовках, она наклонилась и услышала, как над ней прошелестела пуля, а немец закричал. На его левом плече распускался красный цветок. Все закричали. Анна заторможено наблюдала, как к ней подскочил Андреас и обнял её, как подбежали Николас с Хельгой; они обступили её, обсуждая, кому предназначалась пуля.
      – Если бы Анна не наклонилась, – прошептал побледневшими губами Андреас… Полиция оттеснила их от места происшествия, а приехавшая скорая увезла немца. Всех присутствующих у пирамид спешно отправили смотреть сфинкса, к которому предложили добираться на повозках или верблюдах. Они вчетвером сели в закрытый тарантас, и погонщик, шагая рядом, довёз их до сфинкса.
       «Так и не дотронулась до пирамид, не поднялась к открытому входу, не заглянула в него, – сокрушённо подумала Анна, глядя на пирамиды Хеопса и Хефрена, которые гордо возвышались среди камней и песков пустыни. – И кто эти люди? Почему они желают мне смерти? Что они искали у меня в номере? Неужели всё дело в рунах Одина?!» – Она незаметно погладила рукой руну, которая висела у неё на шее в замшевом мешочке, потрогала рукой амулет и тихо прошептала: – Спасибо! Толпа, возбуждённо осматривающая сфинкса, размышляла о происшедшем у пирамид. – Террористы! – уверенно произнёс на французском лысоватый мужчина своим друзьям. – Все эти арабские страны опасны для путешествий. Они стояли в сторонке и на все лады обсуждали ранение немца. Андреас, увлекая Анну от них, снял с неё очки и сфотографировал на свой сотовый и на её фотоаппарат. – Всё будет хорошо! «Я с тобой!» —сказал он ей на норвежском. И Анна успокоилась! Сегодня точно больше ничего не случится. Их доставили снова к музею и дали час времени на обед и посещение сувенирных лавок. Пообедав, они разбрелись в поиске подходящих подарков. Андреас не выпускал её из поля зрения.
        И тут Анна увидела его. На земле, прислонившись к белой стене, сидел старик в белой чалме, в старой выцветшей одежде; лицо его было испещрено морщинами, и перед ним лежала на серой тряпице гора безделушек. Анна сразу увидела этот браслет. Потемневшее от времени золото с разъёмом на концах, с вкраплением египетской бирюзы, довольно широкий, с изображением бога Ра в солнечной короне на голове. Она остановилась, и старик на арабском сказал ей, чтобы она осталась одна. «Я понимаю арабский?» – с удивлением подумала Анна, но подчинилась и, увидев лавку, где продавали охлаждённые напитки, отправила Андреаса за водой.
    – Сколько? – спросила она на арабском и открыла кошелёк. Старик усмехнулся и надел браслет ей на руку. Бирюза и иероглифы на браслете засияли, и она почувствовала, как ожил её амулет и нагрелась руна Одина, и всё стало туманным и неотчётливым. – Анна, Анна, что с тобой? – тряс её Андреас. – Перегрелась на солнце? Он протянул ей бутылку с холодной водой. – Где старик? Очнувшись, она обежала всю площадь, но его и след простыл. – Как же так? Он надел мне браслет и не взял денег!
     Она не могла успокоиться, выискивая его в толпе. «Подарок! – послышался ей ответ. – Он теперь твой!» Время пролетело незаметно, и надо было отправляться в обратный путь. Сидя в автобусе и перебирая события дня, Анна поняла, что в этот день она непостижимым образом сблизилась со своими новыми друзьями. Их с Андреас связала невидимая нить. И хотя не было сказано никаких слов, нить эту никому не разорвать. Она наконец встретила свою судьбу. И это навсегда! Она рассмеялась своим мыслям и, положив голову на плечо Андреаса, проспала весь обратный путь спокойно, чувствуя себя защищённой. День был тяжёлый незаметно заснул и Андре.


 Глава 4 Любовь

          Встретившись за завтраком с новыми друзьями, Анна постоянно ловила на себе их вопрошающие взгляды. – Анна, ты ничего не хочешь нам рассказать? Ведь эта пуля была предназначена тебе, ведь так? – спросил её Андреас. – И беспорядок в номере тоже устроили они? И то, что ты просила посмотреть
номер на наличие видеокамеры, тоже неслучайно? Чего ты боишься,
      Анна? И кто преследует тебя? Пойми, мы не сможем помочь тебе, не зная всех обстоятельств. Мы полицейские, но мы и твои друзья, которые не желают тебе плохого. Они помолчали. Анна, посмотрев на Андреаса, пригласила всех в свой номер. Хорошо, она им всё расскажет, но после проверки номера. На том и порешили.    Вся компания собралась у неё спустя тридцать минут. Николас сразу нашёл «жучок» в коридоре, а видеокамеру в комнате, видимо, установили, когда они были на экскурсии.
