Избавление от суда. Суть двух книг

(Суть двух книг)

«Тогда Иуда, предавший Его, увидев, что Он осужден, и, раскаявшись, возвратил тридцать сребреников первосвященникам и старейшинам, говоря: согрешил я, предав кровь невинную. Они же сказали ему: что; нам до того? смотри сам. И, бросив сребреники в храме, он вышел, пошел и удавился» (Мф.27:3-5).


«И сказал Давид Нафану: согрешил я пред Господом. И сказал Нафан Давиду: и Господь снял с тебя грех твой; ты не умрешь» (2Цар.12:13).


«Ибо если бы МЫ судили сами себя, то не были бы судимы. Будучи же судимы, наказываемся от Господа, чтобы не быть осужденными с миром» (1Кор.11:31-32).



     Проповедник, приезжая куда-нибудь с проповедью, уже подумал о теме её: что важно сейчас сказать, какие проблемы заметил он в церквах, о чём следует сейчас проповедовать, чтобы искоренить ту или иную духовную болезнь в людях, которая реально препятствует их спасению.

Но возможностей приезжать немного, нечасто это случается. Вот и приходится приурочивать большинство проповедей к какому-нибудь празднику: Пасха, Троица, Вознесение.

     И тут таится большая опасность, что тебя не поймут. Скажут: у нас праздник, проповедуйте о Воскресении, сошествии Духа Святого,- у нас Пасха, Троица,- а вы нам о Суде, о наказании.

     Думаете, это новообращённые так возмущаются? – Нет, это люди, которые давно уже в вере. Они привыкли к успокаивающим речам по таким праздникам и очень ценят впечатление благодушия и покоя, этими речами навеваемые. И не замечают, что встают на позиции служителя синагоги, который сказал исцелённой женщине: приходите исцелятся в другие дни, а сейчас Суббота покоя.

     Лично я считаю, что проповедь о Суде сравнима с проповедью о лечении; а проповедь о наказании – сравнима с проповедью об исцелении.

     Потому что во время Вознесения Господа Нашего апостолы смотрели в небо в надежде, что они будут избавлены от суда, под которым они находятся, живя на земле, так как прекрасно знали, что не будут изглажены из книги живых, даже если их бренные тела останутся на земле, когда дух их будет вознесён на небо.

     Но им нужна была сила нести эту весть избавления от Суда дальше, преодолевая суд, под которым они находятся, живя на земле, пропитанной ядом греха нашего праотца, поддавшегося соблазну греха, Адама.

     Суд, который мы испытываем в муках старения, измождения и болезни. Суд, который мы испытываем и в обидах других людей и даже единоверцев.

     Им нужна была сила, чтобы преодолеть земной суд. Им нужна была сила и мудрость Духа Святого, а также Его утешение, чтобы преодолеть преграды в теле смертном, в предрассудках язычников и даже единокровных братьев евреев.

     Вот с какой надеждой взирали они на вознесение Господа Иисуса Христа – болезнь, обусловленная нашей ветхой природой, казалось, отступала от человеческих душ.

     А ведь они уже были очень напуганы своим бегством и запирательством, и уже не смели сравнивать свои силы с силой Христа.

     Они жаждали избавиться от собственных предрассудков. Обещание Духа Святого и предстоящие десять дней ожидания и молитвы очень вдохновляли их в этой великолепной надежде, что они будут избавлены от земного суда также, как и от Суда небесного они уже избавлены и прощены в своих смертных телах, которым ещё предстояло преодолеть столько соблазнов.

     С чем её можно было сравнить – эту надежду? – С восторгом победы, о котором писал Суворов: «Помощи теперь ждать не от кого, одна надежда на Бога, другая — на величайшую храбрость и высочайшее самоотвержение войск…» - понятно, что Суворов понимал, что и храбрость, и высочайшее самоотвержение войск – тоже и всегда,– неизменно,– дело рук Божьих.

     И ещё её можно сравнить с надеждой узников нацистских концлагерей, к которым приближались войска союзников во Вторую мировую войну. Каким-то образом и туда просачивались сведения, что их ждёт избавление. Например, узников Дахау, одного из первых лагерей смерти на территории Третьего Рейха, хотя сами фашисты его таковым не рассматривали. Но там тоже массово уничтожали людей, хотя первоначально он предназначался для содержания противников режима,- таких, как перемещённые лица из Австрии, не принявшие Аншлюса с Германией. Туда попадали цыгане, евреи, советские командиры и политработники, деятели церкви, все неугодные.

