Предательство в наследство

С силой хлопнув дверью, на которой висел большой плакат с надписью «Родителям вход ЗАПРЕЩЕН», Алекс зашел в свою комнату и пнул ногой рюкзак со школьными принадлежностями, валяющийся возле кровати.
— Перестань себя так вести! — Мама вошла в комнату вслед за сыном. — Неужели ты не понимаешь, что, если будешь продолжать в том же духе, тебя просто не допустят до экзаменов?! Что ты тогда будешь делать?
— Работать пойду, — буркнул Алекс.
— Работать?! Не смеши меня! Кому ты нужен без образования?!
— Кому-нибудь пригожусь, на твоей шее висеть не стану, не беспокойся! — огрызнулся Алекс и демонстративно развалился на кровати, уткнувшись в телефон.
— Убери это! И садись за уроки немедленно! — вспыхнула мама и выхватила телефон из рук сына.
— Отдай! — Мальчишка вскочил и сжал кулаки.
— Только после того, как сделаешь уроки, — щеки у мамы еще полыхали, но говорила она уже спокойно.
— Ну и пожалуйста! — закричал в ответ Алекс и, сев за стол, включил компьютер.
— Еще одна двойка по математике или звонок классного руководителя, и я больше не буду оплачивать тебе интернет, — все так же спокойно сказала мама, сверля глазами затылок сына. — Нужно выбрать профессию и определиться с вузом, Алексей, пока не стало слишком поздно, — сказала мама и вышла из комнаты.
Вскоре Алекс услышал доносившийся из кухни голос мамы:
— Я думаю, что военное училище — это единственный выход. Я уже с ним не справляюсь.
Алекс подошел к двери и прислушался. В мальчишке все больше закипала злость, которая требовала выхода, и он с силой захлопнул дверь. Вернувшись за стол, Алекс достал учебник геометрии и попытался вникнуть в условие задачи. Но отсутствие телефона вызывало дискомфорт, и мальчишка зашел на страницу во «ВКонтакте» с компьютера и по привычке стал пролистывать новостную ленту.
Вскоре на экране появился значок входящего сообщения.

Санек: Привет. Ты придешь в заброшку?
Алекс: Не могу((( Классуха звонила… Мать отобрала телефон… Из дома не выпустит. Видимо сегодня без меня.
Санек: Полина здесь
Алекс: Скоро буду

Сколько раз он звал Полину прийти в заброшку, чтобы показать классное место, которое они обустроили там для совместных вечерних сходок, а она каждый раз отказывалась. И вот теперь, когда Алекса лишили средства связи, девчонка вдруг согласилась. Что ж, ему было не впервой убегать из дома через окно, благо, жили они на первом этаже, а под кроватью, как раз на такой случай, лежали старая куртка и кроссовки. Оставив на столе раскрытую тетрадь по геометрии, Алекс вытащил из шкафа джинсы и любимую рубашку. Подойдя к зеркалу, он с огорчением заметил два новых красных пятна на подбородке. Выдавив немного геля, Алекс придал вид мокрой прически волосам, оделся и вылез в окно.
Заброшкой называли недостроенную еще в середине нулевых пятиэтажку, которая мрачно смотрела пустыми темными окнами на прохожих и вот уже десяток лет была излюбленным местом сбора подростков. Ребята облюбовали одну из квартир, притащили туда старую мебель, ковры, обклеили стены плакатами кумиров и даже достали где-то печку-буржуйку, которую можно было топить и греться, когда наступали холода.
Подходя к заброшке, Алекс услышал доносившуюся из колонки музыку и веселый смех. В комнате собралось около десяти человек, но подросток сразу же нашел взглядом эффектную блондинку, сидящую на кресле. Полина бросила на Алекса оценивающий взгляд, поправила кудри, спадающие на плечи, и уголки ее губ поползли вверх. Алекс приободрился и вошел в комнату, приветствуя приятелей.
— Привет, рад, что ты пришла, — обратился мальчик к Полине.
— Да вот, решила заглянуть в вашу берлогу, — ответила Полина, не взглянув на него. — Чем будешь удивлять?
— Спеть? — Алекс потянулся к гитаре.
— Придумай что-нибудь пооригинальнее. — Полина поморщила нос.
— Может, организуем соревнование? — встрял Егор, присаживаясь рядом.
— Что за соревнование? — с любопытством спросила Полина.
— На силу и ловкость, — подмигнул ей Егор.
— Можно подумать, что это очень оригинально, — огрызнулся Алекс.
— Испугался? — насмешливо спросил Егор, а Полина вновь оценивающе посмотрела на него.
— Вот еще! Я тебя уделаю!
— Решено! — Егор хлопнул в ладоши. — Пацаны, давайте покажем Полине наши игры.
Все одобрительно загалдели и отправились в противоположную половину здания. Здесь в одной из комнат была свалена груда камней, а окна выходили на небольшую открытую площадку, сразу за которой находились жилые дома.
