Весна двадцать шестого

Двадцать шестой наступил, и весна
Снова лишает покоя и сна.
Тает сугроб, превращаясь в ручей,
В мире тревожных и серых ночей.

Тянется глина, цепляясь за шаг,
Скрылся в тумане испуганный враг.
Муляка вязкая липнет на берцы,
Холод и сырость проникают в сердце.

Нам снегопад — как подарок с небес,
Скрыл он поля и разрушенный лес.
Лучший для нас наступает момент,
Если туман — словно плотный брезент.

Скрыты от взора мы, в утренней мгле,
Зарывшись в раскисшей и липкой земле.
Холод пронзает насквозь, до костей,
Нет здесь улыбок и нет новостей.

Грязь лезет за шиворот и в карман,
Дарит покой только плотный туман.
Спиртом сухим разогреем еду,
А шоколад бьёт любую нужду.

Ноги сушим, меняем носки,
Чтобы уйти от болотной тоски.
Меньше поЕшь — будешь бегать быстрей,
Средь бесконечных и мокрых полей.

Липнет муляка на каску, лицо,
Под грязью не видно на пальце кольцо.
Грязь и на шее, и в обувь ползёт,
Кто не бывал здесь — тот вряд ли поймёт.

Дождь ледяной стал надёжной стеной,
Небо на время дарует покой.
Даже в уборную — в бронике, в каске,
Жизнь без прикрас и совсем не как в сказке.

Сырость повсюду, и в горле ком,
Вязнем в болоте, в мЕсиве том.
Враг убегает, мы давим вперёд,
А следом весна и победа идёт...

Двадцать шестой год...
Весна и Победа придёт.