             Поразительно, но сами фашисты тоже надеялись избавиться от суда. К Дахау подходили американские войска, а не советские, и они думали, что американцы будут сговорчивее. Но они просчитались. Эти закалённые в боях американские солдаты просто не были готовы к тому, что они увидят на территории концлагеря и поймут, какие зверства и преступления здесь творились. Они не только не избавили фашистов от суда, но многих не избавили даже от самосуда.

             Преодоление многих преград – это проповедь о суде. Пусть даже речь идёт об обыкновенных обидах, а не о чём-то, казалось, экстренном, которые нам тоже преодолеть надо, а то ведь некоторые от обид и Церковь покидают.




1. Как сказал апостол Павел: «Для чего бы вам лучше не оставаться обиженными?» (это из 1Кор.6:7),- т.е. обижаться можно, но надо знать как… Но это – разговор особый. Пока же скажем только:

Если у человека плохо с логикой, то на кого вы, собственно, обижаетесь?

       Учитель спрашивает ученика: «Приведи, Вася, пример верного логического утверждения». Вася отвечает (он отличник, он знает): «Например, если снег белый, а мяч того же цвета, что и снег, то и мяч – белый».

       «Да,-  говорит учитель,- молодец, это верное логическое рассуждение! Ну, а если я в твоём рассуждении поменяю цвет с белого на чёрный, что тогда?» - «И тогда утверждение будет верным». –

- «Как же так, Вася, разве снег бывает чёрным?» - «Бывает, во время зимы что только в снег не попадает: выхлопные газы, кусочки коры, веточки деревьев, угольная пыль наконец. А ближе к весне снег подтаивает, концентрация лишнего в нём возрастает, и он чернеет». –

- «Нет, Вася, ты не понял меня. Я имею в виду настоящий, белый снег – без примесей». – «А, ну, и тогда утверждение будет верным». –

- «Правильно, Вася, утверждение останется верным, так как в нём говорится, что если бы снег был чёрным,- хотя он не чёрный,- а мяч одного с ним цвета, то и мяч тогда был бы чёрным тоже.

     Т.е. в этом рассуждении не утверждается, что снег чёрный, но если бы он был чёрным, то и мяч, будучи одного с ним цвета, тоже был бы чёрным; а так как снег всё-таки белый, то этого не происходит – мяч также белый.

    Славно, что ты это понимаешь! А вот некоторые люди этого не понимают. И даже обижаются, когда думают, что их обвиняют во лжи, в которой белое может быть чёрным».


2. Итак,  «… если бы МЫ судили сами себя», т.е. были бы под своим собственным судом, так что любой суд в мире нам мог бы сказать: что нам до того – смотри сам,- то это означало бы, что мы вообще ни под каким судом не находимся, т.е. мы вообще не судимы.

   Но мы наказываемся, значит мы под судом Божиим:   
«Будучи же судимы, наказываемся от Господа, ...

- для чего, зачем?-

... чтобы не быть осужденными с миром» (1Кор.11:31-32).

     В 11-й главе 1-го Послания Коринфянам ап. Павел проводит рассуждение на примере Вечери, что если мы принимаем её недостойно, т.е. принимаем её в осуждение, то будем наказаны точно также как и за всё остальное: будете согрешать – Бог вас будет наказывать, чтобы вы не были осуждены с миром, ведь князь мира сего уже осуждён.

     Рассуждение тут простое: по сути наказания (как такового), мы наказываемся не собой, хотя порой усиливаем наказание нашим раскАянием, в котором нам подобает помнить, что мы принадлежим Богу; значит, мы под судом Божиим, а раз под судом Божиим, то наказываемся не собой и не кем-то ещё, а именно от Господа.

     Но глубокое заблуждение вкладывает сатана в головы людей, когда они говорят и проповедуют, будто Бог отдал суд человеку. По этой логике теперь Сам Бог может нам сказать: что Мне до того – смотри сам!


3.  Многие проповедуют, будто Бог отдал суд человеку и многие в зале согласно кивают головами и говорят аминь, не понимая, что сатана призывает как проповедника, так и всех остальных последовать хоть немножко путём Иуды, который сам осудил себя на повешение и сам же привёл приговор в исполнение.