        Анна начала с фразы: – Наверное, вы мне не поверите, но всё, что я вам сейчас расскажу, имело место в моей жизни. И она подробно рассказала про бабушку, как сама побывала в Норвегии, правда, кроме речки и пещеры, ничего не видела. Она считает, что всё дело в рунах Одина и ¬кто-то сильно не хочет, чтобы они были у неё. Она думает, что это какая-то группировка людей из Норвегии, возможно, фанаты старых богов. Но всё дело в том, что руны выбрали её и принадлежать никому больше не будут. Если кто-то другой возьмёт их в руки, то они превратятся в прах, в песок. Дед Сигурд и его семья были всего лишь хранителями. Да, они способны нести обладателю рун богатство и возможность путешествия во времени и по мирам, способны перемещать при опасности в безопасное место. Пока они с ней, ей ничего не грозит. После того как руны перешли к ней, у неё открылись экстрасенсорные способности, но она старается не пользоваться ими без особой надобности, чтобы не привлекать к себе внимание. Она не стала рассказывать об осложнениях, возникших у неё в семье после исчезновения бабушки – это дело её семьи. И что после подарка старого араба она стала понимать арабский язык. Пока она не знает, к чему это её приведёт. На удивление, друзья отнеслись к её рассказу с пониманием. Правда, пошутили, что только мистических событий им не хватало в жизни.
     Николас пообещал узнать всё о сектах Норвегии: кто-то же стоит за всем этим. Они вместе посмотрели фотографии Анны, сброшенные ею на ноутбук. Николас сделал себе копию, пообещав проверить, не засветился ли кто в криминальном мире Норвегии и в других структурах. Анна сказала, что хочет остаться одна, ей надо обо всём подумать, привести мысли в порядок, и друзья разошлись. – Встречаемся за обедом, и я к этому времени постараюсь узнать по своим каналам, кто может стоять за этим, – добавил Николас при расставании. Анна, оставшись одна, достала из подарочного малахитового набора деда руну Вуньо, которая обещала ей приятное путешествие в радости, светлую полосу в жизни. Надо впустить в себя радость, но как это сделать, если какие-то тёмные силы следят за ней и даже стреляли? Если им нужны руны Одина, значит, её смерть им невыгодна! Они решили её просто напугать, сломить её волю. Анна усмехнулась. Никто не предполагал, что за хрупкой внешней невинностью цветка скрывается сильная личность, способная к аналитическому мышлению и преодолению трудностей. Она наметила своё поведение на оставшиеся дни.   Во-первых, не ходить никуда одной, включить ясновидение и пользоваться им ежедневно. Те же камеры она могла бы обнаружить самостоятельно без аппаратуры Николаса. Во-вторых, начинать день с рун. Трудно, что ли, посмотреть, что её ожидает? И хватит прятаться от любви! Через несколько дней они разъедутся по домам. Да, они обменялись телефонами, но видеосвязь не заменит энергетику, тепло, задушевность живого общения. Она почувствовала, как сердце сорвалось с ритма, когда она представила Андреаса, его улыбку и взгляд. «Всё, буду проживать каждый оставшийся здесь день, как маленькую жизнь! Решено!» Анна достала свои руны и вытащила из мешочка руну Кано. Самореализация через личные отношения. Удача, благоприятные перемены и, главное, встреча! Не зарывать свои таланты в землю!
         Ну хоть сегодня день не предвещает ничего плохого. Анна расслабилась и подошла к окну. Яростно палило солнце, плескалась в радужных бликах синева моря, оно манило, звало к себе. И всё же множество вопросов не давало ей покоя: почему руны выбрали её? Какое предназначение она должна реализовать в этой жизни? И почему старый араб подарил ей браслет? И надо до конца разобраться с арабским – действительно она понимает его и может говорить на нём или это был единичный случай?