— Кто будет играть? — спросил Егор, оглядев ребят. — Кажется, у нас намечается дуэль с Алексом. Может быть, наградой за нее станет поцелуй Полины? — Он приобнял блондинку за талию.
— Я буду с вами. — Из тени вышла хрупкая брюнетка и откинула волосы с лица.
— Машка?! — воскликнул Алекс, который даже не заметил присутствия девчонки.
— Ну ее-то я точно целовать не стану, — фыркнула Полина.
— Ее и не придется, — успокоил девушку Егор,  — потому что выиграю я.
— Отлично! — выпалил Санек, чтобы разрядить обстановку. — Я расставлю мишени.
— Смысл соревнования — попасть камнями из окна по мишеням, — начал объяснять Егор Полине, когда Санек скрылся в темноте коридора. — Каждый раз, когда ты попал, мишень будут отодвигать примерно на десять – пятнадцать метров. Выигрывает тот, кто попадет в мишень, стоящую дальше всех.
— Готово! — закричал внизу Санек.
Игра началась. Ребята быстро продвигались, и теперь мишени стояли уже далеко, почти у самого края пустыря. Маша ловко справлялась с заданиями, нисколько не отставая от парней.
— Кажется, заслуженная ничья!  — улыбнулся Егор, глянув на соперников.
— Я поцелую того, кто попадет в мишень, расположенную на самом краю пустыря, — неожиданно сказала Полина и выжидающе посмотрела на парней.
— Это безумие! Слишком далеко! — возразил Алекс.
— У вас будет только одна попытка. — Полина не обратила внимания на его слова.
— Я согласен попробовать, — быстро сказал Егор.
— Санек, поставь две мишени на краю пустыря, — крикнул Алекс, высунувшись в окно.
Егор кидал первым. Прицелившись, метнул камень так, что он пролетел и слегка чиркнул по мишени, но не сумел сбить ее.
Полина от радости захлопала в ладоши.
— Будешь кидать? — игриво спросила она, стреляя глазками в Алекса.
Мальчишка молча взял камень и запустил его с такой силой, что он перелетел пустырь и скрылся в кустах. Послышался звук разбитого стекла.
— Получай заслуженную награду, — улыбнулась Полина и обвила шею Егора руками, прильнув к его губам.
— Но я бросил камень дальше! — возразил Алекс, сердце которого пылало одновременно ненавистью и ревностью.
— А тебя пусть Машка поцелует, — ехидно сказала Полина и засмеялась.
— Надо сваливать отсюда! — крикнул запыхавшийся Санек. — Кажется, Алекс стекло у машины разбил.
Вся компания спешно высыпала на улицу и устремилась кто куда. Алекс выскочил на освещенный участок дороги и заметил мигалки полицейской машины. Испугавшись, он бросился бежать.
— Давай за ним, — сказал сержант патрульно-постовой службы, — скорее всего, это подросток из заброшенного дома.
Алекс бежал, петляя по улице, свернул в переулок и уперся в высокий забор. Подтянувшись на руках, он попытался его перелезть, но зацепился штаниной и упал в грязь.
— Попался, голубчик, — раздался голос сержанта, — вставай и без глупостей следуй в машину.

Мать забирала Алекса из отделения полиции, не говоря ни слова. Лишь когда они оказались дома, она тихо сказала:
— Деньги за разбитое в машине стекло заработаешь и выплатишь сам. И еще, — мама словно собиралась с мыслями, прежде чем продолжить: — Завтра на окна в твоей комнате поставят решетки.
Полыхая от злости, Алекс зашел в свою комнату, увидел раскрытую и пустую тетрадь по геометрии и уже собирался было снова вылезти в окно, как вдруг обнаружил, что ручка на нем исчезла.
В школе, как назло, его спросили по геометрии и вкатали еще одну двойку, а классный руководитель вновь пообещала позвонить матери.
— Зачем ты признался в полиции, что разбил машину? — спросила Маша на перемене после урока геометрии.
— Откуда ты знаешь, что я признался? — удивился Алекс.
— Мой отец работает в полиции, — пояснила Маша, — если бы ты не признался, они бы ничего не доказали.
— Но это же я разбил, — сказал Алекс. — Теперь мне нужно вернуть матери деньги, которые она заплатила за стекло.
— Могу договориться, чтобы тебя взяли курьером, — ответила Маша и, поймав недоуменный взгляд Алекса, пояснила: — Я иногда подрабатываю в службе доставки еды.
Так Алекс начал работать по несколько часов в день после школы. В одну из смен, когда он приехал по нужному адресу с заказанной корзиной продуктов, ему пришлось подниматься на восьмой этаж пешком, так как лифт в доме не работал. Оказавшись на лестничной клетке, мальчик обнаружил, что дверь в квартиру, которая была ему нужна, приоткрыта.
— Курьерская доставка, — громко сказал Алекс, потянув ручку на себя, — есть кто-нибудь?
