О французской живописи

*На снимке – Василий Васильевич с сыном Юрой в первые годы после Великой Отечественной войны, в выставочном зале ЛОССХа.


В этом письме сыну Василий Васильевич Ушаков спонтанно делится своим опытом работы в этюдах, а мама, как всегда, деликатно корректирует его.

АРМЕЙСКИЕ ПИСЬМА
02.08.1960
/дата приписана маминой рукой/


"
Юрочка!
Хотя ты и не желаешь упорно со мной переписываться, я всё же тебе, хотя и изредка, но пишу.
/это предложение отмечено маминой цензурой значком "!?" и перечёркнуто/
Я сейчас в Старой Ладоге с Андреем и Константином Ростковским. Ходим по знакомым мне и тебе местам.
Места по истинне чудесные и для художника – благословенные! Мы будем всего 8 дней, но и за эти дни успеем много поработать.
Я вспомнил тебя на этот счёт и сожалею, что нет рядом. Мама писала тебе о моих неприятностях, которые ещё не ликвидированы, т.е. которые вернее ещё только начинаются. Я думаю, если нужно будет и тебе написать, я дам тебе об этом знать.

Лучше поговорим об искусстве, хотя, впрочем, ты со мной и не очень-то хочешь говорить по этому поводу. /предложение отмечено маминой цензурой значком "!?"/
Я перед отъездом в Ладогу был с Андреем в Эрмитаже и смотрел французов и ещё более убедился, что от них, в смысле формы, и надо идти дальше.
Особенно Матисс и нынче Гоген на меня произвели впечатление. Ван Гога нынче нет, он увезён в Москву. Надо писать, не нарушая плоскости, и писать ярко и, непременно, с острой композиционной затеей!
У меня появились этюды яркие по цвету и, как мне кажется, несколько наивные и непосредственные по восприятию, и это меня радует, но, думаю, что временно. Мне вскоре мои работы становятся уже не интересны.

Пока я работаю маслом на грунтованном ватмане (желатином). И надо смазать ещё этюдов. Это хорошо оказалось, вполне не жухнет и даёт возможность воспользоваться белым подкладом, что даёт прозрачность тона, большую, чем на картоне и холсте.

Так получилось, что мне необходимо ехать в Новую Ладогу. Андрей ждёт и я пока на этом кончаю...
<...>
Целую тебя, твой папаня.

/далее мамина рука/
P.S.
Чувствуется по всему письму, что писавший его с расстроенными нервами, очень неровен в запятых и точках и рука его не всегда слушается.
А писавшие ЭТИ строки тоже, судя по почерку, не в блаженном состоянии, а наоборот.
Жду не дождусь, когда буду сидеть в вагоне по направлению "Ленинград - Калининград".
Целую крепко. Мама.
"