        Анна достала браслет и надела его на руку, почувствовав, как активизировался амулет на груди, руна Одина в мешочке, и осознала, что она защищена от враждебных сил. Она улыбнулась новому дню и поспешила на встречу со своими друзьями. До обеда был ещё целый час, и они уселись в тени на террасе отеля. Андреас принёс им охлаждённое безалкогольное мохито с лаймом, лимоном и веточкой мяты и первое, что он сказал, было: – Анна, ты не должна никуда ходить одна! Она улыбнулась и кивнула. Николас задумчиво посмотрел на неё и произнёс, обращаясь ко всем: – Вот что мне удалось узнать. Оказывается, в Норвегии и во всех скандинавских странах, в Германии и даже в России есть секты, которые поклоняются языческим скандинавским богам. Отдельно Тору или Одину. Что касается Скандинавии, понятно, но почему Россия – вот вопрос? Но не в этом  суть. Даже не предполагал, что таких сект-общин много. Те, кто почитают Одина, объединены в секту «Асатру» – она довольно многочисленна. Но из неё выделилась группа фанатиков, которая живёт на хуторе, огороженном высоким забором, со своим уставом, и выйти оттуда невозможно. Одно из положений группы – это то, что скандинавские боги только для скандинавов. В окрестностях хутора пропадают люди. Правоохранительные органы сделали несколько рейдов, но ничего подозрительного не заметили, за исключением того, что люди с хутора неохотно идут на контакт, отвечают односложно, словно чего-то боятся. Счастливых лиц там тоже не наблюдалось. Словом, всё это выглядит очень подозрительно. Фотографии прогнали по базе данных и опознали двоих из этой секты. И Николас показал друзьям фото. И ещё: думаю, Анна права в том, что всё дело в рунах. Каким-то образом они узнали, что руны у неё, и считают, что те должны вернуться в Норвегию. И прав Андреас: никуда не ходи одна! Думаю, ему не составит труда провожать тебя на обед, ужин и завтрак, – и он подмигнул Андреас. Предательский румянец непроизвольно обагрил щёки Анны. После обеда друзья решили поплавать с масками. Дни летели, и незаметно Анна и Андреас всё больше привязывались друг к другу. Они достигли полнейшего взаимопонимания. И когда Андре обнимал её при расставании, она не противилась. Она ждала этих минут близости. Эти мгновения постоянного общения, узнавания друг друга, прогулки по аллеям парка у отеля по вечерам, звёздное небо над головой – всё рождало ощущение вечности, ощущение, что они знакомы давно. Любовь мерцала в их сердцах неисчерпаемой силой, наполняя их радостью бытия. Кровь стремительно бежала по сосудам, порой от близости у Анны кружилась голова, но они не торопили события.
     Пока Андреас, набравшись сил, не сказал ей: – Анна, завтра у нас последняя экскурсия – сафари в пустыне, и на следующий день ты уезжаешь. И я хочу тебе сказать, что не представляю больше жизни без тебя. Давай соединим наши жизни. Я хочу, чтобы ты переехала в Норвегию. Не торопись с ответом, всё обдумай. Знай, что я люблю тебя, и это навсегда! Тебе может показаться, что я спешу, что мы так мало дней знакомы, что этого недостаточно для принятия решения. Но это не так! Ты моя единственная и любимая женщина! Он наклонился и, поцеловав её в губы, ушёл. Анна, войдя в свой номер, почувствовала прилив всепоглощающей радости, счастья; сердце пело, губы горели огнём. Она провела пальцем по губам и рассмеялась. Первый поцелуй в её жизни, какой же он упоительный! «Больше ничего не буду
бояться, пусть целует, обнимает меня, ведь я так люблю его!» С этими мыслями она заснула.

Глава 5 Пустыня

     Экскурсия начиналась в 4 часа 30 минут утра, и уже в 4 часа Андреас постучал в её дверь. Анна к этому времени была готова. В её рюкзаке лежали бутылка воды, фотоаппарат и платок на голову в бирюзовую клетку (арафатка), который она купила на территории отеля. Также она положила документы и паёк, который им выдали в ресторане отеля, плитку горького шоколада и, конечно, руны.