В глубине квартиры послышался стон и тяжелое дыхание. Алекс бросился внутрь. В комнате он увидел седовласого мужчину, который хрипел и хватался руками за сердце.
— Вам плохо? — испуганно спросил мальчик. — Я вызову скорую.
Алекс достал телефон из кармана и принялся набирать номер скорой помощи.
— …я курьер, приехал отдать заказ, а здесь мужчине плохо… Наверное, сердце… Приезжайте скорей, он совсем посинел…
Как только Алекс повесил трубку, мужчина, хрипя, притянул его за рукав к себе, заставив наклониться.
— Возьми это и отдай ему! Передай конверт! Это очень важно!  — Мужчина дрожащими руками протягивал мальчику мятый конверт.
— Кому это передать? — спросил Алекс.
— Там… написано… — мужчина зашелся кашлем и захрипел, теряя сознания.
Алекс испугался и задел пакет с продуктами, которые рассыпались по полу. В этот момент в квартиру зашли медики и принялись быстро оказывать первую помощь мужчине, оттеснив в сторону растерянного подростка.
— Вы родственник? Как его зовут? — спросил врач, не отрываясь от пациента.
— Я... я курьер, — пробормотал Алекс, указывая на рассыпанные продукты. 
Врач кивнул, махнул рукой медсестре, и та повела его на кухню.
— Подождите здесь, — сказала она.
Медсестра ушла, а Алекс принялся рассматривать конверт, который мужчина ему передал. Конверт был старый, пожелтевший, без каких-либо опознавательных знаков.
— Мы стабилизировали состояние пациента, но он нуждается в госпитализации, — голос врача вывел Алекса из задумчивости. — Позвони ты нам на полчаса позже, и спасти бы его уже не удалось.
Оказавшись на улице, Алекс достал телефон и набрал номер Машки.
— Привет, тут такое дело… Кажется, я влип в очередную историю.
Он принялся рассказывать ей о случившемся.
— Давай встретимся в заброшке сегодня вечером, — сказала Маша, внимательно его выслушав, — и захвати с собой конверт.
В заброшке, кроме Машки, Алекс обнаружил Полину, сидящую возле Егора.
— … и что теперь делать с этим конвертом, я не знаю, — закончил рассказ Алекс.
— Может, для начала вскроем и посмотрим, что там? — скептически спросила Полина. — А потом уже будем думать, что с этим делать.
— Полина права, — нехотя признала Машка, — открывай конверт.
Дрожащими руками Алекс вскрыл конверт и извлек оттуда старую пожелтевшую фотографию, с которой на ребят смотрел молодой темноволосый мужчина с маленькой девочкой на коленях. Внизу фотографии черной ручкой были написаны цифры 245316. На обороте дрожащей рукой, словно наспех, была выведена надпись: «ПРЕДАТЕЛЬ!!! Ленинский проспект, дом 71, квартира 57».
Полина взяла фото из рук Алекса. На секунду она нахмурила брови и сжала губы, а затем вернула снимок, небрежно сказав:
— Просто старая фотка.
— Фотография, действительно, очень старая. Похоже, что это сороковые или пятидесятые годы, — сказала Маша, рассматривая белую рубашку, широкие брюки и фуражку, в которые был одет мужчина.
— Здесь есть адрес, — задумчиво сказал Алекс. — Может, сюда нужно отнести конверт?
— А еще какие-то цифры, — отозвалась Маша.
— Давайте сходим туда? — предложил Алекс и посмотрел на ребят.
— Иди, конечно, если тебе нечем заняться, — хмыкнул Егор, — а мы с Полинкой лучше в кафе завтра посидим.
Полина кивнула и улыбнулась Егору.
— Я пойду с тобой, — отозвалась Маша.
Алекс благодарно кивнул. Больше в этот вечер о конверте они не говорили.

— Где ты был?! — Мать с порога накинулась на Алекса. — К нам приходила полиция! Они расспрашивали про какого-то мужчину, которого сегодня забрали на скорой помощи с улицы Строителей. Что ты опять натворил, Алексей?
Алекс рассказал матери обо всем, кроме конверта с фотографией.
— Зачем приходила полиция? Тот мужчина умер? — с тревогой в голосе спросил мальчик.
— Был отравлен, — нехотя ответила мама, — какими-то препаратами, которые вызвали сердечную недостаточность. Сейчас он находится в реанимации, за его жизнь борются врачи.
Ошарашенный услышанной от мамы информацией, Алекс тут же отправился в свою комнату и сразу же написал Маше.

Алекс: …Завтра нужно обязательно сходить в тот дом. Тут явно дело нечисто! Давай прогуляем школу?
Маша: …. Вряд ли нас за это по головке погладят…
Алекс: Ну, ты как хочешь, а я с геометрии точно уйду!
Маша: Я с тобой.
Алекс: ОК, тогда не сдавай куртку в гардероб завтра.

На следующий день Алекс подошел к Маше в школе.