     Мы понимаем, что это нисколько не помогло ему, но было частью наказания, назначенного ему в вечности: «Впрочем, Сын Человеческий идёт, как писано о Нём; но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предаётся: лучше было бы тому человеку не родиться» - Евангелие от Марка (14:21).

     Но зачем мы поддаёмся соблазну принимать своё раскаяние и собственное исправление за действие своего суда, а не суда Божьего? Разве прощение и любовь Бога к нам не совместимо с Его наказанием? Разве не наказывает Бог тех, кого любит?

     Да, мы будем прокурорами в судный день: будем разбирать дела неверующих, будем судить этот мир,- но суд будет в руках Христа и мы будем участвовать в нём как оправданные им. А сейчас мы под судом и наказываемся, чтобы не быть осуждёнными вместе с миром.


4. Мы наказываемся для исправления, чтобы не попасть на суд подсудимыми, но прокурорами; а неверующие наказываются, чтобы предупредить их о грядущем проклятии.

У нас есть надежда на Иисуса Христа, которая нас спасёт. Точно такая же надежда есть и у них, пока они не лишились её подобно Иуде. Тот лишился надежды в преддверии ада, а для остальных, кто не согрешил подобным грехом, определённо потеря надежды и станет адом.

Есть ад на земле – это концлагерь. Но те, кто выживают в нём, выживают надеждой. Философы-собаки в Древней Греции так называли себя оттого, что они живут только одной надеждой, что им подадут кусок хлеба.

Один из таких философов, Диоген Синопский, живший в 4-м веке до рождества Христова, который жил в бочке, когда был в Коринфе, на предложение Александра Македонского, который сказал ему: «Проси у меня, чего хочешь»,- ответил: «Не заслоняй мне солнца».

Предложение Александра Македонского означало, что он не обидится на Диогена даже если тот у него что-то попросит вопреки своему философскому кредо. Тем более он не стал на него обижаться, когда тот кредо своему: довольствоваться малым,- не изменил.

Они,- философы-собаки,- довольствовались малым и не надеялись на милость царей. Но тем не менее, именно этот философ и произнёс знаменитую фразу: «Последнее, что умирает в человеке – это надежда».

Да, те и другие наказываются: и верующие и неверующие,- за одни и те же грехи; но в чём же разница? - В том, что верующие меньше согрешают? В общем-то – да, но Я бы не сказал, что Давид пролил крови меньше, чем Иуда.

И тот, и другой наказывались за кровь невинную и Иуда наказал себя более жестоко и раскаяние у него было ничуть не меньше: «Предал я кровь невинную».

Но его путём идти нельзя. Не надо выдумывать, будто Бог нам может, лишая надежды, сказать: «Что Мне до того – смотри сам». Нет, Богу всегда есть до этого дело и особенно, когда Он прощает нас, так как Он нас не отвергает с этим миром, но наказывает, чтобы мы вместе с этим миром осуждены не были.

Наказывает и этот мир вместе с нами и непонятно кого больше, но грядущее проклятие и нынешнее проклятие земли за грех Адама почувствовать можно.

Как видите, и до этого мира Богу есть дело: Он накажет этот мир и уже наказывает так, что даже мы при всём нашем желании облегчить его участь не сможем.

         Вот и у Моисея — не получилось. Разговор был окончен и мщение произведено, но Моисей возвращается к Господу, чтобы попросить за народ даже за счёт собственного спасения.

          Но Моисей был спасён, перенеся все наказания, и Аарон был спасён также понеся наказание,- ему было уготовано перенести мгновенную смерть сыновей за огонь чуждый. Но и народ был наказан за сделанного тельца — золотого бога.


5.  В вечности у нас будет сильное искреннее желание пойти в ад по примеру Ангела, который стоял в печи рядом с Седрахом, Мисахом и Авденаго, защищая их от лютого пламени, которым были поражены до смерти даже те, кто их туда бросали.

      Наше желание будет постоять рядом с осуждёнными на вечные муки, чтобы хоть немного облегчить их страдания хотя бы на недолгий срок.

      Нам это, понятно, не повредило бы,- как тому Ангелу,- но Бог учредил великую пропасть, такую великую пропасть между адом и Раем,  что, по выражению Авраама в притче Иисуса Христа «О богаче и Лазаре», «…и сверх всего того между нами и вами утверждена великая пропасть, так что хотящие перейти отсюда к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят» (Лк.16:26).