      Перед этим она достала одну из мешочка – ею оказалась пустая руна, руна Одина, что означает отказ руны дать прямой ответ на поставленный вопрос и что судьба готовит ей испытание на прочность. В действие вступают кармические связи и законы, назначение которых в данный момент невозможно постичь. Необходимо принять всё, что уготовано судьбой, и впустить в неё непознаваемое. Анна подумала и решила узнать, что ожидает в этот день её друзей. Она достала перевёрнутую руну Райдо, что подразумевало возникновение неожиданных событий и требовало усилий, возможно, значительных. Она захотела достать ещё две руны, чтобы дополнить сведения, но в дверь постучал Андреас.
       На микроавтобусе их доставили до базы, где они должны были пересесть на квадроциклы. После инструктажа Анна решила поехать с Андреасом, и они выбрали двухместный квадроцикл. Она заметила, как засияли глаза Андреаса, когда она сообщила о своём решении. И хотя она сказала ему, что ей нужны свободные руки, чтобы фотографировать, настоящая причина была в том, что ей хотелось продлить минуты близости, находиться рядом и контролировать окружающую обстановку. Хельга и Николас заявили, что не смогут отказать себе в удовольствии проехаться самостоятельно по пустыне. Они тронулись в путь. На удивление, дорога оказалась в меру накатанной, хотя кое-где встречались камни и неровности, но это не портило впечатления от поездки, а окружающий природный ландшафт пленял своей красотой и в утренних сумерках был завораживающе прекрасным. Особенно невероятным казалось звёздное небо пустыни на фоне проступающих гор и дюн.
          Наконец они подъехали к горе, где им надлежало встретить рассвет. Поднявшись на гору, все замерли от восхищения. Кромка горизонта уже обагрилась алым, и нежные солнечные лучи, окрашивая песчаные дюны в золотой цвет, создавали ощущение нереальности происходящего.  Все молчали, созерцая прекрасное, наблюдая, как огненный солнечный шар медленно поднимается над пустыней. Неземное сияние осветило всё вокруг. Тишину нарушали только щелчки фотоаппарата и вздохи восторга каждого из присутствующих. Только ради этого состояния счастья, радости и покоя стоило поехать на эту экскурсию. И когда прозвучал голос гида: «Пора, следующий маршрут – деревня бедуинов, где вас угостят местным чаем», – все неохотно стали спускаться с горы, зачарованные восходом.
        Деревня бедуинов представляла собой ряд хижин, крыши которых были покрыты высушенными листьями пальм, и веранды, где были разложены пёстрые одеяла и можно было отдохнуть после тряски на квадроциклах. Анна сняла затемнённые очки, без которых путешествие было бы невозможным, как и без арафаток, которые им повязали на головы в начале пути, и стряхнула песок с платка и одежды, ступив под тень террасы. Она сфотографировала окружающую панораму, детей, играющих у хижин, и не заметила ничего подозрительного. Выпив чай, который ей предложили бедуины – показавшийся ей слишком сладким и приторным, – она неожиданно для себя на чистейшем арабском поблагодарила их, заметив удивлённые взгляды всех присутствующих. Они покатались на верблюдах рядом с поселением, и, уже  возвращаясь, Анна заметила тёмное пятно на горизонте, которое, как ей показалось, увеличивалось в размерах. Она на арабском рассказала об этом бедуинам, спросив, не предвещает ли это опасность. Меж тем в воздухе нависло напряжение; казалось, воздух сгустился, горизонт потемнел, и бедуины сказали, что надо срочно уходить отсюда: приближается пыльная буря. Они схватили детей, сели на верблюдов и, погоняя их, устремились к недалеко расположенной пещере, рядом с которой на площадке проводилась вечерняя экскурсия с дискотекой.
        Мнения в группе разделились: одни поспешили за бедуинами, другие сказали, что поедут на базу, главное – успеть исчезнуть с направления движения бури. В группе были женщины с детьми, и Анна с Андреасом помогли им укрыться в пещере, за исключением одной женщины с девочкой пяти лет, которая спряталась от матери под террасой. Пока они доставали её, время было упущено. Смертельный вихрь достиг поселения; их с Андре оторвало друг от друга, закрутило в водовороте песка и камней и понесло вместе с ним. Анна машинально схватилась за руну на шее и очнулась. Она находилась на гребне высокого бархана и кругом, кроме песка и гор в отдалении, ничего не видела. Анна провела рукой по ногам, переломов не обнаружила, пальцы шевелились. Она легла на спину и заскользила по склону вниз вместе с песком.  Что-то сверкнуло в песке под солнцем огненным блеском рядом с ней, и она машинально схватила это в руки. Когда она оказалась внизу, то увидела золотое ожерелье с подвеской, на которой был изображён бог Ра. Она надела его на шею, спрятав под одежду, подумав при этом: «Зачем? Зачем ей амулет с изображением бога Ра? Что это всё значит? Как ей отсюда выбраться и где искать Андреаса?» Она открыла рюкзак и, достав бутылку с водой, сделала глоток. Вода была тёплой и не утоляла жажду. Вспомнив, что она так и не воспользовалась сухим пайком, Анна достала бутерброды с сыром и съела оба, запив всё той же водой. Ей нужны были силы, чтобы выбраться отсюда. Она оглядела окрестности; перед ней на много километров простиралась пустыня – только жёлтый песок и камни.