— Привет, мы сможем доехать до нужной нам остановки на трамвае, а потом придется немного пройтись. — Мальчишка вытащил распечатку карты, которую скачал в интернете. — Не передумала сбежать с уроков?
— Нет, — Маша решительно посмотрела мальчику в глаза. — Но как мы выйдем из школы?
— Увидишь, — Алекс загадочно оглянулся. — Встретимся на первом этаже, возле лестницы, после литры.
В указанный срок мальчишка повел ее по коридору первого этажа в направлении туалета.
 — Я не пойду! — возмутилась Маша. — Это же мужской туалет! Вдруг кто-то увидит?!
— Ты хочешь выбраться из школы или нет? — Алекс открыл дверь, приглашая ее войти.
Внутри он распахнул окно и вылез, а затем помог Маше спуститься.
— Смотрю, у тебя большой опыт по сбеганию через окно, — заметила девочка.
— А ты, небось, первый раз сбегаешь с уроков, отличница, — поддел ее Алекс.
— Просто я хочу быть юристом, — ответила Маша, — следователем по особо важным делам, как папа, а для поступления нужны высокие баллы.
На остановку они шли молча, Алекс лишь изредка поглядывал на целеустремленную девчонку, которая прятала темно-карие глаза под слишком длинной челкой. На трамвае также ехали молча, погрузившись каждый в свои мысли.
— Нам сюда, — Алекс первым прервал молчание, когда они вышли на нужной остановке, — надеюсь, не потеряемся, я редко бываю в этой части города.
Свернув во дворы, они прошли узкими улочками и вскоре остановились возле необычного дома с колоннами.
— Ого, здесь, наверное, живет какая-нибудь шишка! — воскликнул Алекс.
— Дом сталинской постройки, — ответила Маша, — раньше квартиры здесь давали ученым и разным деятелям за какой-нибудь важный вклад. Пошли, посмотрим, кто здесь живет.
Поднявшись на нужный этаж, ребята позвонили в звонок и замерли в ожидании. Вскоре послышались шаги и дверь распахнулась. На пороге стоял хмурый мужчина на вид около тридцати пяти лет.
— Здравствуйте, — поздоровалась Маша, — мы пришли к вам по поводу фотографии…
— Какой еще фотографии? Мне некогда сейчас заниматься всякими глупостями! — Мужчина попытался закрыть дверь.
— Вот этой фотографии! — Алекс выхватил из кармана фото и сунул мужчине под нос. — Здесь на обороте написан ваш адрес.
Мужчина побледнел и замер.
— Заходите, — сказал он и посторонился, впуская их в квартиру.
Алекс быстро рассказал о том, откуда у него эта фотография с адресом, и вопросительно посмотрел на своего собеседника.
— Меня зовут Андрей Сергеевич Соболев, я журналист, — представился мужчина, — мой дед служил в КГБ  вместе Василием Семеновичем Голотовым. Вместе они полжизни вели какое-то собственное расследование, касаемое событий из прошлого, произошедших много лет назад в этом городе. Дед ничего не рассказывал, держал все в строжайшем секрете, а вчера позвонил и попросил приехать, сказав, что скоро у него будут неопровержимые доказательства. Я приехал, обнаружил в квартире погром, а дед бесследно исчез. И вдруг заявляетесь вы с фотографией от Василия Семеновича, которую должен был получить мой дед.
— Как исчез? — только и смог выдавить из себя Алекс. — К нам приходила полиция. Оказалось, Голотов был отравлен какими-то таблетками, вызвавшими у него сердечную недостаточность, — увидев испуганный взгляд Андрея Сергеевича, он поспешно добавил: — Не волнуйтесь, его успели спасти, он сейчас в реанимации городской больницы.
— Я нашел еще кое-что, — сказал Андрей Сергеевич, — следуйте за мной.
Они прошли в комнату, где явно что-то искали: все вещи были вытащены из шкафов и разбросаны, книги кто-то перетряхивал и бросал на пол. Ящики письменного стола были выдвинуты, и их содержимое валялось здесь же. Мужчина подошел к старинной ажурной лампе на черной подставке, взял ее в руки и перевернул. На нижней стороне подставки ребята увидели выцарапанную ножом надпись: «18.02.1942 ПРЕДАТЕЛЬ».
— Вам нужно обратиться в полицию! — воскликнула Маша. —  Исчезновение вашего деда и отравление Василия Семеновича связаны между собой!
Не успел Андрей Сергеевич что-либо ответить, как раздался телефонный звонок, и металлический голос в трубке произнес:
— Никакой полиции, иначе не увидишь своего деда живым!
— Вам лучше уйти и забыть все, что вы здесь видели, — сказал бледный Андрей Сергеевич, положив трубку на место.
Маша попыталась было возразить, но мужчина буквально вытолкал их из квартиры. Оказавшись на улице, Алекс спросил:
— Что все это значит? Как думаешь?
— Нам надо узнать, кто этот мужчина на фото, — задумчиво ответила Маша, — он явно как-то связан с событиями февраля сорок второго года.