6.  Желание это вполне естественно для детей Божиих вплоть до самоосуждения, как это было у Моисея: «И возвратился Моисей к Господу и сказал:
о, [Господи!] народ сей сделал великий грех: сделал себе золотого бога; прости им грех их, а если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал.
 
     Господь сказал Моисею: того, кто согрешил предо Мною, изглажу из книги Моей; итак, иди, [сойди,] веди народ сей, куда Я сказал тебе; вот Ангел Мой пойдет пред тобою, и в день посещения Моего Я посещу их за грех их.

   И поразил Господь народ за сделанного тельца, которого сделал Аарон» (Исх.32:31-35).

    Изгладить из книги ныне живущих, которая названа в 68-м Псалме книгой живых, и изгладить из книги жизни, которая так и названа в Откровении: книга жизни,- понятное дело, не одно и то же, как написано:
«Приложи беззаконие к беззаконию их (это о книге живых), (а вот уже о книге жизни) и да не войдут они в правду Твою; (а вот снова о книге живых) да изгладятся они из книги живых, (а это опять про книгу жизни) и с праведниками да не напишутся» (Пс.68:28-29).
 Но сатана хочет, чтобы мы не различали эти книги.

     Дело в том, что те, кто записаны в книге живых, живя на земле, находятся под судом, а те, кто записаны в книге жизни, от суда окончательного будут избавлены.

     Мы сильно переживаем за тех, кто говорит: а, я в книге жизни не записан, так что не буду стараться; достаточно того, что я точно знаю, что пока я ещё не изглажен из книги живущих – поживу-ка в своё удовольствие!

     Конечно, избрание (в чём и заключается смысл книги жизни) проявляется в том, что ты из кромешной и греховной черноты мира вовсе не делаешь вывод, что и душа твоя обязана быть чуточку чёрной, как написано: «Лучше смиряться духом с кроткими, нежели разделять добычу с гордыми» (Притч.16:19).

     Да, много званых, но мало избранных (в чём, собственно, и заключается смысл того, что поимённых книг точно две,- кроме книг дел, которые также будут раскрыты вместе с книгой жизни на вечном суде; пока книга живых и книга жизни не слились воедино, книг – две, и в этой временной двойственности ныне заключена большая надежда для ныне живущих!), но звать-то мы всех обязаны! Понимаете, звать-то мы всех обязаны! Почему так? Зачем звать, если они всё равно погибнут в пустыне греха? – Надо звать, потому что надежда умирает последней.


7.  Фашистский офицер в концлагере сказал одному заключённому: «Я тебя сейчас пристрелю, еврейская морда!» - А тот ему: «Да, я еврей, а ты – христианин по вероисповеданию. Почему ты не жалеешь меня?» - «Был бы ты христианин, я бы пожалел тебя» - ответил фашист вопреки своей идеологии.

   Еврей воспользовался этим: «Я согласен быть христианином, только пощади меня!» Но тот не пощадил. Потому что не был настоящим христианином. А потом в пивной хвастался перед «братьями по разуму»,- такими же фашистскими офицерами,- что не дал еврею стать христианином и застрелил его.

   На той пирушке был другой офицер из их компании, который крепко задумался, так как его мать чуть с ума не сошла, когда узнала, что дым над концлагерем вовсе не от старого тряпья, как он ей поначалу рассказывал, что они его сжигали, а от тех, кто это тряпьё носил.

   В нём всё перевернулось, когда он понял, что желание стать христианином убитый воспринял как последнюю надежду.

   Когда оба этих офицера попали в плен к американцам и их казнили через повешенье, первый кричал, пока выбивали табурет под ним: «Хайль Гитлер!» - а другой молился: «Отче, прости меня грешного, я тяжко согрешил и недостоин милостей твоих!»

   Вот так тот, кто ещё не был вычеркнут из книги живых,- в чём и заключается смысл книги живых,- привёл к Богу того, кто был записан в книге жизни. А что он особенного делал? Он просто хвастал в пивной, а тот – крепко задумался.

   Один был вычеркнут из книги ныне живущих, а другого вычеркнуть так и не удалось, хотя у него из-под ног точно такой же табурет выбивали и выбили.

  Да будет имя Божие благословенно и вовеки прославлено – во имя Бога Отца и Сына, и Духа Святого! Аминь