      Анна закрыла глаза, мысленно просканировала окрестности и словно наяву увидела оазис в пустыне с журчащей водой, людей в пёстрых халатах и верблюдов. Она же может перемещаться с руной Одина! И, развязав мешочек и достав руну, Анна восстановила картинку и прошептала: «Туда!» Через мгновение она сидела у журчащего, холодного ручейка, который изливался в водоём с прозрачной водой. На берегу сидела девочка, та, которую они достали из-под террасы, и испуганно смотрела на неё. Анна сняла платок и стала смывать пот и песок с лица. Затем набрала в пустую бутылку воды. Так как волосы, заплетённые ею утром в косу, растрепались, она, распустив её, стала расчёсывать волосы, пока не услышала визгливый голос: «Ещё одна!» Так может говорить только евнух. Она встряхнула головой и оглянулась. На неё смотрело существо с подведёнными сурьмой глазами и набелённым лицом, и она услышала начало фразы: «Кто позволил встать на пути фараона?» Не договорив, существо остановилось, увидев бирюзовые глаза Анны и волосы, каскадом падающие на плечи. Не раздумывая, она, надев рюкзак на плечи и схватив девочку, крикнула: «В деревню бедуинов!» Их подхватил вихрь и опустил прямо под ноги спасателей, работающих на месте бывшей деревни. Вместе со спасателями Анна увидела Хельгу и Николаса, которые участвовали в раскопках пещеры.
       Анна бросилась к ним с одним вопросом: «Где Андре?» Но те безутешно покачали головой. Бедуины и те, кто последовал за ними в пещеру, были мертвы: задохнулись из-за недостатка кислорода. Анна увидела мать девочки, которая непостижимым образом спаслась; женщина плакала и, причитая, прижимала дочь к себе. Малышка махнула на Анну рукой. Едва слыша слова благодарности, Анна мучительно думала: где ей искать Андреаса. Она обежала погибших, которых достали из пещеры. Андреаса среди них не было. Всего из неё извлекли вместе с бедуинами пятнадцать человек. Из группы в двадцать человек в живых осталось шестеро, один числился пропавшим. Заметив признаки жизни у одного, сочтённого мёртвым, Анна позвала медработников, и они после реанимационных мероприятий вернули его к жизни. Мысли её путались. Надо восстановить события: последний раз она видела Андреаса в живых рядом с террасой. Теперь там возвышалась дюна. Она села на песок напротив и начала сканировать дюну. Минут через пятнадцать ей показалось, что она слышит слабое сердцебиение. Он там, и он жив! Она позвала Хельгу с Николасом и прошептала: – Он там! Те недоверчиво посмотрели на неё, но подчинились и начали копать, увидев под слоем песка фрагменты крыши хижины. Как оказалось, крыша накрыла его колпаком и не дала полностью засыпать песком. И хотя он был без сознания, он был жив. Машина неотложной помощи увезла его в больницу. Утром Хельга и Николас пришли попрощаться с Анной, которая должна была улететь назад в Россию. Общее состояние Андреаса не внушало опасений, у него диагностировали потерю памяти. Он не узнавал ни Хельгу, ни Николаса, ни Анну. Хельга с Николасом приняли решение забрать его из больницы и увезти для лечения в Норвегию. – У нас вылет через два дня, – сообщила Хельга.