Ребята устроились на лавочке, Алекс достал мобильный телефон и вбил в поисковик «18 февраля 1942 года».
— У меня уже голова кругом, — пожаловался Алекс спустя полчаса бесплодных поисков, — но понятнее не стало.
— Мы не там ищем. — Маша потерла глаза. — Андрей Сергеевич сказал, что эти события из прошлого происходили здесь. Я думаю, что нам надо пойти в городской архив.
Архив представлял собой маленькое одноэтажное здание, расположенное в центральной части города. Внутри было тихо и сумрачно.
— Что вам угодно? — строго спросила высокая и худая женщина, сверкнув оправой очков.
— Нам нужно найти информацию о том, что происходило здесь, в городе, восемнадцатого февраля тысяча девятьсот сорок второго года, — ответил Алекс.
— Для работы в архиве требуется оформить пропуск на основании письма от организации, которая вас направила.
— Пожалуйста, Анна Германовна, — взмолилась Маша, прочитав на бейджике имя и отчество работницы архива, — нам очень нужно. Нас историк послал, сказал, что, если мы найдем информацию, он позволит нам исправить четвертные отметки, а нам очень надо, у нас четверки выходят, а мы отличниками хотим быть, — тараторила Машка.
— Ну хорошо, следуйте за мной, — сдалась под натиском Машки обескураженная Анна Германовна.
 Она провела ребят в читальный зал и выдала стопки старых газет.
— Вероятно, то, что вам нужно, находится здесь.
Алекс и Маша склонились над газетами и принялись аккуратно листать страницы.
— Кажется, я нашла, — прошептала Маша спустя почти час поисков, — вот, послушай. — Придвинув газету чуть ближе к лампе, Маша начала шепотом читать фрагмент заметки под заголовком «Партизанский провал»:
«…советским командованием был отдан приказ уничтожить крупнейший транспортный узел, осуществляющий снабжение немецко-фашистской армии на Московском направлении. К выполнению задания приступили члены партизанского отряда «Красная звезда». 14 февраля Иван Краснов, Савелий Теремов, Виталий Жирков, Игнат Пятницкий и Василий Прохоров в сопровождении десятилетнего Семена Голотова выдвинулись для подрыва участка железной дороги. Однако выполнить задание не смогли, попали в засаду, были взяты в плен и подверглись жестоким пыткам, но не выдали немцам ни месторасположение, ни командиров, ни сведений о других членах партизанского отряда. 18 февраля 1942 года партизаны были казнены на городской площади. Семена Голотова, рискуя жизнью, спас, вызволив из вражеского плена, разведчик Владимир Васильевич Звонников, за что был награжден медалью за боевые заслуги…»
— Здесь и фотография его есть, — сказала Маша, подвинув газету еще ближе к Алексу.
Мальчик внимательно вглядывался в черно-белый снимок человека в военной гимнастерке.
— Звонников — вот, кто изображен на фотографии! — возбужденно прошептал Алекс. — Он спас отца Василия Семеновича от гибели в немецком плену!
— Тогда почему его сын спустя столько лет объявил его предателем? — спросила Маша, перевернув фотографию Владимира Васильевича Звонникова.
Выйдя из архива, ребята обнаружили, что на улице уже стемнело.
— Мне пора, — сказала Маша, — дома, наверное, волнуются. Давай завтра навестим Василия Семеновича в больнице? — предложила девочка, а затем еще более серьезным тоном добавила: — И давай не будем пока никому говорить о том, что сегодня узнали.
— Хорошо, — кивнул Алекс.
На этом они разошлись, а дома мама устроила сыну разнос.
— …ты опять ушел с геометрии? Зачем? Неужели ты не понимаешь, что проблему нужно решать, а не сбегать от нее?! Ты просто загоняешь себя в тупик таким поведением! Еще и Липатову с собой прихватил, а Маша, между прочим, на аттестат с отличием претендует! Мне звонила ее мать, и мне еще никогда не было так стыдно!
— Откуда ты знаешь, что я был с Липатовой? — хмуро спросил Алекс.
— Вас видели уходящими из школы вместе! Вот что, Алексей, с этой минуты ты под домашним арестом. Я запрещаю тебе выходить куда-либо, кроме школы. Про работу тоже можешь забыть до тех пор, пока не решишь проблему с геометрией!
— Ну и отлично! Только и умеешь что наказывать! — закричал Алекс и направился в свою комнату.
Мальчишка достал из сумки ненавистный учебник по геометрии и с силой швырнул его об стену. В этот момент раздался сигнал мобильного телефона, и на экране Алекс увидел сообщение от Полины.

Полина: Привет, давай увидимся сегодня?
Алекс: Давай! В заброшке?
Полина: Нет, лучше погуляем вдвоем. Встреть меня возле подъезда и давай сходим куда-нибудь.
Алекс: Хорошо! Скоро буду!

