Судьба женщины глава первая

Посвящается всем одиноким женщинам
               

 «Единственный способ обрести свободу - это одиночество»                Сильвен Тессон  (французский путешественник,  журналист,  писатель)

 «Вдвоём человек бывает более одиноким, чем наедине с собою»
                Так говорил Заратустра (Фридрих Ницше)               
               
       
ГЛАВА ПЕРВАЯ

ААА

Когда о мужчине говорят «настоящий», всем сразу понятно, о чем речь. Но стоит применить это определение к женщине — и тут же возникают вопросы, ведь мало кто может внятно объяснить, что же это на самом деле значит.

Алиса Альбертовна Аристархова была настоящей женщиной во всех смыслах. Создатель потрудился на славу, заложив в её основание монолит добра. Но вмешался черт, и монолит не задался — точнее, по нему разбежались трещинки лукавства, кокетства, хитрости и эгоизма. Короче говоря, всего понемножку.

Кое-что лукавый решил добавить от себя лично. Поэтому в свои неполные двадцать восемь Алиса Альбертовна была невероятно хороша. Правильные черты лица, большие миндалевидные глаза с зеленоватым отливом, густые волны волос цвета вороньего крыла, чувственные губы, тонкая талия и безупречно стройные ножки — перечислять её достоинства можно бесконечно. Даже тембр её голоса был особенным: казалось, он поднимается из самых глубин души.

Детально описывать красоту этой молодой женщины – занятие бессмысленное, а по сути невозможное (автор с подозрением отношусь к тем сочинителям, которые осмеливаются словесно описывать женскую красоту, поскольку она – неповторима и неописуема).

Любой здравомыслящий мужчина, глядя на Алису и вспоминая знаменитую фразу Достоевского «красота спасет мир», невольно задавался вопросом: где же здесь спасение? И тут же сам себе отвечал: нет здесь никакого спасения, одна лишь верная погибель! А потому неизбежно приходил к выводу: мир спасется какой угодно другой красотой, но только не женской. Она его погубит. Причем окончательно и бесповоротно.

Чтобы читатель мог воочию представить облик нашей красавицы, добавлю лишь одно. Любой мужчина от тридцати и старше, оказавшись рядом с Алисой, автоматически превращался в «кобелину проклятую». Именно так называла всех представителей сильного пола, попадавших в поле зрения подруги, Лидочка Железняк. По этой же причине в гости к Алисе Лидочка всегда приходила одна, без супруга. Так, на всякий пожарный.

Надо сказать, что Алиса привлекала внимание противоположного пола без особых усилий — всё происходило само собой, естественным образом.

Если же её обаяние вдруг наталкивалось на стену равнодушия — допустим, когда чей-то взгляд не задерживался (что бывало крайне редко) на волнующей ложбинке в глубоком декольте, — в ход шло тяжелое вооружение. В качестве орудия нападения Алиса использовала один простой и бесхитростный приём.

Приём заключался в следующем. Как только перед Алисой возникал субъект мужского пола, достойный её внимания, как вся её натура начинала выражать крайнюю степень доверия и покорности. В сочетании с природными прелестями и прочими женскими хитростями это мгновенно превращало мужчину в «могущественного покровителя». Впрочем, в этом образе он пребывал недолго: убедившись в силе своих чар, Алиса мягко, но решительно возвращала «покровителя» на его грешную землю.

К чести Алисы Альбертовны стоит добавить, что в разговоре она способна была поддержать беседу на любую тему, вплоть до последних событий в ЦЕРНЕ (центр ядерных исследований вблизи Женевы).

Если же Алиса оказывалась в ситуации, когда ей нечего было сказать, она и тут умудрялась обернуть ситуацию в свою пользу. Глядя прямо в глаза собеседнику, она с обезоруживающим видом осведомлялась:
— Вы находите это интересным?
И каждый раз собеседник, завороженно глядя на Алису, тут же... менял тему.

Излюбленной темой Алисы были самосовершенствование и самодостаточность — причем исключительно применительно к мужчинам. По глубокому убеждению Алисы Альбертовны, женщины совершенны и самодостаточны уже по праву рождения. На эту тему она могла рассуждать часами и с истинным самозабвением. При этом термин «самодостаточность» Алиса трактовала предельно конкретно: это то количество денежных купюр (преимущественно в иностранной валюте), которое мужчина обязан был инвестировать в её комфортное существование.