– Будем на связи, – сказала Анна, садясь в автобус до аэропорта. – Когда он окончательно придёт в себя, скажите ему, что я люблю его и согласна выйти за него замуж, – и добавила: – Я сразу приеду, как только к нему вернётся память. Они и не предполагали, что неприятности Анны ещё не закончились. От здания отеля должны были одновременно отъехать два автобуса. Время в пути – около 20–30 минут. В одном автобусе ехала русскоязычная группа, в другом – французы. На стоянке Анна увидела знакомые лица с фотографий и в самый последний момент села к французам.   Гид не стал пересчитывать количество пассажиров, а лишь спросил, все ли на месте. После дружного «Все!» автобус тронулся с места. Через десять минут они нагнали автобус, на котором должна была ехать Анна. Автобус горел, из него выбегали испуганные пассажиры.
        «Дежавю», – подумала Анна, когда увидела знакомую женщину, которая кричала с надрывом: – Алиса, доченька, выходи! А та, спрятавшись за сиденьем, молчала. Достав из рюкзака платок и намочив его водой, Анна закрыла лицо и шагнула в огонь и дым. Девочка шумно дышала, задыхаясь. Анна схватила её на руки и выбежала из автобуса. Раздался взрыв, вспыхнула коса Анны; спину закрывал рюкзак, что спасло её от ожога. Она почувствовала, как кто-то льёт ей на спину воду, и увидела знакомого лысого француза, с которым пересеклась у пирамид. Мокрая, вся в копоти, Анна передала девочку матери, подумав: «Ну и видок же у меня!» Проведя рукой по голове, она сокрушённо почувствовала, что коса исчезла, концы волос обуглились и стали неровными. Но, вспомнив всё, что случилось с ней за последнее время, она не стала принимать это как ещё один удар судьбы, а просто смирилась с неизбежным.

Глава 6 Возвращение домой

В аэропорту Анна умылась и переоделась в ту -
алеете; увидев парикмахерскую, попросила подравнять волосы. Ей хотелось скорее попасть домой.
      «Домой, домой!» – повторяла она про себя. И когда самолёт приземлился в её родном городе, окончательно успокоилась. Она села в машину, припаркованную на платной стоянке аэропорта, и поехала к себе домой. При подъезде к дому тревожное предчувствие окатило её горячей волной.
     «Что-то не так!» – поняла она, когда увидела горевший свет в окнах. Но, несмотря на это, она поставила машину в гараж и вошла в дом. Перед разожжённым камином в креслах  сидели родители, а у окна стояли знакомые по фото её преследователи. Анна холодно взглянула на них и прошла на кухню включить чайник. Ей надо было собраться с мыслями. «Что делать?» – инстинктивно она задавала вопрос бабушке и деду, сидя на полу кухни в глубокой медитации.
      «Отдай им руны, – услышала она голос деда. – Они выполнили свою функцию в этом мире, всё у тебя будет хорошо!» Анна открыла глаза. На неё смотрел отец и те двое. Анна налила себе чай и открыла холодильник. Достав своё любимое мороженое, она отрешённо смотрела на них. – Отдай руны! – первым не выдержал отец. – А если нет? Скажи, отец, ты связан с этими убийцами? Это ты послал их вслед за мной в Египет? Так как он промолчал, она добавила: – Руны не служат тёмным, злобным личностям, в ваших руках они превратятся в песок! Хотите проверить? Ну что ж, воля ваша! В потайную комнату она послала мыслеобраз руне, висевшей у неё на шее. Анна достала руны Одина и несколько минут с любовью смотрела на них. Вздохнув, она вернулась назад. Положив шкатулку с рунами на стол, она открыла её и с горечью посмотрела, как её отец и эти двое с вожделением уставились на них.
     – Это точно они?! – спросил отец.  – По описаниям всё сходится, – норвежцы не договорили, зачарованно глядя, как мерцали рунические знаки на простых камнях. Один из них, направив дуло пистолета на Анну, сказал, чтобы она взяла их в руки. Анна, прощаясь, погладила каждую руну, ощущая, как неведомая сила вливается в неё, наполняя мощью и торжеством, словно сам Один отдавал их ей. Она закрыла глаза, чтобы никто не видел, как замерцали они неземным блеском.
      «Ты теперь сама – Руна», – услышала она голос деда. «Хватит!» – услышала она голос отца, и он оторвал её от рун, которые внезапно погасли. Отталкивая друг друга, троица бросилась к столу. На кухне слышался злобный крик, началась драка. Наконец всё стихло! Когда Анна вновь вошла туда, на столе лежала горсть песка, а на полу – три кучи пепла. В комнате пахло гарью. Всё было кончено!