Мальчишка схватил свою копилку и вытряс оттуда все сэкономленные деньги. Он распахнул окно и с ужасом увидел установленные на нем решетки.
— Мне нужно срочно уйти! — со злостью сказал он, появившись на кухне.
— Нет, — спокойно сказала мама.
—  Я все равно уйду, и ты меня не остановишь! — взбунтовался Алекс.
Он метнулся в прихожую и принялся обуваться.
— Не смей уходить! — крикнула мать, но Алекс уже захлопнул входную дверь.
Полина обворожительно улыбалась, сидя напротив него за столиком в KFC.
— Вчера такой шум поднялся, когда вы на геометрию не пришли, а Егор математичке сказал, что видел вас с Машкой на улице…
— Так вот, кто сдал нас Марине, — перебил ее Алекс и сжал кулаки.
— А чего ты с собой Машку потащил? — спросила Полина, не обратив внимания на его выпад. — Я понимаю, что у тебя с математичкой конфликт, но Машка… Влюбился в нее, что ли?
— Я?! В Машку? Нет! — Алекс даже облегченно засмеялся. — Просто мы по адресу ходили, который на фотографии был записан.
И сам не зная зачем, Алекс рассказал Полине все, что они с Машей узнали за этот день.
— … а завтра мы хотим навестить Василия Семеновича в больнице, — закончил мальчик.
Полина внимательно слушала и загадочно улыбалась, а Алекс не мог поверить своему счастью, тому, что сама Полина Красильникова сидит сейчас перед ним и так внимательно слушает его рассказ.
Дома мать больше не устраивала скандал, она даже не вышла встретить его, когда Алекс вернулся домой, и не заходила в его комнату, выговаривая, что он снова сидит в телефоне вместо того, чтобы делать геометрию. Мальчик спокойно продолжил переписываться с Полиной.
— Алекс, давай сходим после школы в кино. — Полина подошла к нему на одной из перемен. — Мы с подружкой договаривались, но она заболела, не хочу, чтобы билеты пропадали.
— Конечно, пойдем, — просиял мальчишка.
Маша поймала Алекса в раздевалке после окончания уроков.
— Куда ты так быстро уходишь? Мы же собирались съездить в больницу…
— Извини, — он оборвал ее на полуслове, — я под домашним арестом, меня мать за прогул наказала, поэтому я никак не могу пойти с тобой.
Он поспешно выбежал из школы, а через несколько минут Маша с удивлением увидела в окно, как он в сопровождении Полины уходит в противоположную от своего дома сторону. Маша поехала в городскую больницу одна. Придя домой, она долго смотрела на аватарки Алекса и Полины, которые были онлайн в сети, прежде чем решилась написать мальчику.

Маша: Привет, я была в больнице. Василий Семенович в реанимации, к нему никого не пускают. А еще, кажется, я видела там охрану.
Алекс: Офигеть!
Маша: Я тут подумала, вдруг цифры на фото — это номер телефона? Проверь?
Алекс: ОК.

Алекс набрал номер 245316. Раздались гудки, а затем включился автоответчик, который голосом Василия Семеновича произнес: «За мной следят. Я спрятал документы в надежном тайнике. Северная широта 557482. Восточная долгота 379106. Используй шифр с фотографии, которую я тебе передам».

Алекс: Маша, ты срочно должна прийти ко мне!

Они несколько раз прослушали сообщение, оставленное на автоответчике.
— Место с такой широтой и долготой просто не может быть тайником! — в сотый раз повторил Алекс.
— Он сказал, что нужно использовать шифр, — ответила Маша, напряженно помассировала виски и продолжила рассуждать вслух: — Для обозначения широты и долготы используется шесть цифр, а еще у нас есть шифр из шести цифр на фото… — Схватив ручку, она продолжила бормотать: — Что, если вторая цифра станет первой, четвертая — второй, пятая — третьей, третья — четвертой, первая — пятой, а шестая остается шестой?! Получается 54.8752 градуса северной широты и 71.0936 градуса восточной долготы.
Она развернулась к компьютеру, открыла карту города, вбила эти данные и с колотящимся от волнения сердцем стала ждать результаты.
— Поселок Мирный, — с дрожью в голосе прочитала Маша. — Василий Семенович спрятал тайник где-то там!
— Он недалеко от города находится, и туда ходит автобус, — сказал Алекс, — отправимся туда завтра!
В школе ребята никак не могли сосредоточиться на учебе, и оба нервно поглядывали друг на друга. За всеми этими разговорами и переживаниями, Алекс опять не сделал домашнее задание по геометрии, а математичка, как назло, вызвала его к доске.
— Мне надоело с тобой возиться, Морозов! Я звоню твоему отцу, раз мать не может с тобой справиться.
Упоминание об отце обожгло Алекса изнутри. Сжав кулаки, он выкрикнул:
— Я больше на вашу математику не приду никогда! — И пулей вылетел из класса.
— Подожди! — крикнула Маша и выбежала за ним.