Конечно, Алиса Альбертовна была умна и прекрасно понимала: женщина может быть «настоящей» только в одном случае — когда рядом есть мужчина. И мужчин в её жизни было трое.
Сразу после школы Алиса твердо решила прекратить такое бессмысленное занятие, как учёба. Она резонно полагала, что удачное замужество куда ценнее диплома о высшем образовании, а потому всю свою кипучую энергию направила на устройство личной жизни.
В тот период она дважды выходила замуж — как ей тогда казалось, по любви. Как известно любовь - зла, а потому первых двух субъектов (или «козлов», как впоследствии окрестила их Алиса) караван нашего внимания оставит в стороне. Причина уважительная: их исключительная «козлиность» и полная финансовая несостоятельность. А вот на третьем, пожалуй, стоит остановиться подробнее.

Почему подробнее? Да потому что для героини нашего повествования он стал настоящим подарком судьбы. «Подарок» был моряком, и главная его ценность заключалась в солидном жалованье старшего механика на пассажирском лайнере и в продолжительных рейсах — как правило, месяцев на девять, а то и на все двенадцать. Алису такая работа мужа устраивала целиком и полностью: в его отсутствие она была предоставлена самой себе, делала то, что хотела и жила в свое удовольствие. Обеспеченная жильем и деньгами, она не привыкла задумываться о будущем, а потому жилось ей легко, спокойно и красиво.

Супруг Алисы, Игорь Петрович Чебурыкин, был старше её на девятнадцать лет. При его росте в сто восемьдесят девять сантиметров и весе в сто двадцать килограммов она смотрелась рядом с ним как тонкая березка под сенью раскидистого дуба-великана.

Игорь Петрович души не чаял в супруге и питал к ней самые нежные чувства. Иногда он буквально носил Алису по комнатам на руках, приговаривая с улыбкой: «Шалунья моя, плутовка!» По имени он свою половинку почти не называл, придумав ей ласковое прозвище — Л;са, с ударением на первом слоге.

Алиса гордилась и своей внешностью, и своей фамилией, часто повторяя, что она у неё — истинно аристократическая. Именно поэтому после свадьбы она осталась Аристарховой. Ну в самом деле, не могла же хорошенькая женщина с такими достоинствами именоваться какой-то там Чебурыкиной!

Детей у них не было. Алиса Альбертовна твердо считала: сначала надо пожить для себя. В её понимании это означало — исключительно в своё удовольствие, ну а потом, когда-нибудь, можно и ребенком обзавестись. Когда именно наступит это «потом», Алиса не знала. Детей она в целом любила, но ровно до тех пор, пока с ними можно было просто играть.

Философия жизни у ААА была простой и понятной: наслаждаться жизнью.
— Время, — размышляла Алиса, — летит так быстро, скоро мне уже тридцать. Вот после тридцати и можно будет о ребенке подумать. Как раз вторая молодость начнется, омоложусь немного.

Наша героиня легко заводила подруг, коих у неё было великое множество. Дружить с ней было приятно и легко, ведь вся дружба сводилась к веселому и беззаботному времяпрепровождению. Подруги, знакомые и просто «очень хорошие люди» постоянно крутились рядом, не позволяя Алисе оставаться в одиночестве — а этого она терпеть не могла. Она обожала смех, веселье и блеск. Даже одевалась Алиса немного вычурно, с претензией: «гламурненько», как любила выражаться она сама.

В её доме царил беспорядок. То есть порядок, конечно, был, но какой-то особенный, хаотичный — или, как любила выражаться сама Алиса, «милый беспорядок». Проявлялся он в бесчисленном множестве всевозможных бутылочек, тюбиков и баночек. Косметика была повсюду: она оккупировала не только ванную и спальню, но и вообще все доступные поверхности горизонтального типа.
Алисе не хватало терпения привести это изобилие в порядок. Чтобы не утруждать себя долгими поисками нужного флакона, она просто покупала очередную порцию «красоты». Через пару дней новинка неизбежно терялась в общей массе этой прелести, и история повторялась снова.

Несмотря на легкомысленный, игривый и обольстительный облик, Алиса была осторожной, если не сказать целомудренной. Мужчины её, безусловно, интересовали, но лишь до определенных пределов. Она принципиально не заводила романов на стороне, считая это дело излишне рискованным. «Игра не стоит свеч», — любила повторять про себя Алиса, здраво рассудив, что сомнительный выигрыш никак не окупит стоимость сожженного во время партии воска.

Любые попытки подруг или знакомых посетовать на то, что рубашка мужа плохо поглажена или кофе ему варят не так, Алиса пресекала на корню — сразу и жестко. Она стояла на страже своей комфортной жизни днем и ночью, без права на отдых. Как зеницу ока она берегла свое главное достижение — комфорт и отсутствие забот.
Но не уберегла.