      Мать, вбежавшая следом за ней, закричала с надрывом: – Где твой отец? Что ты сделала с ним?! Анна, пожав плечами, ответила: – Ничего, я всего лишь отдала им руны. «Пепел к пеплу, прах к праху, песок к песку, – прозвучал в голове грустный голос бабушки. –Не горюй, Анна, твой отец, мой сын, сам выбрал свою судьбу».
      Вечером вышла на связь Хельга и сказала ей, что у Андреаса всё хорошо, к нему вернулась память и они ждут её в Норвегии. Анна пообещала приехать, как только сможет. Надо было восстановить сигнализацию в доме, навести в нём порядок и подумать о том, что с ней произошло. Было решено объявить в розыск отца. Иначе как объяснить его исчезновение? На одной из куч пепла лежала запонка отца, пепел забрала с собой мать, чтобы развеять над рекой.
        Две другие кучи Анна вывезла в лес и закопала там. Она не считала себя виноватой в том, что произошло, но случившееся ранило её душу своей жестокостью. Нет, она не желала такой участи своему отцу и даже тем двоим. И как ей теперь жить с этим? Поэтому она грустила. Любовь к Андреасу ушла на второй план, и лишь занятия магией отвлекали её от тягостных мыслей.

 Глава 7 Норвегия

      Прошёл месяц. Анна каждый день разговаривала с Андреасом по видеосвязи, и её душевное равновесие постепенно полностью восстановилось. Они всё больше узнавали друг друга, разговоры становились всё более откровенными, любовь сквозила в каждом слове, жесте, взгляде. Совместные планы на будущее ещё больше сближали их. И Анна поняла: пора! И вот она сходит с трапа самолёта в аэропорту Гардермуэн и видит Андреаса, спешащего к ней с букетом цветов. И когда он обнял её, все страхи, непонятная тоска отступили, растаяли в воздухе. Счастье и радость заполнили её.
      Андреас жил в пригороде Осло в деревянном двухэтажном доме с широкой верандой. Двор был вымощен каменными плитами. На территории росли высокие сосны. Кусты роз и пионов выделялись яркими пятнами на зелёной лужайке. В зоне барбекю хлопотали Хельга и Николас, запекая на решётках мясо и рыбу. Стол был уже накрыт: зелень, сыры, две бутылки красного вина. Увидев друзей, Анна окончательно расслабилась, поняв, как же ей не хватало их. За шутками, разговорами незаметно летело время. И они решили встретиться утром, чтобы поехать к родителям Андреаса и Хельги. Свадьбу собрались сделать общую в один день! Родители Андреаса понравились Анне своим дружелюбием, открытостью, гостеприимством. Они сразу приняли Анну в свою семью. И завертелась предсвадебная суматоха. Свадьбу решили делать в местном ресторанчике, где проживали родители Андре. И вот все слова произнесены, скреплены печатью в местной администрации и священником в церкви. Анна плыла по течению, соглашаясь со всеми предложениями Андре. В первый раз ей
не хотелось ничего решать самой. Спустя месяц она поняла, что беременна. Всё это время Андреас вместе с ней искал тот водопад и речку рядом с лесом, так как Анна хотела непременно побывать там ещё раз.
        Они пересмотрели сотни фотографий, пока она не сказала: «Это то место!» И весной, когда начало вовсю пригревать солнце, снег растаял и с гор побежали ручьи, они отправились в путь. Ехать с остановками надо было где-то часа три. Это место находилось в заповеднике, поэтому природа там осталась нетронутой. Анна наслаждалась поездкой, вдыхая свежий весенний воздух. Она непременно должна познакомить Андреаса с бабушкой и дедом. Вот он удивится! Предвкушение охватило её, и она тихо улыбалась своим мыслям. Андреасу передалось её настроение, и он радовался вместе с ней весне, солнцу и тому, что она, его любовь, рядом, стоит только протянуть руку. Въезд на территорию заповедника был платный, но охранник, сверившись с данными на компьютере, сказал: – Для членов семьи бесплатно! Вас ждут!
        Уже издалека они услышали шум водопада, и Анна наконец смогла полюбоваться его красотой и сделать несколько снимков. И вот знакомая гора и речка. Где-то там, в недрах горы, находится пещера. Анна разволновалась, сердце выскакивало у неё из груди, она оглядывалась по сторонам, но никого не было видно. Всё так же чуть слышно шумел  в отдалении лес, пригревало солнце, скользили меж камней в речке тёмные спинки форелей. – Анна, почему он сказал, что нас ждут и что ты член семьи? Этот заповедник – частная собственность древней норвежской семьи. Он передаётся по наследству, и каждый собственник подписывает с государством соглашение, по которому этот первозданный участок природы считается заповедной зоной, но его может посетить каждый желающий. Вырубка леса и любое строительство на этой территории запрещены.
