Гений советской контрразведки. Глава 2

Глава. 2                Спецоперации против предателей.


Из сострадания к неудачнику не навлекать на себя немилость удачливого. Счастье одних нередко зиждется на несчастье других; не будь поверженных, не было бы и вознесенных.

Неудачники обычно внушают жалость — этой жалкой милостыней мы как бы возмещаем немилость Фортуны.

Бальтасар Грасиан (1601–1658 годы) — испанский прозаик-моралист.

Какое-то время из соображений оперативной необходимости факт задержаний некоторых из них предавался гласности (например, арест Толкачева), и когда сотрудники посольской резидентуры ЦРУ пытались восстановить с ними агентурные контакты и провести очередную встречу, они задерживались контрразведкой с поличным, объявлялись персоной нон грата и выдворялись из СССР.

Работать с Красильниковым было великое удовольствие. На совещаниях, которые он проводил в узком составе, происходил мозговой штурм, обязательно выслушивалось мнение каждого.

Он так искусно вёл совещания, что в итоге иной раз решение какого-либо сложного для нас вопроса неожиданно оказывалось простым и очевидным, и возникало недоумение, почему мы сами не предложили столь очевидное решение.

Красильников был по-житейски мудр, начитан и эрудирован, интеллигент, как говорят, до мозга костей.

Его отличали исключительная врожденная грамотность и способность кратко, в сжатой, но емкой форме выражать свои мысли, в том числе и в письменном виде.

Он всегда был вежлив и тактичен, но никогда не забывал о субординации. Я не знаю никого, с кем бы у него сложились панибратские отношения или отношения, выходившие за рамки служебных.

Порядок в голове, во внешнем виде, в делопроизводстве, в сейфе и на рабочем столе, пунктуальность во всем — этому он учил нас, своих подчиненных, и главным образом не словами, а личным примером.

И ещё очень важное, на мой взгляд, качество Красильникова — он патологически не воспринимал подковёрные игры, никогда не участвовал ни в каких интригах (а они в КГБ были), сторонился пустословных пересудов, бездельного времяпрепровождения.

Не гнался за званиями или должностями, работа была для него смыслом жизни и любимым делом» (Клименко В.Г. Записки контрразведчика.Взгляд изнутри на противоборство КГБ и ЦРУ, и не только…).

А вот мнение разведчика ЦРУ Милтона Бирдена о Красильникове:

«Во Втором главном управлении — контрразведка — в мо время руководителем был Рэм Сергеевич Красильников, и под его началом служил Валентин Клименко. Они были ориентированы на Америку, на Соединенные Штаты…

Рэм Красильников был в то время начальником американского отдела Второго главного управления КГБ. И он был замечательным, очень, очень вдумчивым, очень грамотным и профессиональным разведчиком.

И я познакомился с ним в период последних лет своей работы в ЦРУ. И даже после того как я ушёл из ЦРУ и уже писал книгу под названием «Главный противник», я встречался с ним несколько раз. Он и его жена Нинель стали для меня почти что друзьями.

Его имя Рэм — Революция, Энгельс, Маркс — одно из тех странных революционных имен, которыми называли детей его поколения. Его жену назвали Нинель.

Она — очаровательная женщина. Но это «Ленин», произнесённый наоборот, и это ещё одно из тех причудливых революционных имён того поколения. Но это не значит, что он не был очень глубоким человеком» (Милтон Бирден. «Главный противник. Тайная история последних лет противостояния ЦРУ и КГБ», 2003 г.).

Слово Красильникову Р. С.:

«Разведку и контрразведку, конечно же, невозможно ставить в одинаковое положение. На стороне разведки всегда фактор внезапности для тех, кто держит оборону. Разведка сама определяет, каким оружием действовать, кто им владеет и в какое время нанести разящий удар.

Московская резидентура ЦРУ умеет пользоваться этими преимуществами. У контрразведки нет таких выгод — у нее сто дорог, которыми может идти противник; как обороняющаяся сторона она вынуждена иметь дело с многими неизвестными, но ее преимущество в том, что дома и стены помогают.

Нападающая сторона понимала это преимущество контрразведки. Авторитет КГБ был в ЦРУ очень высок, как остается и авторитет российских контрразведывательных органов.

В Лэнгли, конечно, знали и чувствовали на себе «жесткость» контрразведывательного режима, исключительно сложные условия деятельности разведки в нашей стране.

Отсюда повышенное внимание к оперативной обстановке, нацеленность на добывание информации о работе органов контрразведки, тщательное изучение особенностей города, выбор районов и сроков проведения операций» (Красильников Р.С. «Новые крестоносцы — ЦРУ и перестройка»).

«Мне неоднократно приходилось вместе с ним готовить записки в ЦК КПСС. Это была настоящая и уникальная школа, которая пригодилась мне на всю оставшуюся жизнь.

Если кто-то думает, что КГБ СССР самостоятельно мог решать задачи, выходящие на политический уровень, то это ошибочное представление о взаимоотношениях КГБ СССР и партийного руководства страны.

Любые мало-мальски значимые результаты по ЦРУ США, добытая разведывательная информация по посольству США в Москве, аналитические материалы, в том числе и прогностического характера, докладывались записками в ЦК КПСС.

У ЦК КПСС испрашивалась санкция на проведение острых контрразведывательных мероприятий против американских спецслужб, и в ЦК докладывалось об их исполнении, а так как я в первом отделе непосредственно отвечал за работу против посольской резидентуры ЦРУ, то, естественно, все проекты записок в ЦК по этой проблематике готовил я, а шлифовали эти проекты мы уже вместе с Рэмом Красильниковым вдвоем.

Многие часы, проведенные с ним за написанием очень важных для нас документов, я расцениваю как подарок судьбы, позволивший мне перенять у Рэма Сергеевича часть его опыта и обширные знания по американцам.

Рэм Красильников практически создал школу единомышленников-профессионалов, которые поверили ему неукоснительно, и вот уже четвертый десяток лет российская контрразведка использует теорию и практику работы против ЦРУ США и его посольской резидентуры, разработанную Рэмом Сергеевичем Красильниковым.

Генерал-майор Рэм Сергеевич Красильников ушёл из жизни 16 марта 2003 года.

В восьмидесятые годы прошлого столетия первым отделом В ГУ во взаимодействии с другими подразделениями КГБ под руководством Красильникова была пресечена преступная деятельность таких американских шпионов из числа советских граждан, как:

Толкачёв, Воронцов, Поляков, Поташов, Павлов, Полещук, Петров, Капустин, Иванов и др. Предотвращены контакты с представителями американской разведки около двадцати инициативников из числа граждан СССР» (Клименко В.Г. Записки контрразведчика.Взгляд изнутри на противоборство КГБ и ЦРУ, и не только…).

Продолжение следует …