Они стояли у подоконника на втором этаже и смотрели в окно.
— Ненавижу Марину! — бушевал Алекс. — Давай прямо сейчас поедем в тот поселок?
— Мне кажется, что я уже видела эту машину, — задумчиво сказала Маша, глядя в окно, — у больницы и вчера возле твоего дома.
— Ты думаешь, что за нами следят? — с тревогой спросил Алекс. — Может, у тебя воображение разыгралось?
— Давай проверим! — Маша повернулась к нему. — Сейчас оба выйдем из школы, но пойдем в разные стороны. Я позвоню тебе, когда приду домой, а там решим, что будем делать.
Выйдя из школы, Маша помахала ему рукой, и ребята разошлись. Когда Алекс прошел несколько кварталов, зазвонил телефон:
— Алекс, машина и вправду едет за мной! Признавайся, кому ты…
— Маша, Маша, где ты? Что случилось?
— Ты должен найти то, что спрятано в тайнике, — внезапно ответил хриплый голос, — даю тебе два часа. Если найдешь, отпущу девчонку, если пойдешь в полицию, то больше ее не увидишь!
Алекс похолодел, его тело покрылось мурашками, а по спине побежал липкий пот. Он снова и снова набирал Машин номер, но в трубке упрямо говорили: «Абонент не может ответить на ваш звонок, он находится вне зоны действия сети». С отчаянием он набрал телефон Полины и все ей рассказал.
— … мы должны обратиться в полицию! — закончил свой рассказ Алекс.
— Нет, нужно поехать туда и найти то, что они просят! — возразила Полина. — Не будем терять время. Я поеду с тобой.
Алекс не мог подобрать слова благодарности. Встретившись на остановке, они сели на пригородный автобус, который высадил их рядом с покосившейся и ржавой табличкой, на которой было написано «Мирный». Каково же было удивление ребят, когда, войдя в поселок, они обнаружили всего шесть целых, но заброшенных деревянных домов.
— И что теперь? — спросила Полина.
— Не знаю, — растерянно сказал Алекс, — может, нужно проверить их все? — Мальчик на секунду задумался, а затем воскликнул: — Точно! Шесть! Снова нужно воспользоваться шифром! Первая цифра два — давай пойдем ко второму по счету дому.
Подойдя к дому, Алекс сразу же увидел на покосившемся заборе нарисованный свежей краской знак «+».
— Два плюс четыре, — проговорил вслух Алекс, — следующая цифра четыре. Два плюс четыре будет шесть. Теперь пойдем к дому номер четыре.
На четвертом по счету доме ребята обнаружили знак умножения, на пятом — деления, на третьем — сложения, а на первом — вычитания.
— Два плюс четыре будет шесть. Шесть умножить на пять будет тридцать. Тридцать поделить на три будет десять. Десять плюс один — одиннадцать. И одиннадцать минус шесть будет пять. Значит, тайник спрятан в пятом доме!
 — Мы будем искать здесь целую вечность! — ужаснулась Полина, когда, они, скрипнув калиткой, вошли во двор пятого по счету дома, который выглядел таким же заброшенным и ветхим, как и все остальные.
— Давай зайдем внутрь и осмотримся, — предложил Алекс.
Внутри они обнаружили лишь старый стол, кровать и книжный шкаф. Но все было затянуто паутиной, и лежал слой пыли, словно здесь очень давно никого не было.
— Ты уверен, что правильно разгадал шифр? — брезгливо спросила Полина. — По ходу, здесь уже лет сто никто не появлялся!
— Думаю, да, — тихо сказал Алекс, — давай-ка осмотримся. Ищи что-то похожее на тайник или вход в подвал.
Они двинулись по периметру комнаты, вглядываясь в стены и пол.
— Ай! — вскрикнула Полина и отпрянула, едва увернувшись от упавшей книжной полки.
— Собрание сочинений Ивана Александровича Гончарова в шести томах, — задумчиво сказал Алекс, глядя на рассыпанные книги. — А здесь шесть ячеек на единственной уцелевшей полке. А что, если…
Окрыленный своей догадкой, он стал расставлять тома в том порядке, как значилось в шифре: 245316. Как только мальчик поставил шестой том в ячейку, что-то щелкнуло, и полка опустилась, открыв углубление, внутри которого лежала сумка.
— Я такое только в кино видел! Книги имеют разный вес, а внутри полки, видимо, какой-то сложный механизм, запрограммированный на этот шифр, — восхитился Алекс.
Во дворе мальчик раскрыл сумку и вытащил на свет большую папку, в которой были сложены какие-то бумаги.
— Алекс, не нужно это читать, — настороженно попросила Полина. — Отдадим похитителям и забудем. Так будет лучше.
— Неужели тебе не интересно? — возразил Алекс. — Мы столько пережили из-за этого, и лично я хочу знать, что внутри.
Он устроился на огромном бревне и принялся читать.