     Он назвал тебя членом семьи?! – Да! И я хочу познакомить тебя с моей бабушкой и дедом! Она поднялась на середину горы и закричала: – Бабушка, дед, я здесь! Мы здесь! Андреас, поднявшись с ней, с изумлением увидел, что как будто бы из воздуха материализовались две фигуры, которые держались за руки. Они казались молодыми и счастливыми, но по мере приближения старели на глазах: прошедшее время оставляло на них свой отпечаток. Но когда они приблизились, Андреас увидел необычайно красивую седую женщину с глазами цвета лазури и статного седого викинга, мощь которого сквозила в каждом его движении.
       Анна бросилась к женщине, которая распахнула ей свои объятия. К ним подошёл дед, кивнув Андреасу, чтоб он присоединился. И вот уже четверо стоят на горе, и сила одного рода перетекает в силу другого. И столько любви было в этой силе, что Андре понял: «Никакое время не властно над ней!» Вскоре у речки полыхал огонь, разожжённый в углублении под камнем. Андреас с помощью сачка вытащил из речки четыре рыбины, достал из машины бутылку вина, сыр, хлеб, зелень, и они неспешно приступили к обеду. Они почти не разговаривали. Андреас смотрел, как бабушка Анны и дед Сигурд касаются друг друга, как в благоговейной тишине вокруг сквозит невидимая глазу живая энергия, заряжая всё вокруг. Его насквозь пронзили осознание причастности всему и запоздалая мысль о том, что иногда слова излишни: они – только отзвук царившей в душе всепоглощающей любви и гармонии. Лишние звуки способны нарушить непередаваемую атмосферу необычной встречи. При расставании бабушка ещё раз обняла внучку и сказала: – У тебя будет девочка, дочка! Береги её! Руны вернутся, она будет следующей владеющей ими. А дед добавил, обращаясь к Андреасу: – Защищай мою внучку. Ей предстоит ещё много испытаний.
       Всю дорогу назад они молчали, предаваясь каждый своим мыслям. Столько непередаваемых эмоций за одну встречу Андреас не получал никогда. Что-то изменилось в его прагматичной душе навсегда. Он понял, что существует мир, неподвластный никакой логике и обычным представлениям. И Анна, его жена, связана с этим неведомым для его разумения миром. Какая она необыкновенная и невероятная! И он с любовью посмотрел на неё. «Я тоже люблю тебя!» – услышал он её задумчивый голос. Беременность протекала легко, и в положенный срок Анна родила девочку, которую назвали Ниной. Анна преподавала в университете Осло иностранные языки и была официальным консультантом в полиции при расследовании трудных дел. Её приглашали тогда, когда следствие заходило в тупик. Незаметно пролетело пять лет, и Андреас начал замечать, что Анна стала молчалива и задумчива. Она увлеклась историей Египта, который никак не хотел отпускать её. По-прежнему она гадала на рунах, но вместо рунического оберега из серебра у неё на шее на золотой цепочке сверкал в солнечной короне бог Ра. Она искала связующую нить между богами Египта и языческими богами Скандинавии.
    – Связь есть! –неоднократно он слышал от неё. – И я её найду. Потускневшие от времени браслет и оберег после похода к ювелиру сверкали первоначальным блеском. Она также не расставалась с оставшейся у неё руной из набора Одина. Когда она доставала руну, браслет и оберег, они словно заряжали друг друга невидимой энергией. Египетские иероглифы на них оживали и пульсировали, так же, как и знак на руне. Их жизнь проходила спокойно и размеренно, пока на одном из семейных обедов, когда они собрались все вместе (к ним пришли Хельга и Николас с сыном Бьёрном), Анна не сказала: – А не повторить ли нам поездку в Египет? Возьмём в путешествие детей и совершим круиз по Нилу! Думаю, это будет незабываемое приключение, и детям будет полезно для общего развития, а то кроме России и Норвегии они больше ничего не знают! И она вопрошающе посмотрела на всех...

04.02.2026

Продолжение следует!