— Представляешь, оказывается, маленький Семен Голотов знал, что один из советских разведчиков, внедренных к немцам, был предателем. Прислуживая в немецком штабе, он слышал, как тот передавал секретные сведения врагу, но никогда не видел этого человека. А когда Звонников его спас, то узнал его голос. Именно из-за Звонникова сорвалась операция по подрыву железнодорожного узла. Он выдал немцам план советской армии и помог захватить партизан, а мальчишку решил спасти для отвода глаз, потому что разведка стала подозревать, что в штабе действует предатель. Но мальчишке, конечно, никто не поверил. Представляешь, Полина, Василий Семенович нашел доказательства слов своего отца! Он собрал показания разных людей, а еще здесь какие-то пленки. Полина, ты слышишь? Полина?
Алекс повернулся, и в этот момент девочка с размаху ударила его поленом по голове. Мальчик очнулся на полу дома с крепко связанными руками. 
— Что происходит? — едва шевеля губами, спросил он. Голова раскалывалась от боли.
— Я же просила не читать ничего! — ответила Полина. — Сейчас бы забрал свою Машку и отправился домой обсуждать приключения. А теперь вы оба останетесь здесь. И все будет выглядеть так, словно двое влюбленных подростков сбежали после скандала на уроке геометрии. Даже если Голотов выживет, и вас найдут здесь, то все подумают, что он окончательно спятил, как и его отец, да еще и втянул в это двух подростков.
— Я не понимаю, при чем здесь ты? — недоуменно спросил Алекс.
— Владимир Звонников — мой прадед! — с вызовом сказала Полина. — А девочка на снимке — моя бабушка. — Она продемонстрировала фотографию, которую вытащила у Алекса из кармана. — Мой отец, как ты знаешь, баллотируется на должность мэра, и нашей семье ни к чему ворошить прошлые тайны. Нужно было слушать меня. — Полина развернулась и пошла прочь.
— Я думал, что нравлюсь тебе! — выкрикнул Алекс.
— Нравишься? — Полина повернулась к нему с пылающими от гнева щеками. — Как ты можешь нравиться? Вечно качающий права подросток, живущий в убогой хрущевке! Я встречалась с тобой, чтобы выведать, что вам удалось узнать!
— Ты — такой же предатель, как и твой прадед! — жестко сказал Алекс.
— Что ты знаешь о предательстве?! Заладили, «предатель», «предатель», а он просто выжить хотел! Вот и все! Ты ничего не знаешь о нем!
 — Ну почему же не знаю? — Алекс нагло улыбнулся. — Вот передо мной наглядный пример его потомка. Мало того, что всю жизнь жили на славе липового героя, так еще и на убийство решились, чтобы и дальше вершить свои грязные дела!
— Я сейчас тебя своими руками убью! — закричала Полина, но в этот момент раздался визг тормозов.
Вскоре в комнату вошли двое крупных мужчин, один из которых нес на руках Машу, находившуюся без сознания, а второй — канистры с бензином.
— Шеф велел кончать и с ними, и с этим местом, — сказал все тот же хриплый голос, который говорил с Алексом по Машиному телефону. — Подожди в машине, а я усыплю этого. Мы ж не звери какие-нибудь. — Громила достал платок и склянку, из которой пахнуло хлороформом.
Алекс отчаянно закричал и засучил ногами, в то время как второй мужчина разливал бензин. Смерть уже казалась мальчишке неминуемой, он чувствовал пары хлороформа и отчаянно цеплялся последними силами за уплывающее сознание, как вдруг раздался голос:
— Руки вверх! Иначе стреляю на поражение!


— Как хорошо, что ты оставила своему отцу записку, в которой сообщила, где нас искать, — сказал Алекс Маше несколько дней спустя, когда они вместе сидели у него дома и читали газету с разгромной статьей о кандидате в мэры города Александре Красильникове и его предках. — Мне жаль, что я втянул тебя в эту историю.
 — А мне нет, — улыбнулась Маша, — иначе ты бы никогда не узнал, какая она, эта Полина. А втянулась я потому, что ты давно нравишься мне, Алекс, и я не знала, как привлечь твое внимание, ведь ты смотрел только на нее. — Какое-то время они сидели в тишине, а затем, чтобы прервать неловкое молчание, Маша сказала: — Я ведь хочу стать следователем, как папа, а он всегда учил меня, что кто-то обязательно должен знать, если ты отправляешься на задание, вот я и написала ему записку.
— Знаешь, теперь я тоже хочу стать следователем, — улыбнулся Алекс и накрыл ее руку своей, слегка сжимая.
— Тогда давай я помогу тебе подтянуть геометрию, — улыбнулась Маша.
— И будем поступать на юридический вместе. А еще надо бы проведать Василия Семеновича в больнице…
— Да, папа сказал, что его уже перевели из реанимации в обычную палату. И друга его, деда Андрея Сергеевича, полиция тоже нашла. Теперь все будет хорошо.
Так Алекс и Маша еще долго сидели, обсуждая свои планы на будущее и держась за руки.